Чтение онлайн

Она шлёпнула меня по груди, но я даже не почувствовал.

– Что ты наделал, Тобиас?!

Её дыхание обожгло мою кожу, когда она отступила, упёршись руками в бока. В пальцах она всё ещё сжимала телефон Слоан. Я не мог смотреть ей в глаза, пока отец объяснял ситуацию. В какой–то момент в кабинет вошёл и Исайя. Сердце колотилось так, что названия книг на полках расплывались перед глазами. Я прижал лоб к кожаным корешкам, пытаясь найти выход. Продумать каждый шаг. Исправить всё. Не ради себя. Ради неё.

Если в моей жизни и был момент, когда я решил поступить по совести – то сейчас это был именно он. Если я погибну, пытаясь исправить всё, то хотя бы одно доброе дело в своей жизни совершу. Я резко развернулся и протянул руку к сестре:

– Дай мне её телефон.

Через мгновение громкий гудок разнёсся по кабинету, когда я включил громкую связь. Мать Слоан ответила, и с каждой секундой её отсутствия тошнотворное предчувствие становилось всё явнее.

В дверях появился Шайнер, услышав вопрос в трубке: «Слоан?», и пристально посмотрел на телефон в моей руке.

– Не Слоан. Попробуйте ещё раз, – прошипел я, пропуская вежливые приветствия.

На другом конце провода раздался шум, будто она сигналила мужу подойти к телефону.

– Кто это?

– Вы помните, как наняли киллера через Ричарда Сталларда, чтобы «решить проблему» с Джонсонами?

Слово «проблема» оставило горький привкус во рту. В комнате повисла тишина. Я продолжил:

– Отправить Слоан подальше «для её же защиты» не сработало. Хотя... Может, вы и правда просто спасали свои шкуры?

– Кто говорит? Сайлас?

Я ожидал паники в их голосах, но холодная отстранённость матери Слоан взбесила меня.

– Это Тобиас. Тот, кого вы наняли. Боюсь, прошлое настигло вас. Сайлас вернулся, и он чего–то хочет. Полагаю, это вы двое.

Или я. Может, он возьмёт меня в обмен на Слоан?

– У него есть Слоан. Он преследовал её месяцами.

– Это неправда. Она бы нам сказала.

– Нет, не сказала бы. Она вам не доверяет. – Я усмехнулся. – А разве можно её винить? Вы наняли убийц для родителей её лучшей подруги, а потом сослали её, чтобы спасти свои шкуры.

Вмешался её отец: гладкий, спокойный голос, точь–в–точь как у жены:

– Это неправда. Мы отправили её, чтобы защитить.

Я рассмеялся.

– Тогда советую вам приехать. Потому что Сайлас держит её. И если вы не явитесь, чтобы признать свои грехи, боюсь, вашей дочери не поздоровится. Вы хоть раз слышали о мести?

Тишина.

Я окинул взглядом всех в кабинете. Отец стоял, прикрыв рот рукой, скрестив вторую на груди. Бьюсь об заклад, он сейчас сожалел, что вообще познакомился с моей матерью. Джемма прижалась к Исайе, слёзы стояли у нее в глазах. Шайнер сверлил телефон взглядом, будто готов был прыгнуть в него и придушить родителей Слоан.

– Сайлас держит её... или это ты?

Её отец снова заговорил, и в его голосе впервые появились нотки напряжения:

– Что ты делаешь в Святой Марии с телефоном моей дочери?

– Разве это важно?! – Джемма рванулась вперед, но Исайя мгновенно прикрыл ей рот ладонью и оттянул назад.

Наши взгляды встретились: мы понимали друг друга без слов. Чем больше людей узнает правду о родителях Слоан, тем опаснее станет для всех. Я ведь не единственный киллер в Штатах. На свете полно таких, как я, готовых за деньги нажать на курок. Ричард позаботился об этом. Не удивлюсь, если он до сих пор рулит делами из своей тюремной камеры.

– Я не играю в игры.

– Садитесь на первый самолёт и приезжайте. Исправьте свой гребаный косяк, губернатор.

В трубке послышался шёпот – я не разобрал слов. А потом заговорила мать Слоан, и её голос взбесил меня до предела:

– Это ты нажал на курок. Ты и исправляй.

Телефон замолчал. В комнате повисла тишина. Я моргнул. Ещё раз. А потом швырнул телефон в стену – в сантиметре от головы Шайнера. Он разбился об пол.

Я развернулся, вцепившись в книжный шкаф.

Я исправлю это. Неважно, какой ценой. Главное – чтобы Слоан была жива. Тогда всё встанет на свои места.

Слоан

Несколько часов назад я думала, что умру от разбитого сердца из–за Тобиаса, но теперь я оказалась здесь, связанная, под пристальным взглядом двух блестящих глаз, с которых капал пот. Казалось, до моей смерти оставались считанные секунды.

– Не обязательно, чтобы всё было так, – сказал Сайлас.

– Как «так»? – я сплюнула кровь, наполнившую рот. – Думаешь, если ты причинишь мне достаточно боли, я позову родителей? Почему бы тебе самому не позвонить им? Какое я вообще ко всему этому имею отношение?

Он откинул голову и рассмеялся. Его широкие плечи тряслись, и я не находила в его чертах ничего общего с Уиллоу. Ни глаз, ни улыбки – ничего. Не знаю, пошёл ли он в мать, но, похоже, моя лучшая подруга унаследовала все хорошие черты, а ему не досталось... ни одной.

– И чтобы они притащили с собой всю свою сомнительную охрану? Мне нужно, чтобы они приехали за тобой без прессы и без своей правой руки. Одни. Не зная о моих планах. Иначе я бы убил их давно или просто взял тебя в заложницы.

– Тебе не кажется несправедливым, что ты убиваешь моих родителей за то, что они убили твоих? Куда делась поговорка «из двух зол выбирают меньшее»? – Я проглотила страх. – Ты же знаешь, я была там в ту ночь, да?

– Да.

– Тогда ты знаешь, что я была в ужасе, когда нашла твоих родителей. А знаешь, что после этого меня заперли в комнате, потому что я грозилась вызвать полицию? Знаешь? – Я начинала злиться, бесило, что меня наказывают за их поступки.

Его резкий тон заставил волосы на моей шее встать дыбом:

– Так ты должна ненавидеть их не меньше моего! Они разрушили мою жизнь! Твои родители не только заказали моих, они подписали приказ и на меня.

Я провела языком по зубам, счищая кровь после падения, пока он меня ловил:

– Зачем им понадобилось убивать тебя?

Его ледяной взгляд превратил мой живот в бездонную пропасть.

От его пронзительного взгляда у меня в животе образовалась пустота. – Потому что я слишком много знал. Я присутствовал при многих разговорах отца на эту тему, и твои родители знали, что я, как и мой отец, буду заниматься политическими делами. Вот только когда мой отец узнал, насколько глубоки были их «методы» и как они пытались «исправить» ситуацию самостоятельно, вместо того чтобы действовать в соответствии с политкорректностью – то есть делать то, для чего их наняли с моей мачехой, – они сами оказались в такой же ситуации.