Чтение онлайн

Слава повышена до 54 пунктов (+10).

Будто мало было проблем… Стены зала с грохотом задрожали, а с потолка посыпались камни.

Успел смахнуть крупный оранжевый шарик с поверженного врага и уже видел, как на меня несётся массивная балка сверху.

ЩЁЛК!

Перенёсся в храм крови и сразу же плюхнулся на пол — ведь ноги не держали.

— Поднимись! — назидательно проговорил Кахорт.

Глава 21

— Я бы с радостью! — выплюнул сквозь стиснутые зубы, стараясь не показать, как меня трясёт. — Бьёшь ты сильно, наставник, не поспоришь. Может, исцелять тоже умеешь?

— Кхрм-м-м, — Кахорт издал звук, похожий на задумчивое ворчание, после чего, так сказать, удалился, судя по угасшим глазам.

Спустя несколько не самых приятных минут ожидания стало очевидно: наставник специализируется исключительно на причинении страданий и демонстрации недовольства.

Приняв горькую реальность, я решил не тратить время зря. Лежа на полу храма, устроил импровизированный пир. Каждый глоток сока отзывался болью в горле, но голод требовал своего. Организм нуждался в топливе для запуска ускоренной регенерации. Да и кровь после еды восстанавливалась быстрее. Я чувствовал, как внутри разгорается тихий огонёк восстановления, как повреждённые ткани и кости медленно, но верно начинают заживать.

Кодж-Морг… Одним ударом чуть не отправил меня к праотцам. Нога пульсировала адской болью, рёбра кололи при каждом движении, а что-то внутри определённо было не в порядке. Печень, судя по острой боли справа внизу, получила серьёзный урон.

Чтобы как-то отвлечься, я открыл журнал системных сообщений и нашёл самое последнее.

Критическая неудача!

Вами получено: 5788 осколков бездны, платье сотни звёзд, 8 мер азурия, комплект «Изобилие» 5 звезд.

Я уставился на строчки, чувствуя, как в груди закипает ярость.

Серьезно?

Вот ради этого дерьма я жизнью рисковал? Ради чёртового платья? Прошёл через все ловушки пакостников кодзи, схлестнулся с древним героем… и что получил взамен? Тряпку для выпускного бала!

Видимо, Парадигма решила щёлкнуть меня по носу за то, что сую его не в свои дела и ввожу в заблуждение обитателей подземелий.

А ведь я даже не успел подобрать молот Кодж-Морга и взломать наградной сундук, у которого крышку распирало изнутри от сказочных гор всякого добра. Впрочем… главной целью всё-таки была великая душа. И она у меня есть. Так что грех жаловаться, даже если награда оставляет желать лучшего.

Ладно, дай хоть посмотрю, что за тряпка мне досталась.

Я медленно перевернулся на спину, вытянул дрожащие руки вперёд и попытался расправить платье. Материал оказался на удивление мягким, как шёлк премиум-класса, который скользил между пальцев. На чёрной ткани мерцали хаотично разбросанные стразы. Но это были не обычные украшения — каждый кристаллик пульсировал собственным светом. Им не нужен был внешний источник освещения для отблесков. Крохотные светила сами испускали завораживающее сияние.

Храм крови преобразился мгновенно. Суровые каменные стены с кровавыми письменами заиграли звёздными отблесками, создавая уютную атмосферу. Какое ламповое местечко! Здесь бы неплохой смузи-бар получился.

Пожалуй, подарю это чудо Калиэсте. В конце концов, легендарный предмет — не шутка! Подруге наверняка понравится. Правда, с характеристиками не слишком повезло. Каждая звёздочка слегка увеличивала объём и скорость регенерации магической энергии. В сумме получались вполне приличные значения для мага. Но у бардов вместо маны, насколько знаю, — вдохновение.

Но зато как красиво блестит! Калиэста и без того ослепляет, особенно днём, когда лучи Солариса играют на её золотистой коже, превращая каждое движение в произведение искусства. Ей определённо понравится!

Меры азурия, из которого сделано наше главное корабельное орудие, — куда более практичная и полезная награда. Хоть и стоил он дешевле флоридия, но использовался именно для отливки пушек.

Продавать не вижу смысла. Лучше подарю фракции. Лишние стволы людям точно не помешают в предстоящих баталиях. Можно было бы отлить пару орудий и для своей шхуны, но судно и так почти перегружено после вступления новых членов экипажа. К тому же полтинник «Канонира» есть только у Эстебана.

А вот легендарный комплект «Изобилие»… Этот красавец останется при мне до особого случая. Если удастся решить вопрос с поглощением собственной души — обязательно закачу пир на весь мир. Тогда эти пять звёзд покажут, на что способны.

— Поднимись!

Вот ведь заладил. Не наставник, а заевшая шарманка.

Только я отвлёкся от болевых ощущений, как он их вернул.

Приказал крупицам свободной крови, что уже успели восстановиться, исцелить травмы и, не без усилий, поднялся. Со «чпокающим» звуком откупорил сосуд душ — и началось…

Из горлышка взметнулась вереница искорок и устремилась к статуе Кахорта.

— Да-а-а… — голос наставника прокатился по храму низким, удовлетворённым басом.

Система тут же откликнулась уведомлением:

Поздравляем! Вы выполнили классовое задание: ЖатваII.

Ваша награда: неизвестно.

Искорки одна за другой покидали зал храма, пролетая сквозь стены. Я до сих пор не понимал сути процесса. Логика подсказывала, что жатва должна означать поглощение душ, их уничтожение или, на крайний случай, пленение. Но они не исчезали и не сгорали дотла.

Они просто улетали прочь, словно освобождённые птицы. Ох уж эти тайны Парадигмы…

Статуя заметно преобразилась. Великая душа Кодж-Морга, видимо, обладала особой силой. Её влияние превосходило десятки обычных искорок и ушла она самой последней. Очертания наставника проявились ещё чётче.

Лицо больше не напоминало пустой овал. Теперь я различал широкий выпирающий лоб, в центре которого красовалось око, пока еще размытое, плохо детализированное. Три густые полосы бровей нависали над глазницами, придавая лицу суровое, почти гневное выражение. Плотно сжатые губы не обещали ничего хорошего тем, кто осмелится противостоять этому созданию.

В целом Кахорт напоминал человека — если бы не дополнительное око, превращающее его в нечто совершенно иное.

Элементы одежды тяжело поддавались идентификации, но походили на боевую экипировку. С пояса до колен свисал пластинчатый фартук. Что-то подобное я видел на древних гравюрах, изображающих самураев.

Значит, он воин, а не придворный щеголь.

— Награду найдешь ты в сундуке, мой ученик, — произнес Кахорт, и его голос прозвучал почти дружелюбно.

Дважды просить не пришлось. Я, прихрамывая, поковылял к тому месту, где недавно подобрал сосуд душ.