Чтение онлайн

– А кто там живёт?

Алексей склонил голову в его сторону и посмотрев снисходительным взглядом, ответил:

– Банально - "Ремонтники". Вооружены и очень опасны. Одни арбалеты чего стоят. А уж "Чёрный Ремонтник"!

С этими словами он угрожающе посмотрел на Ивана и, выкатив страшные глаза, продолжил:

– Напрашивается что-нибудь отремонтировать. Все отказываются, но, в скором времени, обязательно что-то сломается и скорее всего то, что он порывался отремонтировать.

– У него ещё к тому же "чёрный глаз", - добавил Диггер.

– Слушай, ты, копальщик, - перебил его Проныра. Шёл бы ты лучше своё заныканое сало откапывать. Оно уже, поди, почернело от времени...

– О - проснулись, - хмыкнул Проводник, оценив взглядом почерневшего, от злости, Диггера.
– Ты, Ваня, их не слушай, а лучше посматривай себе под ноги.

– А что - можно чего-нибудь найти?

– Насчёт того, что ты чего-нибудь найдёшь - я не знаю, а вот в ловушку угодить легко.

– Какую?
– упадническим голосом спросил Мутант.

– Самострел, - равнодушно ответил Алексей.
– "Арбалет". Он в ходу у "Ремонтников". Ловушка представляет собой обычный замаскированный арбалет, но, с рессорой от трактора "Беларусь". Кто и когда поставил в отсек эти запчасти, так и осталось загадкой. Не оставалось сомнения принадлежность снабженца к славянской группе народов. Такая штуковина способна пуляться целыми брёвнами и на сраной кобыле к ней не подъедешь.

– И мимо не проскочишь, - согласно кивнув головой, добавил Копала.

– Типун тебе на язык, - беззлобно отреагировал Проныра.
– Если, Ваня, ты не встанешь на замаскированную панель, являющуюся спусковым механизмом самострела, то всё будет - "чики-пуки!"

...

"Ремонтный отсек" жил своей обычной жизнью. В отличии от некоторых, "Ремонтникам" приходилось не так худо. Всегда ломаются нужные вещи и не подлежат восстановлению собственными силами. Как про умельцев поговаривали злые языки: "Может быть, на хлеб с маслом им и не хватает, но бутерброды с дерьмом водятся постоянно". Отсек напоминал среднее, между технической лабораторией и занюханными мастерскими из древнерусской глубинки. Кругом чернели пятна отработанного масла и валялись грязные спецовки. Они мирно соседствовали с компьютерной техникой, которая так же была перепачкана отработкой. Впрочем, это не мешало ей выполнять свои функции. Мыслимые и немыслимые запчасти от неизвестных агрегатов горами лежали по углам, неизвестно для чего извлечённые из складских помещений. Это добавляло, к общей картине, сходство с блошиным рынком. Только покупатели отсутствовали...

В одном из помещений, одна группа рабочих устраняла внушительный пролом в полу, образовавшийся в результате небольшой химической аварии, а другой коллектив трудился над транспортировкой бочки с маслом. После небольшой перекантовки, неплотно закрытая крышка не выдержала гидроудар и масло из железной ёмкости хлынуло на ступени, ведущие вниз - в подсобное помещение. В это время, как раз возвращалась с перекура первая группа рабочих, о чём-то отчаянно жестикулируя руками. Матерные слова они активно подкрепляли языком жестов и не смотрели под ноги.

Главный носильщик, он же бригадир всех прочих бездельников, крикнул ротозеям, предупреждая об опасности:

– Васька! Витька! Осторожней! Эта лестница вся в машинном масле!

– Хренота - та - та - та - та!

– Наплевать - бать - бать - бать - бать!

Сидя на полу, они потирали ушибленные части тела и угрюмо смотрели в пролом, ведший на нижние палубы, в подпаёльные воды. Там скопилось отработка, ставшая уже давно эмульсией. Чего только не входило в её состав: вода, масло, дерьмо - это только малая часть перечисленного. Пролом предполагалось заделать в кратчайшие сроки - хоть досками от белого сортира.

