Чтение онлайн

— Возьми меня в разлом! — вдруг выпалил Михалыч.

— Что?! — удивлённо вскинулся я. — Какой ещё…

— В любой! — перебил меня пожилой мужчина и добавил: — Но желательно седьмого класса.

— Да понимаю, что не первого, — ответил я, пытаясь понять его мотивы. — Неужели решил сдохнуть в бою с монстрами, а не от старости?

— Я что, похож на идиота? — буркнул Михалыч.

— Нет, — покачал головой я, — но ты каждый день выпиваешь одну или две бутылки водки. Хотел бы восстановить здоровье и прожить больше, то не гробил бы себя алкоголем.

— Мал ты ещё, чтобы меня упрекать! — разозлился Михалыч и отрезал: — Надо будет — брошу!

— А польза от этого будет? Я имею в виду, от походов в разломы? Ты ведь сам егерь. Когда-то сам монстров крошил.

— Будет, — кивнул Михалыч. — Для меня посещение станет более продуктивным. Энергия привычно наполнит тело и пройдёт по уже проторённым дорожкам. Несколько месяцев буду просто восстанавливаться, а затем начну понемногу развиваться.

Предупреждая вопрос, Иван Михайлович произнёс:

— Тебе от моего нахождения рядом вреда не будет. Знаешь, сколько силы высвобождается после закрытия разлома? До нас дойдёт часть, остальное уйдёт на сторону. Кстати, ты ведь её чувствуешь? Я прав? Сразу после уничтожения последней твари?

Немного поколебавшись, я решил ответить правдиво:

— Да.

— И я чувствую! — обрадовался егерь. — А вот некоторые нет! Особенно сильные маги!

— А что ты можешь делать с этой энергией? — задал я один из главных вопросов. — Как-то ей управлять?

— Да! — посмотрев мне в глаза, произнёс пожилой мужчина. — Умею ускоряться и усиливать удары. Ну и благодаря ей чувствую себя гораздо лучше, чем сверстники. Если хочешь, то и тебя кое-чему из своего арсенала обучу.

«Вряд ли он откроет мне что-то принципиально новое. Но, возможно, у них своя специфика обращения с духовной энергией, и я действительно смогу перенять нечто необычное», — подумал я и задал следующий вопрос:

— Энергия внутри тебя восстанавливается сама? Или для её наполнения необходимо посещать разлом?

— Сама собой, — признал Михалыч. — Но раньше, когда я чаще ходил в разломы, это происходило гораздо быстрее. Время никого не щадит.

— Ясно, — протянул я, размышляя над словами егеря в отставке. — А сколько человек должно пойти в разлом, чтобы энергии точно хватило на всех?

— Пять, конечно! Это наиболее подходящее число, — всплеснул руками он. — Или ты считаешь, что пятёрки в разломы стали отправлять просто так? Но вчетвером всё же лучше. В этом случае гарантированно остаётся небольшой излишек и развитие протекает более быстрыми темпами.

Вместо ответа я посмотрел на собеседника и постарался прислушаться к собственным ощущениям.

«Да нет, чистый он. Гнили не чувствуется. Никто его следить за мной не подряжал, — размышлял я, пытаясь принять правильное решение. — И что теперь делать? Брать с собой в разлом? Но тогда он обязательно увидит много лишнего, а „непреложный обет“ для меня ещё нескоро будет доступен. С другой стороны, мои способности частично видели члены отряда, сражавшегося с богомолами. Так что они вряд ли ещё долго останутся тайной для заинтересованных лиц. Стоит ли в данном случае отталкивать опытного во многих сферах человека, напрашивающегося в команду? Может, лучше помочь ему и получить верного помощника? Да, так будет правильно. Мне как раз пора обрастать своей командой. Заодно приближу к себе Александра с Николаем и начну их готовить. А что? Они уже достаточно сработались и, как мне кажется, неплохо покажут себя в составе моей звезды. Да и подготовка у них тоже на высоте. Я сумею довольно быстро увеличить их боевые возможности».

— Что молчишь?! — прервал мои размышления нетерпеливый Михалыч, и в его голосе послышалось разочарование вперемешку с подозрением. — Или ты всё же не сам разломы чистишь и тебе кто-то помогает? Если так, то забудь обо всём.

— Зачем тебе это всё? — вместо ответа спросил я. — Идти в разлом, рисковать жизнью. Ради чего? Перед тем как принять решение, мне нужно это знать.

Некоторое время Михалыч молчал, глядя куда-то в сторону, а затем, решившись, произнёс:

— Внучек видеть хочу.

— Что? — удивился я. — А это тут при чём?

— Ты молод. Так что пока не поймёшь, — голосом, полным боли, ответил старик.

— А ты постарайся объяснить, — попросил я. — Что с ними? Нужны деньги на лечение? Или ещё какая-то помощь?

— Да тьфу на тебя! Язык твой пустой! Здоровы они, хорошо всё. Тут другое, — пришёл в себя Михалыч и перешёл к делу: — Я же как в корпус служить пошёл, так всё время работе и уделял. Сначала в обслуге обтёрся, потом в добытчики пошёл. Денег там немало зарабатывают, но и вкалывать приходилось. Сам понимаешь, как оно бывает. Так что деньги на семью я выделял, дом купил в городе, стал детям с квартирами и машинами помогать. Вкалывал, не покладая рук. Эх, если бы я знал, что так обернётся…

Немного помолчав, бывший егерь продолжил:

— Потом меня вдруг жена стала пилить. Мол, на работе всё время проводишь, деньги есть, а отца и мужа нет. И ладно бы я монстров убивал, на будущую репутацию детей работал, так нет. В обычных добытчиках числюсь. В общем, из-за неё я егерем и стал.

Думаю, она хотела, чтобы сдох я в очередном походе и оставил ей всё заработанное. А я как заговорённый, всё возвращался и возвращался.

Тогда-то она со мной и развелась. Оставил ей дом и всё необходимое. Алименты на младшую перечислял, денег давал, пытался общаться. Да только без толку всё. Мамаша настроила детей против «бросившего их отца», особенно младшенькой мозги промывала.

Да только время шло, Анечка выросла, замуж за хорошего парня вышла, из приличной семьи. Детки, ну и всё прочее, как у всех.

Я уж как-то просил девочек посмотреть. Хоть одним глазком. Да не дают. Моя говорит, что стыдно ей за такого бывшего мужа. Что раз ничего не добился, то и не стоит внучкам психику рушить. Они, мол, скоро в люди выбьются, а я даже личное дворянство не заслужил. Не офицер какой-нибудь, а егерь всего лишь седьмого класса.

Куда, говорит, со своим свиным рылом…

На глазах Михалыча вдруг появились слёзы, а я, решив поддержать хорошего человека, положил руку ему на плечо:

— Я тебя в свою звезду не возьму, Иван Михайлович, — произнёс я, заставляя отставного егеря поднять на меня свои полные печали глаза, — без проверки, тренировки и инструктажа. Только после этого будем думать, как помочь твоему горю. Не дело, когда внучки не знают столь героического деда!

— Берёшь, значит? — аж засиял Михалыч, и в его голосе послышалась такая надежда, что она сумела пробить брешь даже в моём давно зачерствевшем сердце.