Чтение онлайн

Алесь возвратился на платформу. Три группы были уже на той стороне тоннеля. Переправа шла медленно, но отлажено. Через час на вражескую сторону перебрался и Алесь. Здесь была кромешная темнота, слышался только тихий шёпот гвардейцев, да отдалённое бульканье отплывающих аквалангистов. Одежда в сыром подземелье сохла медленно, всех колотило от холода. Когда переправа закончилась, отряд стал продвигаться в сторону Площади Союза. Ракеты протянуть не удалось, шли налегке. Платформу "Октябрьская" миновали полуползком, пригнувшись к рельсам, дальше шли в полный рост, держались длинной колонной у правой стены.

Приблизившись к станции назначения, увидели тусклый свет. Остановились, прислушались — ни единого звука. До платформы оставалось около ста метров. Алесь послал вперёд разведгруппу. Те доложили, что станция пуста, зал освещает единственный аварийный фонарь. Отряд взобрался на платформу, приготовились к бою. Пустынный мраморный зал заполнился щелчками затворов. К выходу из метро вёл длинный подземный переход и потом неглубокий эскалатор. Побежали трусцой вдоль обеих стен, по мере отдаления от платформы, опять становилось темнее, включили несколько ручных фонариков. У самого выхода наткнулись на огромные выдвижные ворота, которые на случай войны должны были превратить метро в герметичное бомбоубежище.

— Здесь мы не пройдём, — сказал Алесю, один из гвардейцев, — я работал в метро, эти ворота рассчитаны против ударной волны ядерного взрыва средней мощности, гранатами их не взломаем.

— А чем взломаем? — спросил Алесь.

— Ничем.

— Проверьте другой выход, — приказал Алесь.

Два бойца побежали к противоположному переходу, но тот тоже намертво был закрыт мощными воротами.

— А по шахтам вверх? — спросил бывшего метростроителя командир.

— Там негде сконцентрироваться, придётся вереницей карабкаться вверх по воздуховодам, а наверху выскакивать по одному.

— Исключено, по одному и перестреляют.

— А что если постучать в ворота? На стук подойдут. Сказать что свой, мол в тоннеле после взрыва заблудился. Откроют?

— Перед тем, как открыть, пять пулемётов перед выходом поставят. Да и допрос сквозь стену предварительный устроят, из какой части спросят, как фамилия командира и так далее. Сразу расколют, что к чему.

— Это точно, и стук могут просто не услышать, ворота особой прочности.

— Бессмысленно, бессмысленно, — отрицательно замахал головой Алесь, — сделаем вот что, у шахты воздуховода, что прямо на площадь выходит, зажжем несколько дымовых шашек, дым столбом вверх потянет, если они не совсем остолопы, должны в метро послать пожарных.

— По инструкции просто обязаны, — добавил бывший работник метро, — тем более эта станция стратегическая, воздуховод расположен за 30 метров от стен дома правительства, если пойдёт дым — вся площадь белой мглой окутается.

— Отлично! Нам это и надо, шашки подожжем и возле ворот, что бы нас сразу в клубах дыма не заметили. Приготовить противогазы! — приказал Алесь.

Задымление на Площади Союза спровоцировало целую противопожарную операцию. Люди Каяловича испугались, что подземный пожар может распространиться на весь тоннель и окутать дымом стратегические кварталы западной части Минска. Первым делом пожарники подтянули шланги к выходу метро и стали открывать ворота, за которыми в боевом порядке стояла сотня гвардейских штурмовиков. За акцией пожаротушения наблюдали несколько спецназовцев и два высокопоставленных офицера столичной милиции. Когда ворота открылись наполовину, на пожарных и карателей вместе с дымом хлынул шквал автоматного огня. Стеклянная витрина, отделявшая вход в метро от улицы, осыпалась от свинцового града. Повстанцы ринулись на Площадь Союза. Уже рассвело и непривычно яркий свет слепил привыкшие к темноте глаза. Предстояло сделать рывок в сторону дома правительства. Охрана почти сразу бросилась к линии бетонных блоков и открыла по наступающим гвардейцам огонь. Гвардейцы выхватили из рук мёртвых пожарников шланги и врубили давление на полную катушку. На линию оборону вместе с мощным потоком пены полетели гранаты и дымовые шашки. Над площадью завыла оглушительная сирена. Из окон дома правительства зрению чиновников и генералов открылась потрясающая картина штурма их логова. Они бы и убежали, да некогда, через две минуты у главного входа в здание шла штыковая резня. Алесь короткой очередь очистил ближайшее окно от стекла, закинул туда гранату и после гулкого взрыва заскочил в чей-то несчастливый кабинет. На полу распластались два молодых человека в гражданских костюмах, они оба лежали на спине и сквозь потолок всматривались в небо, их тела и вся поверхность кабинета были испещрены осколками. Алесь вышел на коридор, там гвардейцы уже прочёсывали помещения. На первом этаже министров и важных персон не нашли. Пошли выше. За собой на лестничных клетках поставили растяжки. Охраны внутри здания пока не встретили.

