Чтение онлайн

Он протянул мне букет.

Я моргнула. Посмотрела на букет. Потом на его самодовольное лицо.

Серьезно? Он думает, что я сейчас растаю, пущу слезу умиления и побегу переодеваться? Уволил меня, стер в порошок, а теперь приперся с цветочками кормить ужином? Да у него эго размером с орбитальную станцию!

— Ужин? Извиниться? — Я рассмеялась. Громко, истерично и с нотками чистого безумия. — Слушай сюда, принц татарский. Берешь этот свой элитный веник и засовываешь его себе в зад! Да поглубже, чтобы шипы застряли! А потом идешь на свой ужин пешком по известному всем русским людям маршруту из трех букв!

Я попыталась захлопнуть дверь, но этот гад успел подставить свой до блеска начищенный ботинок, который, судя по всему, стоил как почка.

— Виктория, давайте вести себя как взрослые люди, — его голос стал чуть прохладнее, но он всё еще пытался строить из себя джентльмена. — Вы же понимаете, что это был просто бизнес. Я хочу загладить...

Ботинок в двери стал последней каплей. Мой внутренний предохранитель сорвало с корнем.

— Взрослые люди?! — взвизгнула я. — Ах ты ж...

Я набрала полную грудь воздуха и заорала так, что с потолка на лестничной клетке посыпалась побелка:

— ПОМОГИТЕ! ЛЮДИ ДОБРЫЕ! СПАСИТЕ! НАСИЛУЮТ! УБИВАЮТ! ГРАБЯТ!

Маска невозмутимости слетела с лица Валиева быстрее, чем трусы с его фанаток. Он отшатнулся, округлив глаза.

— Дура, что ли?! — зашипел он, пытаясь перекричать мою сирену. — Больная на всю голову! Закрой рот!

— А-А-А-А! ПОЛИЦИЯ! МАНЬЯК В ДОРОГОМ КОСТЮМЕ ХОЧЕТ РАСЧЛЕНИТЬ МЕНЯ НА ОРГАНЫ! РЕЖУТ! — не сбавляя децибелов, вопила я, размахивая бутылкой.

Соседняя дверь с грохотом распахнулась. На площадку вылетел сосед дядя Толя из сорок пятой квартиры — бывший десантник в тельняшке, растянутых трениках и с вантузом в руках. Судя по глазам, дядя Толя уже принял на грудь свои вечерние сто грамм и был готов к подвигам.

— Держись, Викуля! Смерть буржуям! — рявкнул дядя Толя и, перехватив вантуз как копье, кинулся на Ильдара.

Дальше всё произошло как в ускоренной съемке боевика.

Ильдар тяжело вздохнул. Он даже не стал доставать руки из карманов (кроме той, что держала букет). Когда дядя Толя с боевым кличем налетел на него, Валиев просто сделал элегантный шаг в сторону, играючи перехватил руку соседа с вантузом и одним неуловимым движением выкрутил ему запястье за спину.

Дядя Толя издал звук сдувающегося шарика и замер в позе ласточки.

— Спокойно, отец, — холодно процедил Ильдар, удерживая багровеющего соседа одной левой. — Никто твою Викулю не трогает.

Он отпустил дядю Толю, отбросив его к стене, словно пушинку. Поправил манжет на своей идеальной рубашке, смахнул невидимую пылинку с лацкана пиджака. Затем повернулся ко мне.

В его карих глазах плескался чистый, концентрированный лед пополам с презрением.

— Я думал, ты профессионал с мозгами, — выплюнул он, глядя на меня сверху вниз. — А ты просто истеричная, неадекватная баба с алкоголизмом на ранней стадии. Счастливо оставаться в своей помойке, Бешеная.

Он брезгливо швырнул букет прямо на мой коврик с надписью «Elcome», развернулся на каблуках и, чеканя шаг, пошел вниз по лестнице.

Я стояла в проеме, прижимая к груди бутылку полусладкого, смотрела на помятые экзотические цветы у своих ног и тяжело дышала. Рядом кряхтел дядя Толя, потирая запястье.

