Чтение онлайн

И вдруг он прозрел: «Я РЕВНУЮ!» Огорчение, злость и ревность.

Он был не в состоянии шпионить дальше, и Харви Дент не стоил этого. Харви Дент был ИМЕННО ТЕМ, кем казался, а это был чрезвычайно достойный человек и, вполне возможно, спаситель Готэма.

– Я сдаюсь, – сказал он Альфреду. – Я был не прав. Этот парень – идеальный. Куда лучше даже, чем я.

– Что вы хотите этим сказать, мистер Брюс?

– И у него, и у меня было поганое детство. Родители умерли насильственной смертью. Но у меня было преимущество. У меня были вы, и Рейчел, а теперь – и Люциус. У меня есть огромный дом, и все, чего только можно пожелать. Мои финансовые возможности были и есть практически безграничны.

– Можно, я вам напомню? Никто из тех, кто притворялся вашим другом, не был им.

– Вы имеете в виду Эрла? Да, он оказался плохим другом, как и некоторые другие. Но представьте, Альфред, что им бы удалось завладеть компанией моей семьи? Вы думаете, я стал бы выпрашивать медяки на улице? Нет, я все равно жил бы очень комфортно. К этому времени я женился бы на Рейчел, мы завели бы троих детей и были бы невероятно счастливы.

– Вы не можете быть в этом уверены.

– Правильно, но, поверьте, мне бы очень этого хотелось. Ну, можно опустить часть про трех детишек, но остальное – да! Это могло бы случиться. А теперь посмотрите на Дента: как я говорил, не лучшее прошлое. Мертвые родители, как у меня. Нет, неправильно – не совсем как у меня, потому что Я ЗНАЮ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ! Это было трагично, отвратительно и бессмысленно, но что-то подобное происходит каждый день в каждом большом городе на планете. В этом действительно нет ничего загадочного. Но Харви! Он умрет, так и не получив ответа на главный вопрос своей жизни. И это еще не все. Я покопался в финансах его родителей. Знаете, сколько денег лежало в банке на счету его матери, когда она умерла? Сто четырнадцать долларов. Даже в те времена это были просто слезы. У его отца не было ни цента. У Харви никогда не было больше нескольких долларов в кармане. Никаких счетов в банке. Он по нескольку месяцев не платил за квартиру. У него совсем ничего не было – но посмотрите, кто он сейчас. Средняя школа, колледж, юридическая школа – и все за свой счет. Много лет подряд у него было не больше четырех часов на сон между учебой и работой. Но он все перенес и добился всего, чего хотел.

– А теперь он хочет очистить Готэм.

– Не просто очистить, Альфред. Запомните это. Создать настоящую идиллию.

– Не удивительно, что он заинтересовал мисс Доус.

– Рейчел – единственный промах Дента. То, что между ними, – это не настоящее.

– Правда?

– Я знаю Рейчел. Она выжидает время. Ищет подходящего человека.

– И кто это мог бы быть?

Брюс пожал плечами.

Глава тринадцатая

Харви Дент стал главной новостью недели. Историю из «Таймс» перепечатывали другие газеты, включая пару газет из соседних штатов. Несколько журналов посвятили ему выпуски, что привлекло внимание крупных телестанций.

История Харви Дента была рассказана в выпусках новостей по всем кабельным каналам и даже удостоилась 30-секундного ролика в вечерних новостях двух телеканалов. В каждом репортаже упоминались обычные вещи: карьера в юридической школе, его борьба с продажными копами и, конечно, самое главное – его героическое поведение в зале суда, когда Росси вытащил свой пистолет.

Этот случай заснял один из присутствующих камерой мобильного телефона и неплохо заработал. Продав эти кадры, он сумел оплатить обучение своей дочери в колледже Лиги Плюща Объединение восьми старейших привилегированных учебных заведений на северо-востоке США.

Камера четко запечатлела выражение лица Дента; успокаивающий налетчика окружной прокурор выглядел на пленке даже лучше, чем в жизни.

