Чтение онлайн

Кажется я ещё ничего не упоминала о истории сегодняшнего праздника. Сейчас исправим. Сегодня очень необычная ночь и ещё более необычное утро, даже если забыть о ярмарке, испытаниях и многом другом.

Лет этак около полтины назад, с неба упала горящая звезда, и наступили тяжёлые сумеречные годы, когда небо было затянуто хмарью, воды взволнованны, а живность гибла. Земли альдов уничтожены и немногие спасшиеся бежали, в то время как нечисть чувствовала себя как никогда вольно. То было расцвет для охотников и магов. Вон, кстати, Вигнар сияет в окружении своих коллег. Можно его как-нибудь потрясти насчёт воспоминаний. Он застал то время.

К чему я веду? Сегодня мы проводим Ночь. Потому что на следующий впервые за много лет взошло солнце. За то тёмные годы много погибло и людей и нелюдей, а когда вновь наступил день, за короткий срок погибло в два раза больше. Как ни удивительно, это стало знаком новой жизни, или же символом возращения старой. Никто не знал какое время года тогда было. По земле ведь не поймёшь, а глаза долго привыкали к яркому солнечному свету. Однако устроить праздник хотелось, вот и решили совместить с весенним равноденствием. Столько всяких традиций понамешали, что поначалу сами испугались. Сейчас же уже и не скажешь, что когда-то было по-другому.

Пока я припоминала былое, на помост вышел глава следящей стороны для подведения итогов и награждения, он рассказал какой хороший день-вечер, какие молодцы мы и все, кто присутствовал на таком важном событии, как ежегодные соревнования боем среди начальной и средней категории, и, не затягивая, пригласил победителей.

Друзья помогли добраться и подпихнули на высокое, по моему теперешнему состоянию, наспех сколоченное деревянное возвышение. Рядом столь же непотребным способом корячился Хок. Бальзам на мою душу. Нас одобрительно встретили и, дождавшись пока мы разогнемся, продолжили торжественную речь. Я переминалась с ноги на ногу и смотрела на подвижные лица с горящими глазами. Не хотела бы я привыкнуть к такому... Задумавшись, благополучно пропустила речь, предназначенную мне, и очнулась лишь тогда, когда передо мной стояла красивая девушка и пыталась всучить мне охапку цветов и залуженную награду. Предмет похожий на крупный браслет из молочной кости: с внешней стороны - величественно встали животные, птицы и рыбы, вырезанные с такой тщательностью, что можно было разглядеть шерсть на пятке медведя. Внутри я, краем глаза, заметила руническую вязь, но меня прервал собственный букет, который я небрежно удерживала локтем. Он коварно выбрал подходящий момент для побега и рассыпался у моих ног бесформенным стогом. Пришлось под улюлюканье быстро сгребать своё добро в аккуратный сноп и стоять смирно, терпя неприятно колющиеся стебли.

Рыжий Хок покорно сцепил руки за спиной и согласно кивал в такт речи главы. Лекари постарались на совесть, смазав царапины парня на лице и теле ярко-зелёной настойкой. Теперь он выглядел как истинный хозяин леса, то бишь полисун. Самое то, для сегодняшней ночи! Рыжий усмехнулся и подмигнул мне, вдруг согнулся, завыл и закрутился волчком, отыгрывая нечистого. Видимо, не только мне пришло на ум сходство с лесной нелюдью. На мгновение все оторопели, а потом разразились взрывами смеха и пугающими возгласами - это были и горловые рычания, напоминающие медвежий рёв, и высокие вибрирующие тона, похожие на крики чаек, и на этом фоне потянулись волчьи рулады. В воздухе явственно запахло кострищем, халявой, хмельными напитками и буйным весельем, а нас, наконец-то, отпустили восвояси.

Первым спрыгнул вниз Хок и предложил помочь, глядя, как я осторожно примериваюсь, расхаживая по краю. Но я качнула головой, опустилась на руки и сползла вниз, быстро оказавшись рядом с ним. На его лице играли тени и волосы вспыхивали от попадающих бликов. Он улыбнулся и протянул руку, которую я дружески встряхнула, звякнув браслетами. Их звон гармонично вписался в зазвучавшие гнусавые волынки и тягуче-грустные дуделки.

Сухо попрощавшись, мы с рыжим магом поспешили затеряться, но в последний миг я обернулась и поймала жеманное подмигивание рогатого ряженного мило ощерившего черненые зубы. Гулко забили барабаны, мелко завторили трещотки и первые женские голоса затянули песню, перемежаемую резкими речетативными вставками.

Неожиданно кто-то поймал меня за руку, а сбоку раздался недовольный голос:

– Рада! Где ты застряла?! Мы тебя заждались! Что тебе дали? А... безделица какая-то.
– Меня бесцеремонно обыскали, разочаровано отвернули любопытный нос и бросили браслет обратно в мою бездонную сумку. Не колдовское, так и смотреть не стоит?! Зажрались государи маги!

