Чтение онлайн

– Хорошо, - я кивнул, о том, как Альбин относился к людям, я знал, потому не ожидал от встречи ничего шокирующе-нового.

Однако, знакомый Альбина сумел меня удивить. Во-первых, он весьма отличался от тех представителей вампирьего народа, к которым я уже успел привыкнуть. Вампиры окружали меня ежедневно. Точнее – еженощно. С наступлением темноты дом оживал, наполняясь деловито снующими слугами – так как вампиры пробуждались одновременно с хозяевами и не могли проснуться пораньше, дабы приготовить все необходимое, им приходилось действовать быстро: натереть каминные решетки графитом, развести огонь, ежели погоды стоят прохладные, перетряхнуть постель и подмести полы, доставить зевающему Альбину завтрак – все это требовалось проделать едва ли не одновременно. Прохаживаясь по коридорам, я постоянно натыкался на спешащих слуг. Из уважения к слабому человеку вампиры всегда замедлялись при моем приближении, доброжелательно приветствовали меня, после чего, посчитав правила вежливости соблюденными, со страшной скоростью уносились по своим делам. Не считая невероятной быстроты «дети ночи», как они сами себя называют, на мой взгляд не отличались от людей.

Дуайт поразил меня резкостью движений, так не похожей на плавные жесты того же Альбина. Временами руки гостя двигались так быстро, что глаза за ними не поспевали и мне виделись лишь размытые пятна. Да, этого джентльмена с человеком спутать было бы невозможно.

Кроме неприятных манер, от гостя словно бы веяло неприкрытой злостью и готовностью к драке. Он несколько раз пытался спровоцировать Альбина, но тот оставался спокойным и столкновения не вышло. Я никак не мог постичь – это поведение обыкновенно для всех Сиров, говорил же Альбин, что они друг друга не переносят, или же сие есть особенность Дуайта?

Во-вторых, знакомец Альбина оказался весьма груб, наслушавшись его возмутительных рассуждений о природе людей и уже внутренне закипая, я понял, отчего мой любезный друг не поленился заранее обговорить этот момент.

Близилось утро, Дуайт начал собираться – его кучером был оборотень, что позволяло продолжать путешествие и днем. Я уже предвкушал, как закроется дверь за несимпатичным гостем, когда он повернулся ко мне:

– Был уверен, что кто-то поколдовал над разумом Альбина, но убедился в обратном. Так чем же ты его взял? Ладно, он притащил тебя сюда – выбора не было, но зачем нацепил на себя тирс (9)? – кровосос раздраженно помотал головой, слишком быстро – черты лица смазались, и продолжил уже обращаясь к Альбину, - дружище, ты совсем помешался. С этой побрякушкой о милых забавах с очаровательными прелестниками можно забыть – никто не решится разделить с тобой ложе, пока в ухе болтается золото. К чему эти жертвы? Человек же все равно не оценит – у них совершенно дикие представления о том, как правильно жить. Они называют это «нравственностью». Ужас! Бессмысленные ограничения и запреты, которые большинство все равно нарушает. Альбин, я тебя не узнаю! Где твое здравомыслие?

Альбин выслушал друга с каменным лицом и ровно ответил:

– Мое здравомыслие на месте.

Более он ничего не сказал, и Дуайт удалился, совершенно по-простецки поцокивая языком. Я был порядком измотан – мне пришлось собрать все свои душевные силы, для того, чтобы сохранять хладнокровие, кроме того отчаянно хотелось спать, так что мы с Альбином почти сразу после ухода Сира разошлись по своим комнатам. Я поспал немного в своей постели, а потом проснулись дети. Со свойственной всем малышам игривостью кто-то прыгнул мне прямо на живот. Я попытался угомонить непосед: уговорить их поспать еще немного или выпроводить из комнаты, но в итоге решил, что проще будет самому затаиться в каких-нибудь пустующих покоях.

Из покоев мне пришлось удалиться в сад – малыши меня нашли. Наверное, ангел-хранитель, несмотря на мое греховное поведение, все-таки не оставил меня без пригляда, только этим можно объяснить то, что я, повинуясь мимолетному капризу, повернул в дальнюю часть сада, к пруду, куда обыкновенно не наведывался.

Я шел, углубившись в собственные мысли, все размышлял, отчего же дружок Альбина глядел на меня с такой неприязнью. Неужели только оттого, что я – человек? Задумавшись, я не сразу сообразил, что человеческие голоса, звучащие вдали, совершенно незнакомы. Я остановился и прислушался. Так и есть! Это не «нянюшки» и не дети. Голоса Гретиных отпрысков я никогда ни с кем бы не перепутал – они немного странно интонировали и часть слов заменяли мышиным писком. Людей здесь быть не может. Совсем. Фамильяры никуда не отходят от своих вампиров днем, а остальных не пропускают в глубь страны. Здесь, в поместье Сира, не имели права находиться другие люди. У вампиров не было понятия «полицмейстер» или «стража», так как ночью они прекрасно могли за себя постоять, а днем вся страна погружалась в глубокий сон. Бодрствовали лишь фамильяры да оборотни. Так, может быть, это оборотни к нам забрались? Например, с целью грабежа. А что? Дело-то получается верное: оборотни сильнее, в поместье только слабые люди. Из боеспособных мужчин - только я. По крайней мере, таков может быть их расчет.

