Чтение онлайн

— А я думал, ты умнее.

То были первые слова, которые она услыхала от хозяина Хермитейджа в ответ на крик души. Теперь уже удивилась Мэг, но граф жестом запретил ей говорить.

Этот разговор тем более его раздражал, что с утра у лэрда обычно стояло приапически. Босуэлл рывком сел на постели, набросил на бедра простынь, покатал желваки на скулах. Мегги с трепетом ждала решения графа.

— Вот что, Мэг… за кого ты хочешь замуж?

Мегги МакГиллан никак не ожидала подобного поворота дела.

— Но, ваша милость…

— Заткнись! — и тут Мэг поняла, что Белокурый сильно рассержен. — Я спросил, за кого ты хочешь, но ведь могу не спрашивать. Потолкую с твоим отцом, и решим, кто тебе больше подойдет…

— Но я не хочу замуж!

— Заткнись, женщина, я не давал позволения дерзить! И не спрашивал, хочешь ли замуж! Я сказал, ты выйдешь замуж!Ты — девица из порядочной семьи, ни к чему тебе разыгрывать хозяйскую подстилку. Живо, вон из моей спальни, чтоб я тебя здесь больше не видел! Придешь еще раз — скажу братьям, они живого места у тебя на заднице не оставят. Выпорол бы сам, да подозреваю, что тебе это понравится…

— Но почему нельзя мне? Почему Бесси, Энн, Дженни — им можно? — закричала Мегги.

— Потому что они шлюхи! — загремел в ответ Босуэлл, и девушка сжалась, как от удара. — Гарнизонные шлюхи, Мэг! И перепробовали всех моих парней без исключения, а Энн так обслуживали на спор и в очередь! Этого ты хочешь для себя? Или думаешь, из моей постели есть иная дорожка?!

Он лукавил, граф почти никогда не пускал по рукам своих женщин. Но Мэг знать об этом не обязательно — в воспитательных целях.

— Они только сказали, — тихо произнесла девушка, чуть не плача, — что вы — лучший в мире любовник…

Помимо воли Белокурый ухмыльнулся.

— Лестно было бы согласиться, детка, но вряд ли — в целом мире. Думаю, в Хермитейдже найдется с десяток парней, одаренных ничуть не хуже, но, поскольку никто из них не лэрд, девки и не ломятся к ним постель… Давай, называй имя, пока не поздно!

Но Мэг разозлилась:

— Только попробуйте выдать меня замуж силком, ваша милость! Мне, кроме вас, никто не нужен! Пойду да утоплюсь у вас же под окнами!

— Дура! — недоуменно отозвался Босуэлл вслед девчонке, выбежавшей из спальни.

Он даже не рассердился на ее дерзость, ибо противоречить хозяину Хермитейджа в таком тоне, действительно, можно было только от полной невменяемости.И свистнул в окно ее братцу Хэмишу, а когда тот поднялся в спальню, пошептался с ним, выдал распоряжения. Затем набросил рубаху, не утруждая себя одеванием, обернул вокруг бедер тартан, только чтоб не светить голым задом, и спустился вниз, в сторону кухонь — есть он тоже хотел, но сперва надо было решить первую потребность. Поманил издалека рыжую Бесси. Когда же девица прошла к нему через внутренний двор, увел в штольню лестницы, подсадил к себе на бедра, прижав спиной к стене, а затем вошел очень жестко, и в десяток быстрых, грубых ударов — Бесси показалось, что и впрямь достает до печенок, пронзает насквозь, голова ее моталась из стороны в сторону, пока Патрик врезался в нее раз за разом, и в спину впивалась каменная кладка, но она не имела сил возразить — выплеснул в нее излишек утреннего возбуждения. Когда же девица сползла с него, в истоме от полученной трепки, взял за руку, рывком поднял на ноги и потащил за собой. За все время, что был с ней сегодня, Босуэлл еще не сказал рыжей ни слова и никак не отозвался на ее хвалебный и благодарный лепет о его несравненной доблести.

От Хэмиша Патрик уже знал, что Бесс начала хвастать его расположением, причем именно в тех красках и выражениях, которые слыхала от нее Мэг, что никак не могло устроить лэрда Лиддесдейла. А, получив от Хэма эти сведения, надо было быть дураком, чтоб не догадаться, кто напел сказок в уши малышке МакГиллан.

