Чтение онлайн

Нет, ничего не выйдет, она не боец – заскулит уже на третий день от тоски. «И что мне делать? Оставить всё, как есть, и ждать у моря погоды? Ну, что ты молчишь, дурочка?»

Из зеркала на Ксану пристальным взглядом смотрела молодая женщина, находившаяся как раз в том благословенном возрасте, когда должны были оставаться силы и на любовь, и на работу, и на семью. Вьющиеся светлые волосы, тёмные брови, чистая кожа, чуть великоватый, но никак не портящий ее нос с горбинкой, очень высокий лоб. На вид – тридцать пять, на самом деле больше. Только вот глаза как будто пеплом присыпаны, уголки губ опущены, горестные складки возле крыльев носа уже не убрать.

Совсем скоро кризис сорока… «Что вы знаете о кризисе сорока?..»

Ксана знала только то, что ей давно не интересно жить, и это пугало больше всего на свете. Выгонять Жорика, воспитывать детей, требовать повышения зарплаты – не-ин-те-рес-но! Должно было случиться что-то из ряда вон выходящее, способное заставить ее покинуть своё слепое убежище и рассмотреть, как, на самом деле, привлекателен мир вокруг. Но никакая сила не могла принудить ее что-то сделать для себя, словно она уже навсегда застыла в аморфном состоянии полного безразличия, как муха в куске янтаря. Наверное, именно поэтому и родился довольно наивный сюжет про Алисию – не имея сил и желания что-либо менять, она придумала для своей героини несуществующую землю, на которой она, пройдя все испытания, обязательно станет счастливой.

Ксана слабо верила в загробную жизнь, но иногда, засыпая, фантазировала, что после смерти обязательно окажется в своём мире и будет там счастлива. Берег Алисии… Какая чушь! Ни один вымышленный сюжет не заменит реальную жизнь, а параллельные миры – прерогатива фантастов, но никак не ее, Александры Романовой. Да и роман слабенький – так, помечтать. Чтобы совсем не сойти с ума от бессилия.

…Надо было подготовиться к встрече с Беловерцевым. Ксана взяла ручку, блокнот, устроилась возле окна. Вспомнив о том, как неловко повела себя на фуршете, покраснела, но тут же сердито нахмурила брови. Кто она и кто он? Подумаешь, потешился, барин! Она даже притопнула ногой от накатившей злости, которая в тот же момент сменилась отчаянием. Все они – главред, Иннуся, Беловерцев, ее муж – находились на другой стороне бездонной пропасти, которую ей, Александре Романовой, не преодолеть никогда. Классовое и гендерное разделение в ее мире было жёстким, все преференции отдавались мужчинам, с женщинами жалостливо сюсюкали, будто сама способность к деторождению была неким постыдным, но необходимым обязательством перед обществом. Конечно, мужчины, скрепя сердце, признавали права своих подруг и сотрудниц, но всеми силами старались не пропустить их вперёд.

Нет, без посторонней поддержки ей никогда не пробиться к высотам карьеры, даже если она будет работать день и ночь. Да и что она умеет, кроме журналистики? Может, завести богатого любовника, как Иннуся? Но это тоже было страшно. Ксане всё было страшно, и этот страх давно стал ее необходимой частью, полностью поглотив желание жить.

…Офис филиала российской корпорации «Строй ИнвестМаркет» расположился в высотном здании «Градостроя» недалеко от площади Куйбышева. Это была одна из самых загруженных транспортных развязок Симферополя, парковочные места здесь были роскошью или везением, как кому нравилось, перед кольцом всегда скапливались пробки. Иногда эти пробки пытались разрулить регулировщики, демонстрируя видимость работы, но почему-то в этом случае поток машин становился ещё плотнее. Толпы горожан, подобно ручьям после паводка, заполняли каждое свободное пространство тротуаров, стекали в подземные переходы и снова выплёскивались на поверхность. Движение было безостановочным, и, как казалось Ксане, бессмысленным.

Она остановилась возле входа и, подняв лицо вверх, засмотрелась на застеклённый фасад. Десятиэтажное здание стремительно взлетало к небу, крыша, унизанная пучками антенн и спутниковыми тарелками, подпирала его своей макушкой, в стёклах отражались проплывающие над зданием облака. Ксане стало интересно – знают ли об этих отражениях сидящие внутри люди? Вряд ли. Иначе они непременно почувствовали бы себя небожителями. Она тихо рассмеялась, вошла внутрь, показала охраннику удостоверение и направилась к лифту. Настроение почему-то стало приподнятым, будто предстоящая встреча таила в себе некое обещание. Ксана отбросила прочь странные мысли и, пока лифт поднимался вверх, постаралась сосредоточиться на визите.