На пороге подсобного помещения появился ещё один персонаж из дальних мастерских. Он ещё ничего не знал про случившееся и вёл себя крайне безалаберно. Обведя присутствующих рассеянным взглядом, пришедший приветственно помахал рукой и уверенным шагом направился к стеллажам, стоящим у противоположной стены помещения. Кубарем скатившись по скользкому лестничному маршу, он выругался на аглицком языке и продолжил движение. Не успев предупредить его о предательской лестнице, бригадир успел предостеречь его о другой опасности, крикнув гневным голосом:

– Джон! Смотри куда прёшь! Там в полу провал образовался!

– Херня - а - а - а - а - а!

Затухающий голос скоро ознаменовался слабым бульком, донёсшимся до места начала падения. Вскоре его сменил недовольный вой, нёсшийся оттуда же и громкие ругательства, сыпавшиеся сверху.

В соседнем помещении два рабочих клепали какую-то конструкцию. Со стороны это напоминало игру в "Салочки": один старательно пытался попасть по пальцам другого молотком, а тот, не менее старательно, всячески этого не допускал, проворно уворачиваясь от ударов. Молотобоец, от усердия, высунул язык, а обороняющийся весь трясся от напряжения, покрывшись крупными каплями пота. Наконец-то у них всё получилась и работа была завершена, а то бы неизвестно, чем бы эта "игра" закончилась. Скорее всего, госпитализацией обоих.

"Ремонтный отсек" жил своей обычной жизнью, в которой во всём чувствовалась рутина. Сюда можно было включить купание в подпаёльных водах, отбитые пальцы и прочие части тела...

...

Разведчики медленно, но уверенно приближались к владениям "Ремонтников", внимательно глядя себе под ноги и осматривая каждый подозрительный винт в стенах. Пока всё шло гладко и компаньоны несколько расслабились. Постоянно находиться в напряжении очень трудно, но, также трудно и сосредоточиться в нужный момент. Внезапно, за поворотом послышалась какая-то возня. Некоторые, от неожиданности, подскочили на месте, а в целом, все в нерешительности остановились. Фриц тихо подошёл к самому краю облезлой зелёной переборки и осторожно попытался выглянуть за угол. Заметив это, Проводник зло зашипел на него и отодвинул назад. У Алексея было "чёрное зеркало", не бликующее на свету. Хитрое покрытие позволяло видеть то, что находится за углом, не опасаясь быть обнаруженным и не отражало яркого света. Его Проводник и выставил на короткой палочке в соседний переход общего коллектора - у самого пола.

– Крысы, - сплюнув сказал Алексей и убрав зеркало в карман, спросил Мэнса: - Куда ты харю выставляешь?

– Э-э-э, - только и смог, что ответить немец, протягивая обе руки в сторону соседнего коллектора.

– Бэ-э-э!
– передразнил его Проводник.
– Если тебе так приспичило заглянуть за угол, то ложись на пол и выглядывай у самого плинтуса, а то так недолго и гайку из пращи словить по лбу. Или в глазик...

– А если у самого потолка?
– оживлённо подхватил идею Калахари.

– Не пойдёт, - отрицательно помотал головой Алексей.
– Что посередине угла голова появится, как грыжа на здоровом теле, что под потолком, как осиное гнездо - всё это вызывает в сознании противника отторжение и тут же привлекает его внимание.

– А у пола?
– засомневался Виктор.

– У пола - другое дело. Во-первых: на нём постоянно валяется всяческий мусор и разбросанные вещи, в отличие от прочих мест, не говоря про потолок. Твоя башка, просто-напросто - затеряется среди хлама, а во-вторых - это психологический эффект.

– Как это-как это?
– затараторил "Дармоед", под вопросительные взгляды остальных коллег.

– Просто, - заверил их Проводник.
– За счёт высунутой "репы", посередине стены появляется нездоровый выступ. Наверху, голова, в подсознании наблюдателя, зрительно утяжеляет пейзаж, отторгая его от действительности. Все массивные устойчивые постройки строятся внизу шире, что делает их в глазах смотрящего очень устойчивыми и надёжными. Попробуй перевернуть пирамиду вверх ногами... Она, в твоём воображении, падать начнёт. Так же и с покраской: от тёмной краски внизу - к светлой наверху. Сделаешь наоборот - и в сознании всё перевернётся с ног на голову. Так что башка, вылазящая внизу, больше гармонирует с подсознанием наблюдателя, чем под потолком, как воздушный шарик... И хорошо, если на твоём пути попадётся простофиля, а не опытный разведчик. Тот сразу же залепит тебе в глаз чем-нибудь тяжёлым.