Чтение онлайн

«Мне уже спать пора. Пока».

«До завтра, Белоснежка».

На следующий день я сделала вид, что того разговора не было. Что я не читала никаких признаний. Я вообще постаралась забыть о тех словах. Зачем мне это запоминать, если я была уверенна, что все это только ради шутки.

К тому же, Тим наконец-то появился в школе и отвлек меня от всех ненужных мыслей.

— Привет, как твоя олимпиада? — спросила я, как только он появился в классе.

— Привет. Не спрашивай. Был полный провал, — Тим, небрежно махнул рукой, словно не готовился последние пару месяцев и не считал участие в этом конкурсе очень важным.

— Правда? Очень жаль! — я поджала губы. Не знала, как поддержать друга.

— Забей! Лучше скажи, как так случилось, что тебя в подсобке заперли? — сосредоточенно уставившись на меня, спросил парень.

— Что говорить? Воронова в своем репертуаре, — я лишь пожала плечами. Мне казалось, что с того дня прошло много времени, хотя на самом деле меньше недели. Столько событий произошло в моей жизни, что я тот случай уже не считала чем-то примечательным.

— А где, кстати, она? Я хотел с ней побеседовать, но ребята говорят, что ее уже пару дней никто не видел, — сказал Тим.

— А ты прав. Ее и в самом деле нет, — я вспомнила, что на следующий день после моего заточения она в слезах выбежала из кабинета и так больше и не вернулась.

— Странное совпадение, не находишь? — спросил вдруг Тим. — На следующее же утро после того, как она с тобой поступила, вдруг в общий доступ кто-то слил ее горячие фотки. Очень похоже на месть.

— Ты знаешь, я сама подумала, что ее карма настигла, — честно призналась я.

— То есть, это не ты постаралась? — уточнил Тим, словно в чем-то подозревал меня.

— Знаешь, если бы я могла что-то подобное провернуть, то обязательно так и поступила бы. Но, как ты знаешь, я не особо сильна в таких вещах, как взлом аккаунтов.

— Смеешься? Кто вообще в таком силен? — хохотнув, заметил Тим. — Кроме среднего Демидаса, разве что. Но, ты ведь могла ему заплатить, например.

— Что? — переспросила я и посмотрела на друга округлившимися глазами. — Ты о чем вообще? При чем тут Демидас?

— В смысле при чем? Он единственный в нашей школе, кто может взломать что угодно. Я слышал, что он подобным образом неугодных людей, перешедших ему дорогу, устраняет, — сказал Тим, ошарашив меня еще сильнее.

— Ты серьезно? Алик Демидас? Мы про одного и того же человека сейчас говорим? — снова уточнила я, так как слишком многое начинало сходиться.

— Ну да. А что тебя так удивляет. И я был бы уверен, что это сделал именно он, если бы уловил связь между ним и Вороновой. Эта мелкая пакостница никак не могла навредить Демидасу, поэтому не могла вызвать у него интереса.

— Офигеть! Ну у тебя и фантазия! — прошептала я, хотя сама уже вложила два плюс два.

В этот момент я осознала, что мне необходимо поговорить с Виталиком и выяснить у него, за что он так ненавидит Алика. Вот только как у него вообще можно спросить про человека, которого он всеми фибрами души ненавидит и не вызвать подозрений.

Брат как раз вошел в класс и остановился рядом, чтобы поздороваться.

— О, какие люди! — воскликнул он и протянул руку Тиму. — Как достижения?

— Без изменений, — Тим не любил хвастаться и даже если чего-то добился, не стал бы об этом рассказывать.

— Рассаживаемся по местам, — в класс вошла математичка и не дав нам опомниться начала урок с поздравлений и похвалы. — Ребята, хочу при вас поздравить Тимофея с третьим местом, которое он занял на всероссийской олимпиаде. Это просто невероятный результат для нашей школы.

Я с укором посмотрела на Тима, а он только плечами пожал. В его представлении только первое место было достойно того, чтобы гордиться результатом.

День начался так активно, что только ко второму уроку я заметила отсутствие Дашки в классе. Ни я одна, между прочим.

— А где Иванова? — спросил Тим, чуть нахмурившись.

— Точно. Ее с утра не было, — осознала я, потянулась к телефону и обнаружила там несколько непрочитанных сообщений. Одно из них было от Дашки. — Я сегодня прогуляю, прикрой меня, если будут спрашивать. Скажи, что у меня живот болит, — зачитала я вслух.

— Значит созвон с Ариной состоится без нее, — подытожил Тим.

— После уроков? — уточнила я, ныряя в остальные сообщения, которые прислал Алик.

— Да, пошли в пиццерию? Я угощаю, там наберем ей и поболтаем, — предложил Тим.

— Я бы с удовольствием, только у меня есть одна проблема.

— Какая?

— Слушай, только давай, это между нами.

Тим кивнул и внимательно на меня уставился.

— Короче, когда Ворона заперла меня в подсобке, я не смогла выбраться сама. Меня выпустил директор. Только, пожалуйста, не спрашивай, как он там оказался. В общем, он почему-то решил, что это было мое какое-то баловство и за то, что меня заперли, я теперь отрабатываю после уроков в библиотеке.

— Ничего себе! — чуть не присвистнул Тим. — Вот это поворот! А почему ты ему не объяснила, как все было?

— Поверь, я пыталась. Но, Морошкин сказал, что у него другая информация. Не знаю кто и что наговорил директору, только теперь после школы я несколько занята, — я вздохнула и жалобно посмотрела на друга.

— Давай я останусь тебе помочь, — предложил он.

Есения

— Не стоит. К тому же я там работаю не одна. Будет не честно приводить помощь, — ответила я, надеясь на то, что Тим не продолжит настаивать.

— Ладно, как хочешь. Хотя, лишние руки ведь не помешают, — я качнула головой, отказываясь от его предложения.

Тим не стал больше предлагать помощь. Тем более, что звонок на урок прервал наше общение.

«Белоснежка, жду тебя на лестничном пролете между первым и вторым этажом. У меня для тебя кое-что есть», — прочитала я последнее прилетевшее сообщение от Алика, прямо перед приходом учительницы.

— Есения, у тебя что-то случилось?

Только сейчас я поняла, что единственная во всем классе осталась стоять, так как от прочитанного в голове у меня все смешалось. С одной стороны, разум кричал, что я не должна заниматься всякой ерундой во время урока, а с другой, мое, вдруг проснувшееся любопытство, рвалось навстречу приключениям. Сердце в этом кавардаке мыслей громко стучало, предчувствуя какую-то встряску.

— Можно я выйду? — спросила я, совсем, видимо, сходя с ума. — Что-то мне нехорошо.

Для большей правдоподобности я прислонила ладонь к виску и сдвинула брови, словно меня мучила головная боль.

— Да, конечно, — согласилась Елизавета Михайловна. — Сама дойдешь?

— Да, — я тихо ответила и кивнула.

Никто, кроме Тима, не смотрел в мою сторону, всем было все равно, как, в принципе, и всегда. Я вздохнула и вышла. Быстро направилась в сторону лестницы, ощущая, как сердце все сильнее билось в груди. Взбежала по лестнице и разочарованно уставилась на пустынный пролет.