Бешеный Пёс
Шрифт:
Рассказал он это быстро, пока никого не было, и в перерывах не забывал поливать меня отборной бранью. Возможно, со стороны казалось, что он так пытается запугать простолюдина и заставить его нервничать. Поразмыслив немного над ситуацией, я с иронией уточнил, что будет делать его друг Носиков, если служащие комендатуры по ошибке вместе с видеозаписью отключат ещё и электричество во всём здании?
Леон ничего не ответил, однако понял всё правильно и как-то смог передать другу его задачу.
Так что перед тем, как освещение пропало, я закончил избивать семёрку ближайших ко мне противников, а затем специально подставился под удары Левенши в момент появления опаздывающих на избиение аристократов. В следующую секунду на здание комендатуры опустилась темнота, я отскочил в сторону и, активировав «глаза волка», ударил по боярам слабым «тараном». Пожар в здании оставался делом времени…
«А вообще, молодцы мои бароны, — подумал я. — Сориентировались в обстановке, приняли правильное решение и выполнили поставленную задачу. Мозги у них работают как надо. Хотя, может, они и не пытались меня спасти? Рассчитывали, что в ночном бедламе и темноте меня случайно убьют, а они станут свободными? Да нет. Вряд ли. Тут и клятва бы не позволила, и Леон не сообщил бы мне о грозящей опасности. Зачем тогда проявлять инициативу и напрашиваться на губу? Подождал бы окончания ночного конфликта, да и всё, — подумал я и с лёгкой руки решил выделил каждому из отличившихся по тридцать тысяч рублей. — Нужно будет обязательно передать им премию через Полину и показать перспективы добровольного сотрудничества. Правильную мотивацию подчинённых ещё никто не отменял. Пусть и дальше так стараются, а я уж на деньги не поскуплюсь. Раз они им так нужны».
Воспоминание о лице Леона, когда я едва ли не сам бросался на его кулаки, заставило меня прикусить губу, чтобы не расхохотаться вслух.
«Ну а что мне было делать? Семерых наглецов я уже поломал. Положить и восьмого? Или ещё больше народа? Это было бы слишком самонадеянно. Ведь в этом случае меня стали бы опасаться по-настоящему, и за устранение взялись уже не сами курсанты, а кто-то из руководства центра. А так получилось, что я показал зубы и продемонстрировал последствия всем заинтересованным. Теперь самые отпетые головорезы трижды подумают, прежде чем конфликтовать со мной».
Вспомнил я и о том, как мастерски дождался спасателей в дыму и делал вид, что надышался угарным газом. Создавал впечатление, что если бы не действия членов пожарной команды, то курсант Ладов сегодня бы погиб. Думаю, этот нюанс позволит несколько снизить возникшее напряжение и теперь бояре смогут в разговорах сетовать на несправедливость судьбы и костерить спасателей, волей которых я всё же остался в живых. Мол, если бы не это, то пёс бы обязательно сдох.
«Заодно и восстановил авторитет Леона! — нашёл ещё один положительный момент я. — А может, даже поднял его на новую высоту».
— Эй, пёс! — прерывая мои размышления, произнёс один из соседей. — Что-то ты больно молчаливый стал! А говорят, что ещё недавно тебя было не заткнуть! Заключение в комендатуре подействовало? Или удары по голове?
Не желая влезать в очередной пустой конфликт, я промолчал, однако очень скоро разозлённый отсутствием реакции курсант подскочил с места и рванул ко мне.
«Ну ведь хватает в стране достойных сыновей своих родителей! — в раздражении думал я, выкидывая ногу вперёд, прямо в живот наглецу. — Почему мне постоянно попадается на глаза всякий сброд?»
— Только попробуйте использовать заклинание, — предупредил я противников. — Пожар в комендатуре покажется вам тёплым ветерком!
— Да как ты смеешь?! — зло зашипел парень, но в атаку не полез.
Видимо, он считал, что раз я постоянно молчу и валяюсь в кровати, то сил у меня нет, а реальность его здорово удивила.
— Просто напомню, что это ты первый бросился на меня, а перед этим ещё и попытался провоцировать, — произнёс я, едва сдерживая себя. — Не трогайте меня, а я не буду вас.
«Что-то в этом мире я стал куда как более эмоциональным. Всё же молодое тело и излишние гормоны влияют не самым лучшим образом», — пронеслось в голове.
— Тебе конец! — проигнорировав мои слова, подскочил со своего места второй курсант, и первый почувствовал себя немного более уверенно.
— В самом деле? — я приподнял бровь, заметив, что третий прикрыл глаза и притворился спящим. — Вас всего двое.
— Ты, видимо, забыл, что вчера едва не сдох! — делая шаг ко мне, произнёс второй и, словно убеждая себя, добавил: — В следующий раз спасатели могут и не успеть!
— До меня дошло лишь восемь из тридцати, — ответил я, — и только последний оказался достаточно силён. Не думаю, что вы находитесь с ним на одном уровне. Так что советую не отсвечивать. Иначе я приму меры, и вы задержитесь здесь подольше!
Парни уловили что-то опасное в моих словах, поэтому не смогли найтись с ответом, а в следующую секунду дверь открылась, и в неё вошли Рибутов с Николаем.
— Проблемы? — первым делом спросил старший из прибывших.
— Просто пообщались на повышенных тонах, но конфликт уже улажен. Ведь так? — произнёс я, попеременно глядя на противников.
— Так, — сказал первый и, придумав, как сохранить лицо, посмотрел на своего товарища: — Пойдём подышим воздухом, а то тут нечем!
Когда молодые бояре ушли, сопровождаемые тремя парами глаз, прибывшие взяли стулья и уселись рядом со мной.
— Где их только набирают? — передёрнув плечами, произнёс Николай и пояснил: — Я работал со многими благородными домами, и такие самовлюблённые идиоты там большая редкость. Да, бояре-самодуры мне и раньше встречались, но чаще всё же образованные и вежливые до тошноты люди. А к нам на курс непонятно кто поступил! Вот уж точно для них свой бестиарий нужен.
— Мне тоже показалось, что здесь слишком большое количество мразей на квадратный метр. Может, их семьи пытаются таким образом избавиться от дураков? Или к разломам на перевоспитание отправляют? Чтобы ума набрались?
— Может быть, — пожал плечами Николай, а затем меня засыпали вопросами о самочувствии, подробностях прошедшей ночи и поделились последними новостями: об увольнении лейтенанта Крапивина, о вспыхнувших после занятия по физической подготовке массовых драках, о прибывшей в центр инспекции и предшествующей этому атаке рапортами, которую предприняли безродные курсанты, надеясь обезопасить себя от волюнтаризма офицеров. Также рассказали о новых проверках, направленных в центр из-за ночного пожара в комендатуре и о просьбе Ивана Михалыча связаться с ним.
«Неужели ему всё же удалось решить вопрос с документами на автомобиль?» — мысленно потёр руки я.
— И ещё! — прошептал Николай перед тем, как курсанты решили уйти. — По центру ходят слухи, что ты неплохо порезвился с боярами перед пожаром, из-за чего многие молодые и горячие хотят с тобой посчитаться. Будь осторожен.
После отбытия товарищей мне достался большой пакет с продуктами, при изучении которого желудок издал радостное бурчание, а также мой телефон, значительно скрасивший пребывание в этом месте.