Чтение онлайн

— Да, я солгал, Ваше Величество, — произнес Элемиан, не представляя, как можно перевернуть ситуацию в свою пользу. Император мог пойти ему навстречу, но только не когда его разозлили. Что сказать? Надавить на жалость? Точно не годится. Попытаться обыграть в свою пользу? — Я заслуживаю наказания! Но она действительно успокаивает меня. Одно ее прикосновение, и сила богини во мне затихает, становится полностью подвластной мне. Теперь я могу гораздо больше, чем прежде. Я даже могу сражаться бок о бок со своими людьми и не причинять им вреда.

— И ты решил, что солгать своему повелителю — правильное решение? — Император до скрипа стиснул руками кожаный ремень на поясе.

— Возмутительно! — воскликнул главный жрец. — Сила всевышнего принадлежит храму! Никто не смеет присваивать ее себе! Ваше Величество, аннулируйте брак, мы заберем девчонку. Святая должна отправиться в храм! Нельзя отдавать ее Амротам. Ее сила должна послужить всем жителям страны!

— Все верно, Элемиан, — холодно произнес император. — Ты не вправе использовать силу Гелиона.

— Но ваше величество! Так нельзя! — вдруг воскликнула Василиса. Элемиан потянул ее за рукав, но она лишь дернулась в ответ.

— Что ты сказала? — Император с презрением уставился на нее.

— Василиса, не надо, — прошептал Элемиан и поспешил добавить: — Простите, ее, Ваше Величество, она не знает здешних правил.

— Ваш генерал всю жизнь живет с этой проклятой силой! — воскликнула тем не менее она. — От его руки гибнут ни в чем не повинные люди, вы сами сейчас могли умереть просто потому, что его сила вырвалась. Если бы не я, случилось бы непоправимое! Разве он не служил вам верно всю жизнь? Пожалуйста, не лишайте его единственной возможности жить как нормальный человек.

Император хмурился и молчал, но за него говорили приспешники. Они ругались на Василису и называли ее выскочкой, а потом все сводилось к тому, что сила Гелиона должна принадлежать храму. Элемиан прижимал к себе растерянную Василису и не представлял, как выкрутиться. Даже Ройнон молчал.

— Это недопустимо, — возмущался и старейшина — любимец императора. — Генерал прекрасно справлялся с вверенной ему судьбой силой. Видать, им овладела слабость.

— Справлялся?! — возмутилась опять Василиса. — Да он меня едва не сожрал с потрохами, пока не обнаружилось, что я могу его успокаивать!

— Василиса, — позвал Элемиан. — Успокойся.

— Он каждый день на грани! — продолжала буйствовать она. И Элемиан невольно восхитился ее смелостью. Сейчас они ступали по лезвию клинка, но, впрочем, даже их молчание ничего бы не изменило. — Хоть кто-то из вас бывал рядом с ним больше, чем один день, вы видели, чего ему стоит контроль?

— Заткни свою жену, Элемиан, — прорычал Валрон, а император посмотрел на нее недобрым взглядом.

Элемиан прижал ее к себе так, чтобы лицом она оказалась у него на груди.

— Не надо, — прошептал он ей в макушку, надеясь, что никто другой не услышит. — Этим людям все равно, что я чувствую и кто гибнет.

— Ты скрыл от меня правду и будешь наказан, — холодно подытожил император.

— Я не отдам им Василису, — произнес Элемиан, понимая, что простым упорством на самом деле ничего не добьешься.

— Назови хоть одну причину, почему я должен оставлять деву с божественной силой у тебя? — ехидно усмехнулся император.

Василиса вдруг дернулась, отстранилась. Ее щеки пылали.

— Потому что я беременна! — выпалила вдруг она, и Элемиан вздрогнул. Первые мгновения даже он поверил ей и испугался, неужели не подействовало лекарство. Но потом догадался — наверняка она пытается так выкрутиться. — Или у вас принято разлучать детей с родителями?

Император растерянно отступил, по толпе прокатились удивленные вздохи, послышались осуждающие возгласы:

— Какая она будет святая, если уже носит дитя?

— Так вот в чем причина поспешной свадьбы.

Элемиан вздохнул. Оставалось только подыграть ей, хотя он сам не стал бы разыгрывать эту карту. Император сейчас слишком зол.

— Пусть лекарь проверит, — хитро прищурившись заявил Валрон. — А то может быть, они и тут лгут.

— Срок маленький, — встрял Элемиан. — Поэтому ничего не сказали. Но я чувствую новую жизнь своей силой.

— Они пытаются вас обмануть, Ваше Величество, — нашептывал Валрон. — Если мы поверим, а ребенка не будет?

— Тогда она умрет! — грубо бросил император, опять уставившись на Василису. — От тебя одни проблемы! Не принесешь дитя к концу следующей зимы, лишишься головы!

Василиса ахнула, пошатнулась. Элемиан крепче прижал ее к себе.

— Ваше величество, — попытался возразить он. — Она не виновата. Если кого и наказывать, то меня!

— Ее смерть и будет твоим наказанием, — сказал император. — Подготовьте указ!

Он покрутил на большом пальце кольцо с печатью. Его пытались переубедить жрецы и Валрон, но все бесполезно. Император приказал записать указ и поставил свою печать. А выше слова императора только его указ, заверенный печатью. Если слова император может взять назад или передумать, то указ отменить не сможет. Глядя на это сумасшествие, Элемиан понимал — все стало только хуже. Они выиграли небольшую битву, но проиграли войну.

Их отпустили в поместье, но с ними поехал императорский лекарь с помощниками, которые должны будут следить за Василисой и ее здоровьем.

В поместье они прибыли к концу следующего дня. Элемиан отпустил слуг и лекарей, которые с ехидством так и вились вокруг притихшей и бледной Василисы.

Для Василисы приготовили комнату по соседству с его покоями. Впервые за долгое время комната хозяйки замка оживилась. Когда-то эта комната принадлежала жене отца, но Элемиан почти никогда не заходил сюда.

Когда все лишние наконец разошлись, Элемиан остался в своих покоях с Василисой и Ройноном.

— Выпей, — предложил Элемиан Василисе вина. Та сидела за столом бледная и поникшая. Всю дорогу они помалкивали, но теперь надо было обсудить возникшую ситуацию.

— Я хотела как лучше, — печально вздохнула Василиса и приняла кружку из его рук. — Думала, они оставят меня с тобой, а потом мы сделаем вид, будто я, например, потеряла ребенка. Но что будет теперь?

— Идея была неплохая, — согласился Ройнон. — Но император очень разозлился. А когда так происходит…