Большинство комнат было пусто, лишь в некоторых кабинетах тряслись от страха работники дома правительства. Где Каялович, никто не знал. На третьем этаже обнаружилась группа охранников. Одновременно, на первый этаж ворвались подоспевшие на подмогу спецназовцы. Опять разгорелся бой, теперь уже на два фронта. Охрана сверху плотно простреливала весь холл и коридор. В кабинеты под таким огнём попасть невозможно. Отряд оказался зажатым на втором этаже. Опять зажгли шашки и под прикрытием дыма все перебежали на четвёртый этаж. Там тоже охрана и тоже хорошо приготовились — пули свистят по всему пространству. Спецназ снизу тут же заполнил второй и третий этажи.

— Выше не пойдём, нужно выбить охрану и сделать зачистку четвёртого этажа, — приказал Алесь и через осколок выдвинутого зеркала посмотрел на коридор.

Посреди коридора лежал чей-то огромный труп, а на противоположной стороне за вытянутыми из кабинетов сейфами засели автоматчики охраны.

— Чей это труп? — спросил Алесь.

— Скорее всего министр образования, — ответил один из гвардейцев, тоже всматриваясь в зеркало, — разве это имеет значение?

— Министр образования не имеет никакого значения, а вот его труп имеет стратегическое значение в этом коридоре. Бросьте пару дымовух, добежите до трупа, укройтесь за ним и оттуда забросайте гарантами этих автоматчиков. Ясно?

— Ясно.

Когда за сейфы, укрывавшие охранников залетели три осколочные гранаты, коридор четвёртого этажа стал безопасен и гвардейцы бросились делать зачистку кабинетов. Что бы не спотыкаться посреди коридора, отъетое тело министра образования придвинули параллельно стене и положили на бок. Мирная была у него профессия, и почётная. Слава богу пуля прошила голову навылет, умер не мучаясь. Но жрал то, жрал при жизни без тормозов, умереннее надо быть, радикализм в еде до добра не доводит.

Всех, кого угораздило этим утром оказаться на четвёртом этаже, повстанцы вытаскивали из кабинетов на коридор. Алесь бросал быстрые взгляды на побледневших чиновников, но знакомых лиц не находил.

— Где Каялович, где генпрокурор, где генералы?! — спрашивал он у каждого.

— Не знаем, не знаем, — дрожащим голосом отвечали бюджетники.

— Сюда! Сюда! — послышался крик гвардейца.

Все оглянулись. Трое повстанцев заломили руки здоровенному генералу и тащили его к Алесю.

— Ты кто? — спросил Алесь у престарелой детины с лампасами.

— Я начальник информационного центра МВД, — ответил генерал и попытался высвободить руки, но получил удар прикладом в затылок, на мгновение потерял сознание и обвис на руках гвардейцев.

— Полегче, полегче пока, — приказал Алесь гвардейцам и связался по рации с Кирутой.

— Это не Сергей, Сергей сейчас опять с американцами переговоры ведёт, это я на связи, — ответил радикал, — что у тебя?

— Споймал крупного мента, — заорал в рацию Алесь, перекрикивая рокот боя и прочитал радикалу данные удостоверения генерала.

— Нет, этого в нашем списке не значится.

— Так что с ним делать?

— Убей его!

— За что убить? Вроде безобидная сволочь.

Генерал очухался и изо всех сил рванулся в сторону окна, но на него навалились ещё двое гвардейцев и плотно прижали к полу.

— Убей его! Я приказываю. Не прерывая связи, — послышался в рации крик радикала.

Алесь достал пистолет и выстрелил генералу в висок. Стоящие на коридоре работники аппарата правительства, как испуганное мясо-молочное стадо начали в панике разбегаться по кабинетам.