Чтение онлайн

Но теперь она снова была спокойной. Снова осторожной. Теперь она могла лгать.

Я опустила её на пол.

— В самом деле, Бетси, — возмущалась она, поправляя измятую рубашку. — Что бы сделал Иисус?

— Превратил бы тебя в хлеб и рыбу?

— С меня хватит твоих богохульств, — она направилась к двери, откидывая чёлку с лица, когда проходила мимо меня.

— С тобой гораздо интереснее, когда ты злишься! — крикнула я ей вслед.

— Иди к чёрту! И я подразумеваю это как буквальное приглашение.

— Как думаешь, где я сейчас нахожусь? — воскликнула я, но единственным ответом мне был хлопок входной двери (чёрт возьми, она, должно быть, действительно забронировала весь этот длинный коридор).

Глава 27

Я не хотела этого делать. На самом деле я могла придумать тысячу вещей, которые предпочла бы сделать, включая удаление корневого канала без анестезии.

Я сопротивлялась этому, сколько могла. Ну, я сопротивлялась этому около десяти минут после того, как у меня появилась идея. Но это можно было бы считать «началом».

Примерно в то же время Ник понял, что я вампир, и что мы растоптали его мозг своими большими чёрными ботинками. Но Ник был не единственным, на кого мы воздействовали как на вампира, о чём впоследствии пожалели.

Одного телефонного звонка Тине, которая как раз пыталась пересечь границу со Швейцарией, было достаточно. Это стало неожиданностью. Не то чтобы у неё была информация. Честно говоря, я понятия не имела, что Швейцария находится где-то рядом с Францией.

— Разве она не намного севернее? Например, в Гренландии?

— Моя королева, чем я могу быть полезна? — ответила Тина взволнованно.

— Мне нужен домашний адрес Джона Делка.

Долгая пауза.

— Тина? Дурацкие мобильные телефоны…

— Моя королева, какая вам польза от этой информации? Ведь вы обещали не выходить из дома, пока я не вернусь.

— Каждый день — это ещё одна пинта крови Синклера, Тина, при условии, что он вообще ещё жив, — я прямо-таки почувствовала, как она вздрогнула в трубку. — Старой работой Делка было убивать вампиров, и он ненавидит Синклера больше, чем кто-либо из моих знакомых. Стоит посетить семейную ферму, не так ли?

Ещё одна пауза, на этот раз более короткая. Затем:

— Возьмите Лауру.

— Конечно, — солгала я. Чёрт. Я научилась врать сквозь зубы. Я заглажу свою вину перед Тиной, как только она вернётся.

— И, пожалуйста, позвоните мне, как только что-нибудь узнаете, — говорила Тина. — Или ничего не узнавайте. Это отличная идея, Ваше величество. Жаль, что меня нет рядом, чтобы выполнить ваше поручение.

— У тебя и так дел по горло, солнышко. А теперь, пожалуйста, продиктуй мне адрес.

— Я отправила его сообщением на ваш телефон, пока мы разговаривали.

— Хитрая и умелая. Это моя девочка.

— Ваше величество, с вашей стороны очень любезно притвориться, что я действительно помогаю.

— Прекрати, — приказала я. — Нет смысла себя корить. У тебя была важная работа, и ты её выполнила. Кто мог всё это предвидеть?

— Кое-то, — сказала она, — моего возраста, с моим IQ.

— Кто бы ни был виновник, он увёл его у меня из-под носа. Проделал всё это дерьмо прямо у меня на глазах, а я даже не заметила. Что бы ни случилось…ну, это моя вина, вот и всё. Только не твоя.

— Добрая, — ответила она, — но лживая. Берегите себя, Ваше величество. Как я вас обожаю.

— Что?

— Н-ничего.

Как неловко!

Когда мы повесили трубку, я поймала себя на том, что размышляю о таинственной Тине.

Как она превратилась в вампира? Кто это сделал, почему и где они сейчас? У меня не было ответов на эти вопросы, только её беззастенчивая преданность. На самом деле, единственным человеком, о котором я знала меньше, был мой недавно сваливший жених.

Как получилось, что эти два вампира, которые, казалось, так сильно заботились обо мне, хранили такие тайны о своём прошлом?

Что ж, размышления ни на йоту не приблизили меня к поискам Синклера. Немного покопавшись (я всегда теряла эту чёртову штуку), я нашла свой сотовый на дне старой сумочки от Луи Виттона, которую Джессика подарила мне на мой двадцать первый день рождения.

Я заметила не только адрес, но и точные указания (так и знала, что Тина позаботится о том, чтобы при необходимости разыскать Воина Меча), и приготовилась к долгой поездке на семейную ферму Делков.

Глава 28

Родители Джона Делка жили в пригороде Сент-Пола, но в последнее время он проводил много времени на ферме своих бабушки и дедушки в Берлингтоне, Северная Дакота. Я преодолела четырнадцатичасовую дорогу за девять часов, в основном потому, что мне не нужно было останавливаться, чтобы пописать или перекусить, и потому, что я почти всю дорогу ехала со скоростью девяносто миль в час по шоссе между штатами. Меня останавливали три раза, и все три раза патрульные-мужчины-одиночки. Ни разу не выписали штраф.

Это было на следующий вечер — мне нужно было снять номер в мотеле незадолго до восхода солнца, но к пяти часам следующего дня я снова была в пути.

Кукурузные поля Миннесоты, к которым я привыкла, давно исчезли; здесь, недалеко от канадской границы, были только пшеничные поля и болота. Через некоторое время пейзаж стал довольно однообразным. По крайней мере, кукурузные поля были интересного цвета.

Я въехала на подъездную дорожку длиной в милю и заглушила двигатель (для этой поездки я выбрала бананово-жёлтый «Феррари» Синклера… Девяносто было всё равно что пятьдесят), с немалым трепетом разглядывая аккуратный, большой фермерский дом кремового цвета. Я совсем не предвкушала того, что будет дальше.

Во-первых, было уже поздно — по крайней мере, для фермеров. Десять часов вечера. Во-вторых, мы с Делком расстались не совсем в хороших отношениях. В частности, он обнаружил, что мы копошимся в его голове, и был совсем не рад. Он выразил это, застрелив меня. (Удивительно, как часто такое случалось). Затем он ушёл, и с тех пор мы его не видели.

Что сделало его довольно вероятным подозреваемым во всех этих странных происшествиях.

Я, спотыкаясь, шла по гравийной дорожке, сожалея о своём выборе обуви. На мне были туфли на каблуках цвета лилового котёнка, которые сочетались с кремовыми льняными шортами и кардиган в тон (конечно, на улице было восемьдесят градусов (по Фаренгейту, по Цельсию примерно 26 градусов — прим. пер.), но я почти постоянно мёрзла).