Конечно, неплохо было бы пробраться вперед и проверить, что там на самом деле происходит, но я сомневался в своей способности подобраться к полузверям незамеченным, а, значит, решение было только одно. Я тихо вернулся назад. Дети еще не закончили завтракать, потому были на кухне. Когда вампиры спали, мы трапезничали по-простецки, благо, кухня у Альбина была замечательная – и оконце было, и не в подвале, всегда чистенько… Я быстро обрисовал притихшим парням ситуацию и наказал детей из дома не выпускать, а еще лучше – запереться в какой-нибудь комнате с малым оконцем да крепкой дверью.

– Кевин, я сбегаю, посмотрю, кто там, - решительно произнесла внезапно появившаяся Грета и, прежде чем я успел возразить, что это может быть опасно, превратилась в неприметного грызуна и скрылась.

Признаюсь, я растерялся. Никогда не был в подобной ситуации. Я не военный и понятия не имею, что тут предпринять.

– А что, если они не за золотом? – тихо произнес Тимми.

– М?

– Я говорю – мы ж далеко от берега. На корабле не уплывешь. Вампиры – быстрые. Допустим, проснутся они, пошуруют в закромах, поймут, что золотишка-то нет и – в погоню. А ночь – их время. Разбойникам крепко не поздоровится. Так я о чем толкую – тут уж либо вовсе не соваться, либо – живых не оставлять. Ну, может и глупость, но мне так кажется…

От моего пристального взгляда Тимми смешался и закончил весьма неуверенно. По мне его слова саданули, как дубина – парень-то прав! Тимми, хоть и был юн, демонстрировал острый ум и смекалку. Его рассуждения звучали здраво. Если он не ошибается, нам всем предстоит сражение, ибо пути отступления нет. Бежать некуда: полузвери отличным образом вынюхают след, а уж по скорости они людей превосходят. И я никогда не брошу беззащитных вампиров.

Вернулась Грета и сообщила, что по парку неспеша приближается отряд из десяти оборотней. Немного, но на нас хватит.

– Ох, Кевин, не грусти, - Грета беззаботно махнула кистью, - посидите немного в поместье, а я найду, что противопоставить этим безумцам. Им следовало нападать внезапно, тогда у них была бы возможность кому-то повредить, а пока они там шагают нога за ногу, подоспеют полчища моих драгоценных подданных.

Сначала мне показалось, что веселушка-Грета неверно оценивает опасность, но когда трава зашевелилась, а потом и скрылась, погребенная под серыми телами, мне стало жутко – никогда не видывал такого количества крыс. Грызуны были повсюду, куда только ни кинь взор. Они деловито поводили мордочками и топорщили усики, нетерпеливо лезли на спины друг друга. Я наблюдал крысиное паломничество из окна второго этажа и заметил, что некоторые грызуны сидят на ветках деревьев, несколько веток уже подломились под весом десятков серых тел. Ко мне присоединились парни, они прижимали к себе удивленных малышей. Дети радостно тыкали пальцами в сторону серого воинства и, перебивая друг друга, указывали то на упавшую с дерева крысу, то на наклонившуюся до земли ветку. Потом они принялись считать крыс, сидящих на ближайшем дереве. Я все ждал, когда же появятся оборотни, но они так и не возникли в поле нашего зрения. В какой-то момент крысы пришли в движение, заволновались и единой серой лавиной устремились куда-то прочь с наших глаз. Вскоре рядом с домом не осталось ни одной крысы.

Грета вспрыгнула мне на руки не позднее, чем через четверть часа. Я прижал к груди маленькое тельце, оно все сотрясалось от сердцебиений, я даже немного испугался. Но вот крыска зашебуршилась под моей ладонью, соскочила на пол, а уже через секунду ко мне прижалась взволнованная Грета.

– Все, - произнесла она отрывисто, - больше их нет.

– А… тела? – помедлив вопросил я.

– Тел тоже нет, - Грета зло усмехнулась, - крысы бережливы и никогда не побрезгуют мясом.

– А куда клыски делись? – требовательно спросил у Греты один из малышей.

– Они пошли в свой домик. Он под землей.

– Я тоже туда хочу! – не отставал Каспер.

– Нет, дорогой, тебе туда нельзя. Это же норка, она маленькая, ты не пролезешь, понимаешь? – Грета потрепала по волосам надувшегося ребенка.

Грета снова стала нашим героем. Когда Альбин и остальные проснулись, то были потрясены бурными событиями, которые они пропустили. Альбин очень подробно расспросил Грету о том, как оборотни выглядели, в какую одежду были одеты, и что у них было за оружие. Умничка моя предъявила альбиносу клок одежды с вышивкой.