Чтение онлайн

Олеяна кивнула и первой двинулась по направлению к дому главной сирены. Эрлеец нагнал ее в два шага и пошел рядом. В какой-то момент их пальцы соприкоснулись, и Олеяна порывистым движением скрестила руки под грудью, благодаря темноту за то, что та скрывает вспыхнувший румянец. Мужчина, заметив этот жест, с силой сжал руки в кулаки, а потом резко расслабил. Не все сразу.

* * *

Танар хар Рейни оглядел хмурым взглядом звенящую веселым смехом площадь. Неожиданно быстро компания разбрелась, и он остался один. Очень кстати, ведь это было в его планах с самого начала. Убедившись, что Ее Высочество находится под неусыпным надзором эрлейского князя, он двинулся к другому концу площади, а достигнув его, свернул за угол дома и прибавил шаг. Его целью был один из домов неподалеку от центра поселения. Танар был уверен, что хозяйка дома уже давно не посещала гуляния.

Темные окна и позднее время мужчину не остановили: найдя нужный дом и перемахнув закрытую, но слишком уж низкую калитку, он поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Не получив никакого ответа постучал снова, но уже громче. После третьего стука за дверью раздалось недовольное:

– Да кому там неймется?!

Дверь открылась, и на пороге показалась немолодая, но по-прежнему интересная женщина в ночной рубашке и большой шали поверх нее. Свет от свечи в руке хозяйки дома упал на лицо Танара, и та на секунду застыла, вглядываясь в него.

– Что ты тут делаешь?
– прищурившись, спросила она.

– Мне нужна Леяра, - ответил мужчина.

– С каких это пор?
– зло сверкнув глазами, выплюнула сирена.

– Она здесь?
– не обращая внимания на злость женщины, спросил Танар.

– Нет. Она теперь живет отдельно, - немного спокойней ответила сирена.

– Где?
– снова задал короткий вопрос хар Рейни.

– На южной окраине. Последний дом, - так же коротко ответила женщина.

Отриссийский воин кивнул, развернулся и стал спускаться с крыльца. Когда он подошел к калитке, сирена не выдержала и снова обратилась к нему:

– Зачем ты вернулся, Танар?

Телохранитель Ее Высочества обернулся и ответил:

– Ты сама знаешь, - после чего снова перепрыгнул через калитку и скрылся в темноте. Теперь его путь лежал в другую сторону.

Он двигался быстро, уверенно ориентируясь в ночных улочках. Поселение сирен не было маленьким, так что к южной окраине он добрался лишь спустя полчаса спешной хотьбы. Последний дом был совсем небольшой, а забор косился во многих местах то в одну, то в другую сторону. Заметив дрожащий свет одинокой свечи в небольшом окошке, он замедлился. На какое-то время мужчина замер перед калиткой, словно не решаясь войти, но та неожиданно отъехала с громким скрипом, открывая ему проход, и он пошел к двери. Остановившись напротив створки, Танар занес кулак, чтобы постучать, но не успел. Дверь открылась раньше. За ней оказалась молодая женщина, держащая в руке свечу. Она наклонила голову вниз, обуваясь. Заметив за порогом пару мужских сапог, она удивленно и медленно подняла глаза.

Встретившись взглядом с воином, женщина вздрогнула и чуть было не уронила подсвечник. Словно не веря своим глазам, она прошептала:

– Танар?

– Здравствуй Леяра, - ответил он, не в силах оторвать глаз от стройной женственной фигурки, взволнованно вздымающейся груди и таких знакомых ясных глаз, сейчас округлившихся в изумлении.

– Я... Я услышала скрип калитки...
– чуть громче произнесла сирена.

– Слишком гордое название для этого ржавого предмета, - прервал ее отриссиец, сжав кулаки и пытаясь взять под контроль нахлынувшие чувства.

Женщина криво улыбнулась:

– Уж какая есть. Зачем ты пришел?
– спросила она, выходя на крыльцо и закрывая за собой дверь. Танар резко отошел, чтобы восстановить прежнее расстояние между ними. В глазах сирены мелькнула вспышка боли, а лицо превратилось в безразличную маску.

– Мне нужна твоя помощь, - словно выдавливая из себя слова, признался Танар.

– Неужели? Я считала, что буду последней, кого ты попросишь о помощи, - усмехнулась она в ответ.

– Кроме тебя, мне просить некого, - сказав это, хар Рейни сжал зубы так, что на скулах заходили желваки.

– Я так и поняла, - хмыкнула сирена.
– Что тебе нужно?

– Так и будем гворить на пороге?
– приподнял бровь мужчина.

– Тебя что-то не устраивает?
– повторила его жест женщина.

Тана пожал плечами, показывая, что по большому счету ему все равно.

– Ты, наверное, уже слышала, что в поселение пришли гости?
– спросил он.

– Да. Трое отчаянных мужчин, две женщины и дракон, - кивнула сирена.
– Один из мужчин - ты?

– Да, - кивнул хар Рейни.

– Зачем вы пришли сюда?
– Леяра решила подтолкнуть мужчину к дальнейшему рассказу.

Танар тряхнул головой, заставляя себя оторвать взгляд от губ сирены, и продолжил:

– За тем, что можем получить только здесь. За песней, дарующей свободу.

На несколько секунд на крыльце повисла напряженная тишина, и прервал ее снова отриссийский воин:

– Я помню твои слова и прошу не для себя. Песня нужна для артефакта.

– Что за артефакт?
– сглотнув набежавший ком, поинтересовалась женщина.

– Дракон и девушка из отряда сейчас крепко связаны артефактом, передающим его энергию ей. Чтобы это прекратить нужно заменить испорченную деталь на исправную. Песня сирены, дарующая свободу, в этом играет решающую роль. Она и настраивает деталь на сохранение, а не передачу. Знаю, путано. Но так объяснил человек, понимающий в этом гораздо больше моего, - Танар рассказал все как есть и теперь смотрел на Леяру, ожидая ее слов.

Сирена тяжело вздохнула, посмотрела на стоящего перед собой мужчину и произнесла:

– Когда ты уходил, то сказал, что больше никогда не хочешь видеть мое лживое лицо.

Руки воина сжались в кулаки

– Когда ты уходил, ты сказал, что будешь ненавидеть всегда чувства, которые тебе навязаны, себя, - за то что испытываешь их, и меня - за то, что спела тебе.

Мужчина резко вздохнул и весь напрягся.

– Когда ты уходил, ты сделал мне очень больно, Танар...

– Я предупреждал, что смогу быть с тобой совсем недолго. Ты согласилась и обещала не использовать чары, - хар Рейни решительно перебил сирену.

– Ты обещал мне верность на это короткое время!
– рассерженной кошкой зашипела в ответ Леяра.
– А я уже через неделю увидела в твоих объятьях другую!

– Не моя вина, что молодых сирен не учат сдержанности!
– рыкнул Танар.

– Тише!
– яростно прошептала женщина и накрыла его губы ладонью, оглядываясь на дверь и прислушиваясь.

Мужчина замер. Маленькая мягкая ладошка пахла молоком и медом. И он не выдержал. Накрыв руку сирены своей, поцеловал. Потом немного отвел от лица и снова поцеловал, вернув обратно. Он не мог остановиться, покрывая такую знакомую, такую манящую ладонь поцелуями, прижимаясь к ней губами, то легко, то иступленно.