Чтение онлайн

Ледяной ужас накрыл меня с головой – и вместе с тем я ощутила огромное облегчение.

– Ты… ты не Эрдан!

Но все равно убийца.

Я отшатнулась и отбросила цветок.

Голубые глаза мага с лицом Сиера блеснули.

– Ну прости. Хотя так даже лучше. Ты должна знать, кто тебя уничтожил. А я ведь забыл о том, как выгляжу. Было бы печально. Моя последняя птичка не должна умереть, думая, что ее убил кто-то чужой.

Голос тоже изменился – из низкого, бархатного, волшебного превратился в неприятно высокий.

– Но теперь ты узнаешь. Сначала узнаешь, потом умрешь, – сказал убийца с отвратительным, почти хищным удовольствием.

Мой взгляд невольно метнулся к ограде площадки. За зубцами – пустота. Нет, не бездна, но мне хватит. Я разобьюсь насмерть, если он меня столкнет. И все сочтут, что очередная дурочка-феникс решила совершить вот такой подвиг во имя богини… Но ведь я именно что феникс, и я возрожусь из пепла, если разобьюсь.

Значит, не будет сталкивать. Убьет иначе, прямо здесь… Зарежет? Задушит? Раз не сработал цефрозерис…

Мысли метались с неимоверной скоростью. Что же мне делать?! Надо говорить с ним, пока не придумаю. Надо как-то его остановить!

– Кто ты?! – спросила я, делая шаг назад.

Он шагнул за мной и холодно, торжествующе усмехнулся.

– Я? Я тот, кто закончит историю гнезда Шаррина эр Тимериса. У величайшего расиста больше не останется детей-фениксов его крови!

– Почему расиста? – спросила я, лишь бы что-то сказать. Мотивы убийцы меня сейчас как-то не очень интересовали.

– Потому что его волнует только благополучие фениксов. Остальные расы для него – ничтожества, не представляющие интереса, – охотно пояснил он. – А мне не нравятся расисты.

– Но тем не менее ты убиваешь только фениксов. Стало быть, и сам своего рода расист.

Он лишь цокнул языком и усмехнулся.

– О нет, ты смешиваешь понятия. Я не расист, а, скорее, коллекционер. И обожаю огонь. Во всех его видах. А фениксы – воплощенное пламя. И если правильно распорядиться этой смертью, то можно получить великолепный кристалл. Чудеснейший артефакт.

Не просто убийца. Еще и маньяк…

– Очень жаль, что нам с тобой придется расстаться, надо признать, что ты была весьма мила, – продолжил он печально, но тут же воодушевленно добавил: – Но я получу взамен камень! Остальные у меня отобрали… Сначала сперла эта мерзкая крыса, а потом буквально из рук забрал питомец ревизора. Но ничего, я их верну. А тебе повезло, ты все же станешь кристаллом: я успел забрать из моего драгоценного мешочка катализатор.

В его пальцах тускло блеснул небольшой камешек, похожий на алмаз.

– Так все из-за моего отца?! – вернулась я к теме главного, по мнению маньяка, злодея. – Ты убиваешь всех из-за одного мерзавца?

Если объективно, папашка и правда не являл собой образец морали, так что обзывала я его с чистой совестью.

– Одного? О, нет, милая птичка, все гораздо глубже! – Он рассмеялся, запрокинув голову. – Ты ведь даже не представляешь, сколько боли может принести такой «один мерзавец». Сколько судеб он поломал, сколько жизней раздавил, просто щелкнув пальцами… – Он взмахнул рукой, словно отметая что-то незначительное. – А я… я лишь навожу порядок. По-своему.

Я смотрела на него, пытаясь осмыслить услышанное. Мир вокруг меня покачивался, все казалось нереальным, как в кошмаре. Этот безумный убийца – он не просто хочет уничтожить всех фениксов в отместку за что-то, связанное с моим отцом. Нет… У него своя, извращенная логика. Логика, в которой мы – просто пешки, просто ресурсы. Топливо для его странной мести.

Говори с ним, Эльза, говори! Соглашайся, спрашивай, тяни время! Вдруг… вдруг Эрдан все-таки успеет спасти тебя? Он же обещал!

– Значит, именно ты убил столько моих братьев и сестер? – выдохнула я, чувствуя, как ярость пронизывает мое тело ледяными иглами. – И все это – ради мести?

– Ради порядка, – поправил меня он, приподнимая палец. – И не твоих, а наших. Вряд ли мое имя тебе что-то скажет, но меня зовут Торрен Гир. И я родился всего лишь человеком. И слабым магом.

С последними словами черты его лица снова начали изменяться. И не только лица.

Фигура мужчины деформировалась, становилась ниже, массивнее. Кожа темнела, волосы тускнели и редели, и через несколько мгновений перед мной стояла толстая пухлощекая тетка.

– Узнаешь меня, лапочка? Ташира к твоим услугам, – проговорила она грубоватым женским голосом и демонстративно присела в реверансе.

Я замерла, разглядывая ее.

Эта уборщица, ох уж эта уборщица! Вечно везде сующая свой нос, вечно «случайно» оказывающаяся рядом… Но как это возможно?!

А фигура тетки вновь задрожала, начала меняться. И я не сдержала вскрика, увидев… Кэмрена!

Кэм… Бестолковый, но добродушный дракон, тот самый, который вечно шутил и старался поддержать. Который так изменился в последнее время…

– Кэмрен… – еле слышно прошептала я. – Боги… Ты убил его?!

Но как он это делает? Это совсем не похоже на заклинание личины! Да и будь так – личину бы распознали, если не мы с Алсом, так преподаватели точно! Невозможно, нереально…

Фигура моего друга поплыла – и я увидела совсем другого человека. Наверное, теперь настоящего. Светловолосого, со знакомо острым носом… Не солгал. Так похож на отца… Только отец, как истинный феникс, рыжий…

– Не люблю свое настоящее лицо, – доверительно пожаловался Торрен Гир. – Видишь, птичка, как я похож на нашего папочку? Это ужасно. Но Шаррин эр Тимерис тоже скоро умрет, не волнуйся за это.

«Ничего себе логика, – отстраненно подумала я. – Хотя, наверное, он думает, что я тоже отца ненавижу…»

– А твой друг еще живой. И эта старуха-уборщица. Я не всегда убиваю, – усмехнулся маньяк, с ленцой потянувшись. В его движениях проступала странная, пугающая пластика. – К тому же мне нужно поддерживать стабильный облик, а для этого необходим постоянный доступ к… биоматериалу. Так что они в стазисе. Пока. Но, полагаю, умрут, как только я покину это место. Хотя, знаешь, для них это даже будет облегчением. Быть живыми запертыми оболочками… звучит не слишком радужно, правда?

Я на секунду зажмурилась. Живы. Кэм жив. Пока…

Что же еще спросить? Темы для увлеченной беседы с маньяком не торопились всплывать в голове.

– Так это ты постоянно покушался на меня? – нашлась я, и Торрен тут же удовлетворенно усмехнулся.

– Целых три раза, милая. – Он сделал театральный жест рукой, будто представляя зрителю свою коллекцию. – И, знаешь, ты оказалась на удивление везучей.

Да уж… вот бы и еще раз повезло…

– На первый взгляд – самая слабая и бесполезная из папашкиных отпрысков, но каким-то чудом все еще живая! – поведал он с некоторым удивлением.