Чтение онлайн

Прочие стражники раззявили рты. Потом пара человек кинулась на Следопыта, обнажив мечи.

— Эй! Спокойно! — заорал я. — Следопыт…

Следопыт, не выходя из прострации, отобрал у них оружие, кинул в угол и чуть не вышиб из обоих дух. Сержант разрывался между гневом и восхищением.

Я попытался успокоить его.

— Он, знаете, не слишком умен. Нельзя на него так бросаться. Ему все нужно объяснять спокойно, по два-три раза.

— Я ему сейчас объясню! — Сержант собрался было послать в камеру остальных стражников.

— Если он разозлится, то кого-нибудь пришибет, — быстро предупредил я, изумляясь взаимоотношениям Следопыта с его псиной. Стоило дворняге отойти, как Следопыт превращался в дебила. С навыками профессионального убийцы.

Сержант позволил здравому смыслу возобладать над гневом.

— Вот ты его и успокой.

Я постарался. Я понимал, что в ближайшем будущем солдаты вряд ли будут относиться к нам мягко, но не слишком беспокоился на этот счет. Гоблин и Одноглазый смогут справиться с такими мелочами. А пока нам надо сохранить здравый смысл и головы.

Я собрался было помочь троим раненым, но не осмелился. Одного вида Гоблина и Одноглазого хватит, чтобы навести противника на мысль о том, кто же мы на самом деле. Нет смысла оставлять лишние улики. Я сосредоточился на Следопыте. Стоило мне привлечь его внимание, как остальное оказалось несложно — успокоить его, объяснить, что мы идем вместе с солдатами.

— Не надо им было так со мной делать, Костоправ, — сказал Следопыт тоном обиженного ребенка. Я сморщился, но стражники, кажется, не обратили внимания.

Нас тут же окружили, хватаясь за мечи, — исключение составили те, кто относил раненых товарищей к коновалу, служившему у стражников и лекарем. Некоторым явно хотелось сквитаться. Я старательно успокаивал Следопыта.

Место, куда нас приволокли, энтузиазма у меня не вызвало. То был сырой подвал штаба, пародирующий камеру пыток. Полагаю, что камере следовало внушать ужас. Я видывал настоящие пытки и настоящие пыточные приспособления, а потому понимал — половина железок тут бутафорские или совершенно антикварные. Имелись, правда, и пригодные к употреблению. Мы с колдунами переглянулись.

— Не нравится мне тут, — сообщил Следопыт, — Наружу хочу. К псу Жабодаву.

— Стой спокойно. Мы тут пробудем недолго.

Гоблин кривовато улыбнулся — своей знаменитой улыбкой. Да. Скоро мы выйдем. Возможно, ногами вперед, но выйдем.

Был там и полковник Сироп. Наша реакция его не обрадовала.

— Я хочу поговорить с вами, — сказал он. — В прошлый раз вы были не слишком расположены к беседе. Возможно, здешняя обстановка вам нравится больше?

— Отнюдь. Зато навевает мысли. Это что, наказание дерзнувшим наступить на пятки господам торговцам из Весла? А я и не знал, что Стража охраняет их монополию.

— Игры. Не надо юлить, господин Фитиль. Отвечайте прямо. И сейчас. Или следующие несколько часов станут для вас исключительно неприятными.

— Задавайте вопросы. Но у меня появляется нехорошее предчувствие, что я не смогу дать те ответы, которые вы хотите услышать.

— Вам же хуже.

Я глянул на Гоблина. Тот впал в транс.

— Я не верю, что вы просто торговцы, — продолжал полковник. — Ваши вопросы выдают необычный интерес к человеку по прозванию Грай и к его дому. Следует заметить, что Грай подозревается либо в мятеже, либо в воскресительстве. Вот о нем и расскажите.

— Я о нем никогда не слышал до того, как приехал сюда, — сказал я правду — почти всю.

Думаю, полковник мне поверил. Но он медленно помотал головой.

— Видите? Вы не верите мне, даже когда знаете, что я не вру.

— Но говорите ли правду? В этом весь вопрос. Организация Белой Розы разделена на ячейки. Вы можете представления не иметь, кто такой Грай, и все же искать именно его. Он что, давно вестей не посылал?

Хитрый, гад.

Наверное, я слишком перестарался с безразличием. Полковник кивнул сам себе, оглядел нашу четверку, сосредоточился на Одноглазом.

— Негр. Немолод уже, а?

Меня удивило, что цвет кожи Одноглазого не привлек внимания раньше. Истры очень редко попадаются в краях севернее моря Мук. Полковник, скорее всего, первый раз сталкивался с чернокожим. А то, что одним из столпов Черного Отряда является очень старый негр, никак уж не тайна.

Я не ответил.

— С него и начнем. Он, пожалуй, послабее остальных.

— Убить его, Костоправ? — спросил Следопыт.

— Закрой рот и стой смирно, вот и все.

Черт. Но Сироп не обратил внимания на мое имя. Или я не так известен, как полагаю, и нуждаюсь в усекновении самолюбия.

А вот самоуверенность Следопыта полковника поразила.

— На дыбу его, — приказал он, ткнув пальцем в Одноглазого.

Одноглазый хохотнул и подставил подошедшим стражникам запястья. Гоблин хихикнул. Их веселье тревожило всех, не исключая и меня — я-то знаю, какое у них чувство юмора.

— Им это кажется забавным? — Сироп посмотрел мне в глаза: — Почему?

— Если вам не взбредет в голову вести себя цивилизованно, узнаете сами.

Полковник преодолел искушение отступить, решив, очевидно, что мы просто блефуем по-крупному.

Одноглазого повели на дыбу. Он, ухмыляясь, полез на нее сам.

— Тридцать лет ждал, чтобы ты на дыбе оказался, — пискнул Гоблин. — Что за незадача — дождался, а ворота не повернуть!

— Еще посмотрим, кто кому вкручивать будет, яблоко ты лошадиное, — огрызнулся Одноглазый.

Колдуны скандалили, мы со Следопытом стояли как столбы, а имперцы беспокоились все сильнее. Сироп явно раздумывал, а не снять ли ему с дыбы Одноглазого и не взяться ли за меня.

Одноглазого раздели. Гоблин кудахтал и танцевал джигу.

— Растяните его футов на десять, парни, — советовал он. — Мозги-то все равно комариные!

Кто-то попытался отвесить Гоблину оплеуху. Тот едва заметно отклонился. Стражник промахнулся совершенно, даже рука обороняющегося Гоблина едва задела его, но когда стражник поднес ладонь к лицу…

Десять тысяч кровавых точек. Складывавшихся в узор. Почти татуировку. Две сплетенные змеи, впившиеся друг другу в шеи. Если у змеи шея — это место сразу за головой.

Отвлечение. Я-то сразу понял. Через мгновение я перевел взгляд на Одноглазого. Тот ухмылялся.