Чтение онлайн

— Две установки в рабочем положении.

— Действуйте по обстановке.

Экран погас.

Бородатый космонавт вгляделся в монитор.

— Да, Ваня. Подходит «Дискавери». Что будем делать?

— Далеко?

— Около двух тысяч.

— Сами они состыковаться не смогут. Будем мутить воду.

— Они идут параллельной орбитой. Скоро будут здесь.

— Будем ждать.

— У них лазеры стоят на челноках?

— Откуда? Конечно, нет.

— А что там есть?

— Ракеты «космос-космос». Мощные зверюги. Спроектированы для американской системы ПРО. По-моему три ракеты в контейнере.

— Это не успокаивает.

— Скорость наших компьютеров 270 гигагерц. Успокойся. Они только палец на кнопку «ПУСК» положат, а мы уже нанесем удар.

— Ох, не знаю, не знаю…

— Да заткнись ты, — резко повернулся командир к Иванову. — Плевал я на «Дискавери», плевал я на противоракеты, плевал я на американцев, плевал я на их свободу вместе со статуей. Вопросы есть?

— Нет.

— Вот видишь, и всё нормально. Поставь «Дискавери» на автосопровождение.

— Поставил.

— А теперь успокойся. Наши лазеры — лучшие лазеры в мире. А то, что у них бабы в золотых трусах ходят — так нам наплевать на это, Данила. Трусы против лазера — звучит неубедительно. Загорелся экран монитора. Там был Философ.

— Вас нагоняет бригада из NASA.

— Мы видим. Ведём визуальное сопровождение, — ответил полковник Чередниченко.

— Приготовьте спасательные капсулы и наденьте скафандры, — произнёс советник командующего.

— Какие капсулы, какие скафандры? — вопросил нервозно Иванов. — Да пускай только дёрнуться. Плевали мы на их ракеты.

— Я согласен. Никто не знает, что на «МКС» установлен реактор и боевые лазеры. По этому может произойти всё, вплоть до абордажа. Я знаю, кто послал этот челнок. Возможно, в вашу сторону направят низкочастотный импульс: чтобы вы все сошли с ума. Это реально. Для удара импульсом надо сближение между «МКС» и «Дискавери» не более пятисот метров. Вы меня поняли?

— Да, — ответил полковник.

— Именно это я и хотел вам сообщить. Пятьсот метров.

Экран погас.

В течение некоторого времени оба пилота добивали редкие зелёные отметки на территории Автралии и Океании.

Вскоре их нагнал «Дискавери». До него было километров двести, когда пришло первое сообщение.

— «МКС», я STS-95, прошу связи. «МКС», я STS-95, прошу связи. Необходима помощь?

Челнок пока не приближался, а шёл параллельным курсом.

— «МКС», я STS-95, прошу связи. Мы идём на сближение.

Полковник включил канал связи.

— STS-95, я «МКС». Мы идём по графику операторов. У нас всё в порядке. Что вам нужно?

— У нас запланированный полёт; орбиты сблизились по расчетным данным. Учитывая это, мы бы хотели сказать пару слов Джону Ланкастеру, нашему специалисту по микробиологии и передать ему небольшой контейнер с новыми препаратами. Всё это согласовано с NASA и с ЦУПом.

— Он спит. Ланкастер работал без перерыва 79 часов плюс выход в открытый космос… Он спит, Сэм. Это же ты, Сэм?

— Да, это я, Уаня. Но все же разбуди, коллега, нашего сонного микробиолога.

— Сэм, ты представляешь себе, что это такое 79 часов работать без сна и на нервах? Он принял транквилизатор. И ещё. Ты понимаешь, что я не имею права выполнять твои просьбы. Все грузы только через шлюз и контроль. Верно, Сэм? Ты же всё понимаешь. Джона я будить не буду. Часов через десять переговоришь с ним, а сейчас — нет.

— Уаня, Уаня…

Челнок включил манёвренные двигатели и стал сближаться со станцией. Когда оставалось десять километров, Чередниченко спросил:

— Ты к нам в гости, Сэм?

— А что, нельзя? Свободный модуль состыковки есть.

— У нас не работают гироскопы ориентации. Ты не пристыкуешься. И это приказ.

— Что?!

— Приказ, говорю. Прекращай сближение. Я отвечаю за станцию. У нас была уйма неисправностей. Наконец все работы закончены. Гости нам сегодня не уместны. Со своим Ланкастером будешь болтать дома, в баре. Тебе не ясно? Это космическая станция «МКС», а не бар «МКС». Сэм, не путай в голове понятия. Джо спит; я злой; Иванов занят контрольной проверкой. Что тебе надо? А?

— Да, собственно, мы тут так пролетаем; по курсу. Чего ты бесишься?

— Прекращай сближение!

— Да я и не сближаюсь. Пять миль — это что, сближение?

— Сэм, по-хорошему измени орбиту. Свали вверх или вниз. Не мешай работать. Мы говорим по закрытой связи, но что было бы в ЦУПе и NASA если бы они слышали наш диалог?

— Ракету они могут пускать минимум с двадцати километров, даже с пятидесяти — чтобы себя не зацепить, — проговорил Иванов.

— Я знаю, — ответил ему полковник.

— Хорошо, коллеги. Спасибо за гостеприимство. Но нам всё равно надо передать Джо инструмент и материалы лаборатории, — свяжитесь с ЦУПом, они подтвердят. Вес небольшой, килограммов сорок.

Из шлюзового входа «Дискавери» вылетел почтовый контейнер, внешне всем известный, и поплыл в сторону «МКС».

— Проснётся, передавай привет, — дружелюбно сказал в микрофон Сэм, капитан челнока, и, включив двигатели коррекции, стал уходить на верхнюю орбиту.

Чередниченко и Иванов смотрели на контейнер, приближающийся к ним, как на клубок гремучих змей.

— Инфразвуковая бомба, — проговорил бородатый.

— Да, это она, — согласился командир. Он вспомнил про пятьсот метров, упоминаемых Философом. Быстро надел шлём, включил боевой лазер и легко, как на тренировке, превратил контейнер в облачко металлического пара. — Вот так будет спокойней, — сказал. — А теперь, Данила, всё внимание на «Дискавери». Ракеты у них в верхнем контейнере. Если только он начнёт открываться — это уже начало атаки.

Вспыхнул экран монитора. На связи был командующий.

— Что хотел «Дискавери»? С нами на связь он не вышел. NASA сообщает, что это запланированное сближение.

— «Дискавери» интересовался здоровьем своего астронавта на «МКС». Хотели с ним побеседовать. Я сообщил, что только что закончились ремонтные работы на станции, которая была неуправляема, и Джо спит как убитый. Разбудить его нет возможности. Ему была передана посылка с дополнительным оборудованием.

— Где эта посылка!

— Я уничтожил её, не подпуская к станции.