Чтение онлайн

— Как вы смеете разговаривать в подобном тоне со мной, благородной лаэрдой? С дочерью лаэрда и члена парламента, а также почетного советника самого канцлера?

— Пропусти ее, мама, — послышался усталый голос Алекса, — это всего лишь подруга Эльзы.

"Всего лишь". Северина фыркнула, проходя мимо тетки. Вечно ее все недооценивают. К великому облегчению, мать Алекса не стала артачиться и вышла в коридор, чтобы позволить им поговорить наедине.

Алекс выглядел плохо, даже Северина при всем своем оптимистичном настрое не могла этого отрицать. Она поморщилась, на миг представив, какая же тяжелая рука у отца Эльзы. Интересно, ее собственный отец изобьет майстера Ингера, когда все узнает? Вряд ли. Ее папенька — книжный червь, способный только зарываться в свои бумажки. Он обратится к своей излюбленной букве закона. Что ж, по крайней мере, ребра у майстера Ингера, в отличие от ребер Алекса, останутся целы. Его судьба будет не так уж жестока.

— Здорово тебя отделали, — сказала она вслух, когда положила на прикроватную тумбочку апельсины и присела на край постели Алекса, — сколько ты уже так валяешься? Недели две? Больше? Плохо, что ты — не волк, у любого из нас, даже у Эльзы, такие раны зажили бы за пару дней.

На разбитом лице Алекса трудно было угадать эмоции, но когда он отвернул голову, Северина догадалась, что ее слова его задели. Ей стало совестно, и она взяла его загипсованную от локтя до пальцев руку в свои ладони.

— Эльза просила узнать, как ты, — тихо сказала она.

— А как она сама? — тут же повернулся он обратно.

— Плохо, — пожала плечами Северина. — Ее посадили под домашний арест. Но она просила передать от тебя хоть какое-то послание.

Алекс долго молчал, глядя на переплетение их рук.

— Скажи, что я не откажусь от нее, — выдавил он наконец. — Мы все равно будем вместе.

— Вместе? — она не сдержала смеха. Какие же влюбленные все наивные, — Это каким же образом? Пойдешь и скрутишь ее амбала-охранника? Или ее отца? Думаешь, во второй раз ты побьешь его одной левой?

Алекс скрипнул зубами.

— Я что-нибудь придумаю.

— Думай побыстрее, — отчеканила она, — потому что из-за тебя Эльза не ходит в школу и пропускает все уроки.

"И совсем позабыла про меня". Уходя от Алекса, Северина не чувствовала уверенности, что он сможет как-то решить проблему. А вот она… она всегда найдет возможность справиться с любым препятствием на пути.

Уже имея в голове кое-какой план, Северина приказала водителю таксокара направляться к зданию парламента. Охранник у ворот не хотел пускать ее внутрь, не зная лично. Пришлось просить позвать отца, чем тот, конечно же, оказался недоволен. Северина смотрела через ограду, как он приближается к ней по залитой сентябрьским солнцем аллее с досадливым выражением на лице. Полы его черного костюма-тройки чуть развевались в стороны при ходьбе, волосы на макушке казались поредевшими. Суховатый невысокий лаэрд с блеклыми глазами — не то, что красавец-родитель Эльзы и ее братьев.

— Что тебе надо, Северина? — строго спросил он. — Разве я разрешал тебе беспокоить меня на работе?

Северина знала, что стоит ошибиться в ответе — и ее отправят домой без возможности пикнуть еще хоть слово.

— Я беременна, пап, — сказала она и виновато улыбнулась.

Отец побледнел, бросил взгляд на вытянувшегося рядом по струнке охранника и поджал узкие губы.

— А ну, пойдем поговорим у меня в кабинете.

Она прошла в ворота и двинулась следом за сердитой отцовской спиной, не пряча улыбки. "Пойдем поговорим" и поджатые губы — вот и все проявление чувств ее папы. Что ж, тогда и она не станет жалеть о своем розыгрыше.