Итак, в последнее время российские компании вырастали в Крыму, словно грибы после майского дождя, везде открывались офисы, филиалы и представительства. Похоже, началась очередная волна инвестиций. Что инвесторам пообещали местные власти, которые были уже не совсем местные, а больше донецкие, залётные. Землю на побережье? Долю? Бюджетное финансирование? Эти и многие другие неудобные вопросы Александра Романова хотела бы задать Родиону Беловерцеву, ей было любопытно, как ответит один из московских гуру строительного бизнеса. Она была уверена, что он наверняка будет мастерски увиливать, произносить обтекаемые фразы, обещать Крыму непременное процветание.

Конечно, рассчитывать на долговременные финансовые вложения в строительство новых промышленных комплексов было бы наивно – всё равно, что ждать от людоеда цивилизованного предложения выйти замуж. Москвичей в Крыму больше всего интересовал Южный берег – кусок лакомый и хорошо продаваемый. Но, в любом случае статью ей придётся сочинить хвалебную, с обещанием светлого будущего для родного полуострова, если российский бизнес в лице господина Беловерцева примет участие в его благоустройстве.

При этом и местных обижать нельзя. Руководство «Градостроя», давно ставшего единственным крымским строительным монополистом и уже начавшего отпочковывать от себя новые корпорации, крайне ревностно относилось к конкурентам. Ну что же, и о конкурентах, и о крымском бизнесе Ксана напишет довольно дипломатично, статья получится солидная. А это значит, что к празднику у неё будет премия и, возможно, новое кашемировое пальто – нежного песочного цвета, с обшлагами, модным воротником «апаш» и мягким поясом.

…В приёмной оказалось светло и очень современно – дизайнеры постарались на славу. Юная секретарша, похожая на школьницу, вежливо предложила ей подождать. Ксана молча кивнула, устроилась в кожаном кресле и с разочарованием подумала, что Беловерцев, как и все избалованные вниманием сорокалетние мужчины, не оригинален в выборе помощницы. Листая журнал, она стала ее исподтишка рассматривать. Девушка работала с таким усердием, будто вычисляла траекторию полёта ракетоносителя. Ее лобик сосредоточенно сморщился, ровная спинка напряглась – просто идеальный образец офисной исполнительности!

Ксана вдруг поняла, что искренне завидует ее молодости и тому, что впереди у этой девушки ещё целая жизнь. Возможно, счастливая…

Долго ждать не пришлось – Беловерцев сам вышел навстречу. В этот раз был он одет строго, но улыбнулся так же приветливо, как на фуршете, и пригласил в кабинет. «Какая искусная маска, – с досадой подумала Ксана, – сплошное очарование! Видимо, ему нужно очень хорошее интервью. Ну что же, а мне нужны деньги. Значит, договоримся».

Она села за стол, перед ней появился поднос с кофе в миниатюрных чашечках. Ксана вежливо поблагодарила, чуть пригубила – кофе был густым, словно желе, и горьким до неприличия. Ей показалось, что Беловерцев из-под приспущенных век наблюдает за выражением ее лица. Она запила тягучую чёрную жидкость ледяной водой из тяжёлого хрустального стакана, и от этого простого действия почему-то стало очень спокойно на душе, словно дорогой эспрессо развеял все сомнения, окончательно убедив ее в добром расположении хозяина кабинета.

После согласования финансовых вопросов (в которых Беловерцев был подозрительно сговорчив) Ксана достала блокнот, как можно теплее улыбнулась и включила диктофон.

– Родион Михайлович, давайте приступим к беседе.

– О, нет, Александра Сергеевна! Я даже не буду сегодня занимать ваше драгоценное время.

Александра искренне удивилась:

– А интервью?

– Через несколько минут начнётся внеплановое совещание, нам не дадут спокойно поговорить. Вот здесь, – он подал ей белую пластиковую папку, – информация о нашей корпорации вместе с дисками, сегодня как раз ознакомитесь, можете начинать писать. А завтра я приглашаю вас на обед. В тринадцать ноль-ноль, ресторан «Княжа Втиха» на набережной. Будет достаточно времени, чтобы поговорить по душам

Вдруг он неожиданно заговорщически ей улыбнулся:

– Вас же интересуют характеры, оригинальные случаи, сплетни, мои личные интересы в Крыму? Об этом можно беседовать только в неофициальной обстановке, с бокалом лёгкого вина, согласны?

Ксана растерялась, пытаясь быстро сообразить, какой ответ в этой ситуации будет корректным, но Беловерцев первым поднялся со своего места.

– Ну что, придёте?

Ксана постаралась сделать приветливое лицо, ничего другого ей не оставалось – хозяин кабинета мастерски озадачивал ее каждую минуту разговора, не давая времени осмыслить ситуацию. Счёт, без сомнения, был в его пользу.