Фил смущённо хмыкнул и напомнил, что нам пора идти, если хотим пойти колядовать.

– Точно-точно! Ха-ля-ва!! Сейчас самое то, пузо набить!
– охотно закивал Сонг.

– Ты же только что умял целую стопку блинов, десятку ватрушек и...- удивлённо обернулась к нему Улька, загибая пальцы. Её косы окончательно растрепались, и она их распустила, благо в свете праздника косится никто не будет, а так попробуй объяснить, что ты маг, а не распутница.

– Считала? Жаба села, да? Филин, не бери её, жадобу, замуж!

– Ничего подобного! Просто хотела посмотреть, сколько в тебя влезет! Сам как жердь! И куда, что девается? Вот, еле одну от тебя спасла.
– Подруга гордо продемонстрировала покусанную ватрушку.

– Тш-ш-ш! Пошлите. Потом успеете выяснить, кто был больше достоин съесть её.
– Фил взял под руку русоволосую девушку и потянул за собой. Уля звонко расхохоталась, стрельнула голубыми глазами и показала опешившему Сонгу язык. Я успокаивающе похлопала замершего столбом парня по плечу и побежала догонять парочку.

Друзья спорили и щурились в темноту, но шли в близлежащий берёзовый колок, где раннее оставили всё необходимое для своего преображения. Рядится и колядовать была старая традиция, правда раньше ходили исключительно на зимний солнцеворот, но после сумеречных лет, где ночь смешалась с днём, а зима с летом, и традиции претерпели изменения. Потому что благословение богов никогда не бывает лишним, а отпугнуть нечисть или отвести сглазливую соседку - нечего косит глазом на родного честно добытого мужа - и подавно.

Мы под дружные проклятия, наконец, нашли захороненные пожитки и принялись за дело. Улика таки решила дело о "кто достоин больше" и набила соломой вместо чучела Сонга, который стал в разы больше и толще. К этому он зачем-то отобрал у Ули кудель и нацепил себе, теперь довольно ковыляя взад-вперёд и по девчачьи вытягивая длинные "пряди" вдоль лица. Филин скупо ограничился животной маской и пушистым хвостом. Зато подруга развернулась не на шутку: несколько объемных юбок, на них повесила около дюжины колокольчиков, браслеты-кольца-бусы она поснимала со всех до кого дотянулась, лицо вымазала свёклой, а распущенные длинные волосы обсыпала мукой, а потом, чтобы мы окончательно осознали величие её творения, гордо растопырила руки.

– Ну как?!

– Ой! О-о-о-й...
– замахал руками Сонг и упал на спину, заливаясь смехом. Подруга поджала губы и обратилась к нам.

Фил содрогнулся, но растянул лицо в одобрительной улыбке. Я постаралась повторить, но по тому, как смех превратился в глухие задыхающиеся хрипы, стало понятно, что что-то не так. Пришлось плюнуть и бежать оттаскивать Улю от Сонга. За всей этой кашей я осталась последней и на меня стали бросать весьма выразительные взгляды, давая понять, что мне стоит поторопиться, если не хочу получить принудительную помощь со стороны. Нашла свою сумку и залезла в неё с головой. С удивлением извлекла репу, покрутила в руках и отдала замолчавшему Сонгу, следом вытащила искомый лохматый плащ с одной огромной дырой посреди спины - это я самоглажку испытывала. В тот раз мне повезло, потому что Вигнар часто забывал свои вещи в гостях, а вот когда я пробовала колдовать мокроступы... Меня передёрнуло от воспоминаний: тянущиеся скрюченные пальцы, свирепо брызгающие слюни, словом хуже было только с соседским сторожевым псом и штанами непрокусами.

Пока я наматывала на себя плащ и ругалась на чём свет стоит, друзья уселись рядом друг с дружкой и что-то оживлённо обсуждали. Заинтересованно прислушалась и тихонько подошла к ним со спины, откуда на меня уставилась разобиженная криво обструганная репа. Пока я разглядывала убиённый овощ, не сразу обратила внимание, что друзья обернулись ко мне и терпеливо ждут. Их бледные лица осветил бирюзовый лунный свет и зажёг огоньки в тёмных глазах. Они медленно улыбнулись и обнажили длинные клыки, их пальцы впились в землю, сгребая в кулак молодую травку, они неторопливо подались вперёд, чтобы в следующий миг рвануть с места. Я высоко взвизгнула и опрометью кинулась наутёк, как солнечный заяц, петляя среди белых берёзовых стволов. Ветер доносил до меня упоённое пыхтение, шипящие ругательства и громкие жалобы Ульки на очередную ветку, зацепившуюся за её юбки, я довольно усмехалась, самодовольно думая, что меня так просто не взять. Оказалось, управа на меня сыскалась быстрее всех прочих. В потёмках я запнулась об вымытый наружу корень и полетела вниз с небольшого пригорка, пропахав локтями землю и остановившись аккурат у кустов шиповника.