Ничего не понимающая Бесси, по ногам которой, путавшимся в юбках, не поспевающим за шагами лэрда, еще стекало его семя, тащилась за Босуэллом вон из замка, вниз с холма и пыталась угадать, куда же он ее ведет. Молчание Патрика стало угрожающим, и начало пугать ее, когда он остановился посреди луга и развернул рыжую лицом к себе.

— Ты много болтаешь, Бесс, — сказал Белокурый очень мягко, но такой тон всегда вызывал у его людей, как сейчас у Бесси, мороз по коже. — Я люблю, когда у девки резвый язык, но если она берет в рот, а не треплется. Поэтому, как ни жаль, но твой, исключительно из личной благосклонности — отрежу сам, — и потянул из-за голенища скин-ду. — Или предпочитаешь, чтоб его вырвал кузнец?

На графе могло не быть штанов, но какой-нибудь нож присутствовал всегда — большое спасибо урокам Эллиота. Он ведь и в самом деле привел ее почти к лачуге мастера Кроу, хромого, горбатого кузнеца, который и выглядел, как дьявол, и ковал для Хермитейджа не только оружие, но и палаческие инструменты… Бесси упала на колени, хватая графа за руки, умоляя, лепеча, что больше не будет, что она не подумала, что не посмела бы… На лице у Белокурого были написаны и скука, и крайнее равнодушие.

— Конечно, не будешь, — так же мягко согласился он. — И, конечно, не подумала, но кто ж в этом виноват? И я должен быть уверен, что уже не посмеешь.

И железная рука лэрда Лиддесдейла сомкнулась на горле женщины, она зарыдала было, но задохнулась. Патрик дал ей отдышаться и переспросил:

— Так что, доверишь мне или к кузнецу? — обыденно так, словно о чем-то неважном.

Вот, жаль, Хаулетта сейчас нет поблизости, думал граф, Хей умеет пугать так пугать. Но ему тоже удалось произвести впечатление.

— Ваша милость, нет, прошу вас, ради всего святого, пожалуйста, нет! — закричала Бесс отчаянно, обнимая его ноги с такой силой, что с Патрика чуть не слетел тартан.

Он хмыкнул и без усилий оторвал женщину от себя, обронив:

— Ну, кузнец так кузнец, — и поволок ее вниз, по направлению к кузне.

Распахнул дверь в лачугу и швырнул Бесси под ноги удивленному мастеру Кроу.

— Ты привел эту кобылку подковать, мой лэрд? — улыбнулся кузнец во весь свой щербатый рот.

— Нет, Крейг, дружище, я пришел спросить, возьмешь ли бабу из-под меня, коли я дам ей приданое?

Крейг Кроу отставил в сторону молот, внимательно осмотрел Бесси одним-единственным глазом и потом вдруг ловко запустил ей в корсаж огромную пятерню. Та завизжала и стала отползать от внезапного суженого по направлению к двери, но уперлась спиной в сапог графа, и тот пинком вернул ее обратно.

— Сиськи у нее знатные, — подтвердил кузнец. — А после тебя, лэрд, не в обиду будь сказано, это как клинок в моче закаливать, только крепче становится!

Мужчины захохотали.

— То есть, ты согласен, Крейг Кроу?

— Согласен.

— Так по рукам. Дери ее поглубже и лупи, не ленясь, мастер Кроу, вот мой тебе хозяйский наказ к свадьбе, — ухмыльнулся Белокурый. — Ты же знаешь, дурного не посоветую. Да не засевай месяц-другой, убедись, что не носит ублюдка. И следи, чтоб с моими парнями не путалась, чтоб я вообще ее в замке больше не видел — это целиком на твоей совести, друг. Рука у тебя такая, что подковы можешь ковать без молота… Невеста, согласна?

— Ваша милость! — вне себя от ужаса заверещала рыжая Бесс и кинулась к господину. За последние полчаса она перешла от небесного блаженства в объятиях графа до грядущих адских мук в супружестве с кузнецом Кроу и находилась в слегка невменяемом состоянии.