Чтение онлайн

— Я не прошу вас с ними ссориться.

— Вы не просите. Но само ваше существование — повод для конфликта. Изгнанный Рыльский, который должен быть мёртв или бродить безгласной тенью по приютам — и вместо этого проявляет дар, работает на Охранное отделение и находится вне контроля рода. Если они узнают — а они узнают, рано или поздно, они всегда узнают, — начнутся вопросы. Неудобные вопросы. Начиная с «а почему, собственно, Охранное отделение укрывает нашего отверженного?»

— И что вы будете отвечать?

Жандарм наконец закурил. Затянулся, выпустил дым к потолку.

— Пока — ничего. Потому что пока — они не знают. И наша с вами задача — чтобы не узнали как можно дольше. А когда узнают… ну, к тому моменту вы, надеюсь, будете достаточно ценным агентом, чтобы ваша потеря была для ведомства… нежелательна.

— То есть вы меня используете как козырь против Рыльских?

— Я вас использую как козырь в целом. Против кого — зависит от обстоятельств. Но — хватит политики. Вернёмся к вашим способностям.

Следующие два часа были нереально утомительными, как будто он действительно устраивался на работу. С чем сравнивать, было — в прошлой жизни, до попадания, были такие позорные страницы в биографии, чего уж там. Долгих, дорвавшись до интересного экземпляра устроил настоящее тестирование — методично, дотошно, как инженер, который проверяет новый механизм. Скрытность: «спрячьтесь от меня, прямо здесь, в этой комнате» — Семён попробовал, и жандарм потерял его из виду на целую пару секунд секунд, пока не применил свою подавляющую магию. Пара секунд звучит, возможно, не особо круто — но для комнаты в десяток квадратных метров очень даже неплохо. По крайней мере, судя по тому, как Долгих приподнял бровь.

Маскировка: «измените внешность, используя только энергию, без грима» — он смог утяжелить нижнюю челюсть, расширить нос, слегка изменить овал лица. Не кардинально — но достаточно, чтобы не быть узнанным при беглом взгляде. Долгих. Наниматель ходил вокруг, рассматривал с разных ракурсов, щурился.

— Интересно, — бормотал он. — Очень… нетипично, да. Обычно маскировка одарённых работает по принципу внешнего энергетического поля — создаётся иллюзия иного облика поверх родного, как маска. А вы… вы как будто перенаправляете внимание. Человек видит ваше лицо, но его мозг интерпретирует увиденное иначе. Это не иллюзия, это… когнитивное искажение. Я такого раньше не встречал.

«Потому что это системный навык, а не магия», — фыркнул Шиза. — «Он пытается впихнуть квадратное в круглое. Хотя и не дурак, со временем может приблизится к истине».

Следом хозяин высыпал на стол горсть монет и попросил разложить их по номиналу. Не глядя. Семён сделал это за ту же пару секунд — пальцы порхали сами, как на автопилоте. Потом — достать монету из-под перевёрнутого стакана, не сдвигая стакан. Это было невозможно физически, но Семён каким-то образом вытолкнул монету через щель между стаканом и столом, пальцы нашли способ, которого не существовало, и — пожалуйста.

— Мелкая моторика на уровне, — задумчиво протянул Долгих. — Или карточных шулеров,или взломщиков, или карманников… но в любом случае далеко не начинающих.

— Спасибо.

— Не за что. Теперь — физические данные. Встаньте.

Семён встал. Жандарм подошёл вплотную — на расстояние вытянутой руки — и без предупреждения ударил.Ладонью, быстрым хлёстким движением, целясь в плечо.

Семён уклонился. Не потому что умел — а потому что комбинация статов и навыков реагировала на угрозу раньше, чем мозг успевал осознать. Он просто сместился. На полшага вправо, чуть присев, уйдя под руку.

— Хм, — Долгих потёр ладонь. — Рефлексы выше нормы. Значительно выше. Вы занимались чем-то? Боевым, фехтовальным искусством? Ещё в Роду?

— Нет. Ну, или не помню.

— Тогда откуда реакция? Не понимаю.

«Куда уж тебе», — привычно прокомментировал Шиза. — «Скрытность даёт пространственное чутьё, кража — координацию, выносливость — общую устойчивость и скорость. В сумме — не боец, но очень скользкая мишень. Так ему и скажи, только без системных терминов. Иначе не отцепится ведь.».

— Мне кажется, — осторожно произнёс Семён, — это связано с… маскировкой. Со скрытностью. Я как-то чувствую пространство вокруг себя. Где кто стоит, откуда что летит. Не вижу, но чувствую.

Долгих прищурился.

— Пространственная сенсорика. Редкий побочный эффект навыков маскировочного спектра. Бывает. — Сделал пометку в блокноте. — Что ещё?

— Замки открываю, — на всякий случай добавил Семён. — Хорошо открываю.

— Это я уже понял. Что-нибудь ещё?

Семён подумал. Ночное зрение? Упоминать? Или это уже слишком? Про благословение удачи — точно нет, совсем уж невозможно объяснить в рамках местной магической теории. Про оберег исцеления — тоже опасно, Долгих может начать проверять и обнаружить вещи, которые лучше держать в секрете. Пускай луше будет в его глазах просто живучим и везучим.

— Вижу в темноте, — решился он. — Лучше обычного, во всяком случае.

— Ночное зрение? — Жандарм записал. — Ещё один элемент того же кластера. Скрытность, маскировка, пространственная сенсорика, ночное зрение, развитая мелкая моторика — всё это… — он поднял голову от блокнота, — всё это укладывается в один профиль. Разведчик. Диверсант. Или — как вы и используете — вор. Прирождённый. Как будто само ваше тело — инструмент, заточенный под одну задачу.

«Ближе, ближе», — хихикнула Шиза. — «Даже класс угадал».

— Я бы предпочёл другое слово, — сказал Семён. — Менее провокационное.

Долгих позволил себе тень улыбки.

— Выбирайте, какое больше нравится. Суть от названия не меняется.

Он захлопнул блокнот, спрятал в карман.

— На сегодня достаточно. Результаты меня… удовлетворяют. С оговорками, но удовлетворяют. Профиль ваш — специфический, но именно такой сейчас нужен.

— Для чего?

Долгих не ответил. Закурил очередную папиросу — третью за утро, если Семён правильно считал, — и некоторое время молчал, глядя в окно на Фонтанку.

— Послезавтра, — наконец сказал он. — Вечером. Приходите по этому адресу, — достал из кармана ещё одну визитку, протянул. — Получите инструкции.

— По какому делу?

— По вашему первому. — Долгих надел пальто, застегнул на все пуговицы. — И, молодой человек… — он остановился в дверях. — То, что мы обнаружили сегодня — клеймо — остаётся между нами. Между мной, вами и стенами этого кабинета. Вершинин будет молчать — я позабочусь. Вы, понятное дело, тоже будете молчать впереди всех. А я… я подумаю, как нам этим распорядиться. К обоюдной выгоде, разумеется.