— Ушел, гад? — просипел сосед. — Ишь, какой резкий. Вантуз мне погнул, ирод...

— Ушел, дядь Толь, — процедила сквозь зубы. Моя рука сжалась на горлышке бутылки так, что побелели костяшки.

Истеричная баба? Неадекватная? Помойка?!

Ну всё, Валиев. Ты только что подписал себе смертный приговор.

Год спустя...

— Вика, если ты сейчас же не перестанешь жевать этот унылый сельдерей и не посмотришь на меня, я запущу в тебя своим «Луи Виттоном», и мне плевать, сколько он стоил!

Я нехотя подняла взгляд от тарелки. Напротив меня, в облаке аромата дорогих духов и праведного гнева, сидела Лера. Моя бывшая коллега по «Криминальному вестнику», а ныне — ведущий колумнист глянцевого журнала «Top Style». Год назад, когда Ильдар Валиев асфальтоукладчиком прошелся по нашей редакции, Лере повезло больше всех. Она всегда умела писать про сумочки так, будто это сводки с фронта, и ее с руками оторвали в лайфстайл-издание.

Мне же повезло… никак.

— Я не жую сельдерей, Лера. Я медитирую на свою нищету, — буркнула я, отодвигая тарелку. — И убери сумку. На ней еще муха не сидела, жалко будет пачкать об мою депрессию.

— Твоя депрессия затянулась на двенадцать месяцев, — Лерка хлопнула ладонью по столу. — Посмотри на себя! Ты — Бешеная! Ты та, кто вывела на чистую воду мэра и нашла склад контрафактных айфонов в подвале детского сада. А сейчас что?

— А сейчас я пишу статьи на тему «Десять способов необычно использовать втулку от туалетной бумаги» для портала «Хозяюшка.ру», — язвительно напомнила я. — Под псевдонимом «Маргарита Цветочная». Потому что под именем Виктории Бешеной меня не возьмут даже листовки у метро раздавать. Валиев постарался на славу. Моя фамилия в черных списках всех медиа-холдингов страны.

— Именно поэтому ты должна пойти со мной, — Лера выудила из сумки золотистую карточку, которая так ярко блеснула в лучах солнца, что у меня на секунду заслезились глаза. — Завтра. Закрытая вечеринка у Макса Берга.

Я замерла. Макс Берг — это не просто имя. Это синоним самого пафосного разврата и самых больших денег в этом городе. Модный фотограф, продюсер и человек, который знает, в каком шкафу спрятан каждый скелет нашей «элиты». Его вечеринки — это притча во языцех. Там решаются судьбы контрактов и распадаются браки.

— Нет, — отрезала я.

— Вика!

— Лера, я сказала — нет. Что мне там делать? Стоять в углу в своем единственном приличном платье трехлетней давности и смотреть, как холеные морды пьют шампанское по цене моей почки? Чтобы меня там узнал кто-то из «шестерок» Тагирова и вышвырнул под зад мешалкой? Спасибо, я уже один раз полетала.

— Во-первых, там будет маскарад, — Лерка хитро прищурилась. — Тема — «Венецианская ночь». Лица будут закрыты у всех. Во-вторых, Берг празднует запуск своего нового проекта. Там будет ВЕСЬ бомонд. Вик, ну включи ты свои журналистские мозги! Это твой единственный шанс раздобыть эксклюзив, который перекроет всё твое «прошлое». Сделай одно крутое фото. Подслушай один пьяный разговор. Принеси мне сенсацию, и мой главред, клянусь, на коленях приползет умолять тебя о сотрудничестве, даже если Валиев запретит ему дышать!

Я молчала. Внутри меня знакомо заворочалось то самое чувство — холодный, расчетливый азарт, который я целый год топила в дешевом вине и статьях про оладушки из кабачков.

— А если не получится? — тихо спросила я.

— А если не получится, ты просто напьешься элитного алкоголя за чужой счет, наешься икры и посмотришь на красивых мужиков в масках. В худшем случае — развеешься. В лучшем — вернешь себе жизнь. Ну? Рискнешь, Бешеная? Или ты окончательно превратилась в Маргариту Цветочную?