Чтение онлайн

Шорох из комнатки в стене сообщил о появлении Алона. Мальчик подкрался и пожал Тирте плечо. Они вместе прислонились к стене, внимательно слушая. Потом к ним присоединился фальконер. А с ним и свет, тусклый, но вполне заметный. Рукоять его оружия проснулась.

Снова Тирта оставила их двоих и скользнула вдоль стены. Справа зияющие ниши со следами пожара обозначали входы в комнаты, но это не имело значения. Ей требовалось добраться до главного зала. Только оттуда могла она сделать заключительные шаги своей миссии. И, конечно, главный зал — именно то место, где находятся враги.

Коридор закончился вьющейся лестницей, круто уходившей вниз. Лестница была каменная и узкая. В стене на уровне руки тянулась канавка. Вероятно, для удобства спускающихся.

У основания спиральной лестницы в нише тускло коптила лампа, каменный сосуд с маслом и тряпичный фитиль, просунутый в дыру в крышке. Свет хоть и слабый, но одно его наличие служило предупреждением, и Тирта готова была к нему прислушаться. Она остановилась на самом верху этого узкого, похожего на колодец спуска. Идти по такому можно только по одному, и если внизу, не видимый сверху, караулит стражник…

Услышав позади тихий шелест, девушка оглянулась. В причудливом мерцании оружия фальконера она увидела, что сокол снова сидит у него на плече, склонив вперёд голову, и пристально смотрит вниз.

Тирту тревожила эта лампа. С того момента, как они оказались в коридоре вверху, сюда не донеслось ни звука. Хотя стены крепости и толстые, почти все переборки уничтожены огнём и любой шорох должен разноситься очень далеко. Тишина могла означать только одно: их не только заметили, но и ждут с подготовленной ловушкой. Девушка отодвинулась от лестницы, но потом подумала: а что если лампа поставлена именно с этой целью, чтобы они пошли другим путём?

Она вздрогнула, ощутив мягкое прикосновение руки. Мальчик потянул её вниз, к себе.

— Он… он здесь… — в голосе его звучал страх.

Алон ещё крепче вцепился в Тирту, держал её с таким отчаянием, прижимая к стене со следами огня… Если он снова придёт в состояние отчуждённости… Ужас в нём всё нарастал, что немало испугало Тирту. Своим прикосновением он передавал свой страх и ей. Девушка попыталась закрыть свой мозг, заглушить страх и передать мальчику хоть каплю силы духа и уверенности.

Каким–то образом их тревога передалась фальконеру, может, при помощи птицы на плече, потому что он встал между ними. Тусклый свет рукояти упал на девушку и мальчика, шар быстро пульсировал — как предупреждение и защита от Тьмы.

Алон невольно задрожал, и эта дрожь передалась Тирте. Она видела его лицо, смутное пятно, повёрнутое к ней. Потом свет шатром раскинулся над ними. Мальчик закрыл глаза, рот его распахнулся в безмолвном крике. Однако когда свет рукояти упал на него, выражение крайнего ужаса смягчилось, и Тирта тоже ощутила поднимавшееся в теле тепло.

Но у врагов, окопавшихся в Доме Ястреба, наверняка в запасе не одно оружие, и, возможно, самое опасное нельзя ни увидеть, ни услышать. А те, кто вошёл в крепость, должны действовать. Оставаться на месте значило вновь и вновь подвергаться нападению этого смертоносного оружия.

Если бы только она лучше подготовилась! Эти сны — теперь они казались ей обманчивыми. Какая от них помощь! Должен был существовать путь через разрушенную крепость, но она могла только бродить вслепую и надеяться на удачу.

Нет! Коварное зло, которое попыталось сломить Алона страхом, на неё действовало по–другому. А фальконер? Что оно применит против него? В Тирте росла уверенность, что существо, окопавшееся здесь вместе со своими слугами, постарается использовать против них всевозможные хитрые средства, что оно не хочет физического нападения. Почему? Меч — да, возможно, именно из–за оружия Силы, которое окутывало их призрачным светом. Может, благодаря этому оружию, которое само пришло к нему в руки, фальконер из всех троих вооружён лучше всего.

Девушка расслышала взмах крыльев, приблизилась к мужчине и коснулась его плечом.

— Я должна добраться до главного зала, — прошептала она как можно тише. — Только оттуда я знаю дорогу.

Он ответил не сразу, но и не отодвинулся от неё. Как девушка пыталась успокоить Алона, так и он успокаивал её. И на этот раз она не испытала гнева и возмущения. Они трое были едины в своей цели и должны до конца рассчитывать друг на друга.

Снова шум перьев. Тирта в полумраке разглядела, что сокол расправляет крылья, наклоняет голову, вытягивает вперёд шею, но не к лестнице, от которой они отошли, а в сторону другого конца коридора. Фальконер быстро развернулся в том направлении, переложив меч в коготь, потому что в то же время быстрым движением извлёк игольное ружьё, и, как обычно, пошёл впереди. Он крался осторожной походкой разведчика, и Тирта, ведя с собой Алона, пыталась ему подражать. Свет рукояти, казалось, оказывал на мальчика успокаивающее воздействие; тот хоть и продолжал цепляться за пояс Тирты, но уже открыл глаза и рядом с ней пробирался вслед за мужчиной.

Так они добрались до остатков другой лестницы. Ступени из камня, перила деревянные. Но поручни, как и панели на стенах — всё это сгорело. Спуск здесь будет опасным. Зато лампы внизу не было, а крыша терялась во тьме где–то высоко над головами: они, должно быть, находились на верхних этажах башни.

Сокол поднялся в воздух, в котором они ничего не видели. Фальконер пошёл вниз — по одной ступени за раз, голова в шлеме медленно поворачивалась, как будто он прислушивался, потому что плохо видит. Слабый свет меча не усиливался. Странно, но когда Тирта и Алон начали спускаться вслед за фальконером, держась в двух ступеньках от него, мальчик, казалось, полностью освободился от страха. На его маленьком лице глаза казались больше обычного, он пристально всматривался во мрак.

И вот они остановились в обширном холле у подножия полуразрушенной лестницы. Впервые Тирте показалось, что она узнаёт это место. Она повернула налево, ведя с собой Алона, фальконер шагал рядом с ней. И даже в темноте, разбавленной только тусклым сиянием меча, девушка догадалась, что именно находится перед ней, как будто она снова попала в сон.

Это был парадный зал. В Тирте поднималась волна возбуждения, которое уже не мог преодолеть страх. Надо же, как далеко она забралась; притяжение, ведущее девушку, усилилось, овладело ею полностью. Она больше не кралась, но уверенно шла вперёд.

Помост для кресел–тронов был на месте. Но самих тронов нет; несомненно, их поглотил огонь или изрубили в щепки те, кто захватил крепость. Теперь следовало повернуть сюда, за ширму.

Она была так уверена, что встретит сейчас ширму, что даже протянула руку, чтобы коснуться её. Но ладонь наткнулась на голую стену. Фальконер, предвидя просьбу, поднял меч и повернул рукоятью вперёд. Тирта была полностью уверена, что то, что она ищет, находится за стеной. Она почти оттолкнула руку Алона, подбежала к стене, провела по ней пальцами. Те оставили следы в пыли и грязи, но на этот раз ей не повезло. Никакой ручки она не обнаружила, эту дверь так просто не открыть, как ту, что вела в водосток.