Они вошли в величественное здание, поднялись по мраморной лестнице. Мимо сновали секретари с кипами бумаг в руках, встречные лаэрды шли более неспешно, некоторые из них были родителями одноклассников Северины, и ей приходилось вежливо здороваться. Распахнув дверь своего кабинета, отец одним жестом отпустил секретаря на перерыв и пригласил дочь пройти внутрь.

— К-кто… — он сел за свой большой рабочий стол, заваленный папками, рукописями и еще какой-то бумажной ерундой, его руки слегка тряслись, — кто это с тобой сделал?

— Я не знаю, — Северина беззаботно пожала плечами и опустилась на стул напротив него, — их было несколько.

— Несколько?

— Ага, — она похлопала ресницами, — человек десять.

— Десять? — ее благородный отец схватился за сердце.

— Да. Я виновата, пап. Я так напилась в той таверне…

— Таверне?

Похоже, он собирался каждый раз повторять за ней последнее слово из фразы.

— Угу. Таверне у доков. Я шла от швеи, когда какой-то благородный лаэрд подошел ко мне и пригласил с ним прогуляться. Он выглядел безобидным, и я согласилась. А потом он налил мне спиртного, я попробовала всего глоточек… и вот результат. Я хотела признаться тебе, когда ты будешь дома, но дома тебя постоянно нет.

Она спокойно сложила руки на коленях и наблюдала за его реакцией. Отец сидел и смотрел в одну точку немигающим взглядом. Наконец, он поднялся, подошел к столику с хрустальным графином и стаканами, снял прозрачную пробку и налил чего-то, судя по запаху — коньяка, в стакан.

— Как же так, Северина… — отец сделал глоток и покачал головой, — как же так…

— А вот так, — резко засмеялась она. — Да не волнуйся ты, папа. Я пошутила.

— Пошутила? — стакан звонко и влажно шлепнулся на пол, а отец повернулся к ней. — Да как можно так шутить, дочь?

— Да чтоб ты вспомнил, что я — твоя дочь, — заорала Северина, вскочила и сшибла с его стола кипу бумаг. — Чтоб ты хоть раз вспомнил, что я вообще у тебя есть, понятно? Что за сердечко схватился? Страшно стало? А забывать с днем рождения меня поздравить — не страшно? А оставлять меня на вечно пьяную экономку — это нормально, по-твоему?

— Не кричи, — покачал он головой, совладав с первым шоком. — Я понимаю, что у тебя подростковая гормональная буря…

— Буду кричать. Буду, — она пнула стул. — Иди ты со своей бурей знаешь куда? Удачного тебе рабочего дня, папенька. Не провожай, не надо. Я буду ждать тебя дома. Хотя ты, как всегда, предпочтешь этого не заметить.

Северина пулей вылетела в коридор, столкнувшись в дверях с перепуганным секретарем, но за пределами отцовского кабинета поправила волосы, успокоила дыхание и огляделась. После того, как выпустила пар, стало легче. Она и не знала, что это окажется так приятно. Почти как секс с майстером Ингером, приправленный мыслями о Димитрии. Все-таки потеря невинности многое меняет в женщине. Вот она, например, стала смелее и свободней — прежде ни за чтобы не решилась на подобную выходку.

Но все же пришла сюда Северина не для того, чтобы поругаться с отцом, просто по-другому бы ее не пустили. Она пошла вдоль ряда дверей, внимательно читая имена на золоченых табличках, а заметив нужное — без сомнений скользнула внутрь. Место секретаря здесь пустовало, тогда Северина постучалась в личный кабинет. Оттуда послышалась какая-то возня, потом бархатный глубокий голос отца Эльзы произнес: "Минуту", и стало тихо.

Наконец, замок отщелкнулся, оттуда вышла девушка в форме хранительницы из библиотеки. От взгляда Северины не укрылось, как криво одернута юбка на ее бедрах, равно как и полустерта помада на губах. Опустив глаза, девушка поспешила удалиться.

— Кто там? — недовольно поинтересовался Виттор.

Северина шагнула в его кабинет и невольно вздрогнула от того, что на миг показалось — перед ней возмужавший Димитрий. Те же ледяные глаза, те же благородные черты лица, твердый подбородок, прямой нос, широкие плечи. Если бы не эта пепельная седина на висках…