Один из самых популярных телеведущих закончил свою ежевечернюю передачу следующими словами: «Нас тошнит от этого, не так ли? Вы знаете, о чем я говорю. Это зловоние, которое идет из коридоров власти много лет, из домов сводников и сутенеров, из судов, полицейских участков, столиц и особняков. Они воняют, и я хочу проблеваться, и, готов поклясться, вы тоже. Люди Готэм-Сити – я знаю, вы хотите проблеваться, многие из вас говорили мне это. Вы в таком отчаянии, жители Готэма, что выбрали себе героя. Я сказал – «героя»? Я имел в виду – комика! Спросите себя: какой человек одевается в смешной костюм и маску? Да, вы угадали – комик! А теперь – посмотрите. Готэм получил нового героя, и это настоящий герой. У этого парня нет плаща и остроконечных ушей. Он носит костюм и галстук, и он довольно симпатичен в буквальном смысле и твердо стоит на ногах. Ублюдок по имени Росси испытал это на собственной шкуре, когда, вытащив свое дурацкое оружие, получил мощный удар в челюсть. И кто нанес этот нокаутирующий удар? Человек, о котором я говорю, истинный рыцарь Готэма, окружной прокурор Гарри Дент. Улетай из города, сумасшедший мальчишка в маске, Дент сделает твою работу».

В следующей передаче телеведущий извинился за то, что назвал Харви – Гарри, но извинение в общем-то не было необходимо. Каждый, кто видел шоу, понимал, кого он имел в виду, и множество людей были согласны с ним.

Альфред Пенниуорт не был согласен, но его хозяин – да.

– Я считаю, что единственный комик тут тот, кто создает шумиху, – произнес Альфред.

– На мой взгляд, он сказал очень много, – ответил Брюс.

Альфред подождал от Брюса объяснений, но, не услышав их, извинился и, сославшись на домашние дела, вышел из комнаты.

Харви Дент тоже не был согласен с телеведущими. Он не выражал своего мнения публично и, по сути, одобрял интерес к нему средств массовой информации. Он не принял приглашения в Нью-Йорк, Чикаго, Атланту или Лос-Анджелес на интервью «лицом к лицу», но он позволил нескольким съемочным группам проникнуть в его офис и квартиру и дважды отправлялся в местные студии на телемосты, которые вели люди, находящиеся в сотнях милях.

С очередного интервью он возвращался в машине, за рулем которой сидела Рейчел.

– Они не правы насчет Бэтмена. По крайней мере, я так думаю.

– И почему же? – спросила Рейчел.

– С моей новой выгодной точки зрения – моей новой работы, – я вижу пределы того, что я делаю. Рейчел, коррупция в этом городе настолько глубока... Она в воздухе, которым мы дышим. И я не могу победить ее. Есть места, куда я не могу пойти, вещи, которые я не могу сделать. Я как хирург, которому дозволили лишь глубоко надрезать кожу. Я так и не подберусь к причине болезни.

– Ты веришь в закон?

– Да, верю! Я понял, что у него есть пределы. Во-первых, мы должны избавиться от коррупции, ведь пока она процветает, закон не работает. А когда зло будет побеждено?! Именно тогда закон возьмет верх, установит порядок, создаст климат, в котором общество будет полноценно развиваться. Но сначала нужно победить зло.

– Я не слышала раньше, чтобы ты употреблял слово «зло».

– Черт возьми, но это именно оно. Меня тошнит от эвфемизмов. Я говорил о зле, и я имел в виду зло, и мы должны очистить от него город.

– А какую роль ты отводишь в этом всем Бэтмену?

– Партнер. Я сказал, что есть граница тому, что я могу делать, выступая со стороны закона. Но он тоже не вездесущ. Мы должны работать вместе, Бэтмен и я.

– Ты хочешь, чтобы он стал твоей тенью?

– Именно. Моей тенью. Он сможет пройти туда, куда я не смогу, и сделать то, что мне не под силу. А используя то, что он мне даст, я смогу пойти в суд и сделать то, чего не может он. Имеете мы очистим Готэм.

– Интересно!.. А что будет с Бэтменом, когда вы закончите?

– Хороший вопрос. Я хотел бы дать хороший ответ. Надеюсь, он выживет, может быть, он уедет, и мы никогда не увидим и не услышим о нем больше. По крайней мере все мы получим шанс.

Остаток поездки Рейчел молчала.

Район, где находились «Руки Томазини», когда-то газетчики называли «модным районом». Но это было много лет назад. Теперь это место – скопление обшарпанных меблированных комнат и дешевых ресторанов – напоминало больше район темноты во многом из- за того, что все уличные фонари здесь были разбиты – пулями или камнями. «Руки Томазини», или просто «Томми», как называли его местные, скатился от роскошного заведения для приезжих официальных лиц до отеля с комнатами на ночь, который часто посещали мрачные личности, не желавшие, чтобы их видели чаще, чем требовалось.