Чтение онлайн

Моя решимость рухнула, как волна, разбивающаяся о скалы с каждым его словом. Воздух застрял в лёгких, а его рука на моей ноге жгла, как раскалённый канат, приковывая на месте.

Его шёпот гипнотизировал, заставляя подчиниться. Я кивнула, когда он произнёс:

– Так что не кричи и не устраивай сцен. Выслушай меня, Слоан. Но не здесь. Пойдём.

Его пальцы впились в мою кожу так сильно, что я вздрогнула от боли. В следующий миг я уже стояла на ногах и покорно шла за ним через всю библиотеку, пока мы не вылетели к выходу. Читальный зал был почти пуст, и я знала, что Тобиас всё ещё сидит в своей комнате, переваривая наш ссору.

Так что я осталась один на один с тем, кто явно был не в себе и получал удовольствие, пугая таких, как я.

Холодный ночной воздух обжег голые ноги, когда мы проскользнули через боковые двери школы, не привлекая ничьего внимания. У этого парня был талант растворяться в пространстве– и это, мягко говоря, настораживало. Неужели он всё это время следил за мной?

– Кто ты такой? – наконец вырвалось у меня, когда мы направились к лесу. Живот сжимался в комок каждый раз, когда я переступала через упавшие ветки, и мне дико хотелось обернуться, бросить последний взгляд на школу.

Я отчаянно надеялась, что Тобиас сейчас смотрит в окно и видит, как меня уводят во тьму.

Парень передо мной резко остановился, так что я врезалась в него, разбив губу от удара о его твёрдую спину. Он развернулся и пристально посмотрел мне в глаза:

– Неудивительно, что ты меня не узнаёшь. Мы никогда не встречались.

Я, щурясь вглядывалась в его черты, проводя языком по зубам и ощущая вкус крови. Чем дольше я смотрела, тем чётче его силуэт проступал в темноте. Над нами сияла луна, а воздух был наполнен ароматом сосны и весенней прохладой.

– Сайлас? – прошептала я, отступая на шаг, когда он отпустил мою руку.

Он улыбнулся, слишком обаятельно, до мурашек.

– Бинго, детка. Я всё это время был прямо у тебя под носом.

Он засунул руки в карманы и покачал головой. Я отступила ещё, и под ногой хрустнула ветка. Его бровь ехидно приподнялась:

– Даже не думай. Я догоню – я быстрее. И тогда мне придётся тебя связать, а мне этого совсем не хочется.

– Чего ты хочешь? – Мой голос дрожал, но я расправила плечи и скрестила руки на груди, стараясь казаться увереннее.

– Чтобы ты позвонила родителям. Вот и всё, чего я добиваюсь с самого первого звонка. – Он запрокинул голову, глядя на звёзды, и усмехнулся. – Ты так упорно игнорируешь их. Честно, я не мог в это поверить. Особенно после мёртвого животного и той фотографии? Почему бы не рассказать им, что происходит?

– Так это ты издевался надо мной? Но зачем?

Его смех стих, и выражение лица стало вдруг серьёзным.

– Потому что иначе я не могу до них добраться. Их охрана не оставит мне шанса. Но если они приедут за тобой, напуганные твоими жалобами, то сделают это тихо и без лишних глаз. Ведь никто не должен знать, где ты, верно? Они же не хотят, чтобы пресса что–то про тебя узнала. Разве не поэтому они тебя сюда упрятали? Чтобы ты... исчезла?

Леденящий ужас охватил меня, но я изо всех сил старалась игнорировать бешеный стук сердца.

– Ты пытался сломать меня, чтобы родители приехали за мной... и тогда ты смог бы до них добраться?

– Да, – он громко вздохнул, будто раздражён моей несообразительностью.

– Зачем тебе оставаться с ними наедине?

Он одарил меня обезоруживающей улыбкой, и меня тут же захлестнула волна тошноты. Я едва сдержала шаг назад – бежать от такого, как он, было бы самоубийством. Он поймал бы меня. И пока что, несмотря на его бред, он хотя бы не причинял боли.

– Чтобы убить их, как они убили моего отца и мачеху. Очевидно же. – Он покачал головой. – Я не собираюсь убивать тебя. Хотя, должен признать, твоё упрямство меня бесит.

Страх накатил, как ливень, и, хотя я всегда думала, что в ситуации «бей или беги» выберу второе, зубы сами собой оскалились, а ноги вросли в землю.

– Они угрожали Уиллоу! – рявкнула я, бросаясь ему навстречу. – Думаешь, я молчала, чтобы защитить их?

Он замер на мгновение, затем сорвал очки и раздавил их каблуком. Хруст стекла прозвучал оглушительно.

– Эти штуки бесили меня с самой первой минуты.

Белки его глаз исчезли, когда он прищурился, словно кошка перед прыжком.

– Что ж, должен признать, ты только что спасла себе жизнь, если дойдет до крайностей. Я ценю, что ты пыталась защитить Уиллоу.

– Но при этом ты угрожаешь ей, если я не помогу тебе? – парировала я, стараясь разгадать его мотивы.

Я знала, что у Уиллоу есть сводный брат, но не более того. Насколько мне было известно, он жил с матерью. Уиллоу почти не общалась с ним, кроме редких визитов во Францию. В их доме висел единственный его детский снимок: улыбка с дырками от выпавших зубов, рюкзак на одном плече.

– Просто позвони своим чертовым родителям, Слоан, – он протянул телефон, но я даже не пошевельнулась.

– И что ты сделаешь, если они приедут?

И это было главным вопросом. Кто сказал, что они вообще явятся? Я не знала своих родителей. Не понимала их мотивов или политических игр. Лишь одно было ясно: они вполне могли отказаться – особенно если узнают, что их тайна раскрыта.

– Сделаешь, как я скажу – отпущу.

Тобиас и остальные Бунтари никогда не купятся на это.

– Это ты подсыпал мне наркотик на притязаниях?

Он фыркнул, отводя взгляд.

– Да.

– И подбросил мертвое животное в мою кровать? Оставил фото, где лицо Уиллоу зачеркнуто красным крестом? – Голос мой дрожал от ярости. – Она хотя бы знает, что ты это делаешь? Знает ли, что мои родители убили её семью?!

– Наших, – поправил он. – Они убили наших родителей. Не только её.

– И ты запер меня в шкафу под Дебюсси. Откуда ты знал, что именно эта музыка сломает меня?

– Потому что я знаю каждую деталь той ночи, Слоан, – его голос стал ледяным. – Я пробрался в ваш дом после того, как увидел, как выносят тела моего отца и мачехи в чёрных мешках. Я смотрел на их кровь на полу… а потом исчез, пока не пришли убить и меня.

Он снова толкнул телефон мне в лицо, но я отступила.

– Я не верю тебе.

– Тебе и не нужно. Позвони. Скажи, чтобы приехали в школу, скажи, что кто–то раскрыл их грязную тайну и теперь охотится на тебя. Они приедут. Я разберусь с ними. А потом ты и Уиллоу сможете жить долго и счастливо.

Телефон замер между нами, как спасательный круг. Я разрывалась – ненавидела родителей, но… Разве я хотела стать их палачом? Или соучастником, зная, что могла остановить это? Тогда я стану такой же, как они. А если они и научили меня чему–то, так это поступать напротив их примеру.