Чтение онлайн

— Но как они могут называть тебя сыном и в то же время совершенно не сочувствуют тебе?! — воскликнула Василиса.

— Говорить они могут что угодно, — хмыкнул Элемиан. — Но я для них всего лишь инструмент.

— Что теперь делать? — Василиса всхлипнула.

Ройнон ходил по комнате, сложив за спиной руки.

— Ты должна родить, — сказал он. — Тогда выживешь.

— У меня не будет детей! — вспылил Элемиан. — Я поклялся на могиле отца. Этот проклятый род должен перестать существовать.

Ройнон покачал головой.

— А если я притворюсь беременной, а потом мы просто усыновим какого-то малыша, оставшегося без родителей? — воодушевилась Василиса.

— В смысле притворишься? — переспросил Элемиан.

— Можно подкладывать что-то, изображая растущий живот, я буду делать вид, что меня тошнит и все такое... Хотя... — Она приуныла. — Эти противные лекари наверняка будут проверять.

— К сожалению, да, — слабо улыбнулся Ройнон. — Такой обман слишком быстро раскроют.

— Судьба, да? — Василиса горько усмехнулась и сделала глоток вина. — Можно я пойду спать? Я ужасно устала.

— Да, иди. — Элемиан коснулся ее плеча рукой, не понимая, почему она до сих пор не проклинает его.

Она ушла к себе в комнату, он с другом остались вдвоем. Элемиан хотел уничтожить всех этих лицемеров и гадов и всерьез раздумывал над государственным переворотом. Но дело не только в силе. Из-за должности императорского «пса» у него не было последователей при дворе. А какой бы силой он ни обладал, признание хотя бы части придворных было необходимо. Иначе придется устроить поголовную резню, стать жестоким узурпатором, который в попытке занять трон, вырезал все ныне действующие войска кроме своих, уничтожил все дворянские рода, чтобы держать в страхе.

С одной стороны, результат выглядел заманчивым — он станет императором сам, и ни одна тварь не посмеет сказать что-то против его слова. А с другой…

Он потер виски пальцами и прикрыл глаза. Надо было как следует все обдумать.

— Василиса рассуждала в правильном направлении, — произнес задумчиво Ройнон. — Но родить она все-таки должна. Вот только не обязательно наследника твоей силы.

Элемиан уставился на него с удивлением.

— Да, — продолжил друг, садясь напротив. В его взгляде появилась надежда. — Сам посуди, в императорском указе написано: эта женщина должна родить ребенка к концу следующей зимы, или лишится жизни. Не сказано, что ребенок обязательно должен быть наследником твоей силы. К тому же не всегда это происходит. Твоя мать беременела трижды, прежде чем получилось. А если будет девочка? Девочки вообще не наследуют силу Мории.

Элемиан нахмурился, не совсем понимая, к чему ведет Ройнон.

— И как, скажи на милость, я должен предугадать это? А может быть, мне убивать «не того ребенка» в ее теле, если почувствую в нем энергию Мории?

— Никак не предугадать, если отцом будешь ты.

— В каком смысле «если»? — Элемиан смутно догадывался, к чему ведет друг. — Говори яснее.

— Если Василиса понесет от другого мужчины, то проблем с наследованием силы не возникнет. Ты исполнишь клятву отцу, и Василиса останется жива. Она будет матерью, и храм так же ее не заберет. Валрон не будет иметь на нее никаких видов. Императору придется смириться.

— Что за нелепые мысли лезут тебе в голову?! — Элемиан стукнул ладонью по столу.

— К сожалению, не нелепые. Если ты серьезно настроен не иметь детей, а Василиса может выжить, только родив ребенка, другого выхода я просто не вижу.

Элемиан покачал головой, не желая смиряться с таким раскладом, но в глубине души он понимал, что друг прав.

— Допусти, — хрипло произнес он. — Но кто знает, что придет в голову императора после.

— Это будет потом, — отмахнулся Ройнон. — За год мы сможем подготовиться и придумать что-то еще. Но сейчас для Василисы это самое простое и безопасное решение.

Элемиан поежился. Раздражение со злостью перекликались с начинающей бушевать силой.

— И как мы это устроим? — сквозь зубы процедил Элемиан.

— Сейчас я буду говорить самые очевидные идеи, но это не значит, что ты должен принимать их. Мы постараемся придумать что-то более подходящее на их основе. — Ройнон встал и заходил по комнате. — Итак, можно найти молодого мужчину, запереть в подземелье, заставлять проводить с Василисой время, пока она не забеременеет, а потом убрать его как свидетеля.

Элемиан покачал головой. Он не хотел принимать такой бредовый расклад, не хотел, чтобы кто-то прикасался к Василисе кроме него. Но на другой чаше весов лежали клятва и жизнь Василисы. Проиграть судьбе, проиграть императору и этим проклятым лизоблюдам? Он не имел на это права.

— Допустим. Просто предположим, — кивнул он, смутно представляя, как может отреагировать на подобное предложение сама Василиса и вообще, как какой-то грязный оборванец будет прикасается к ней. — Вдруг он успеет разболтать?

— Да, это риски, — согласился Ройнон. — Тогда можно найти того, кому мы доверяем. Или сделать встречи тайными. Можно маскировать Василису и...

— Нет. Никого чужого к ней я не подпущу.

Ройнон вздохнул. Друг всегда был на его стороне в благодарность ли, или просто так. Элемиан не знал. Но знал, что он действительно помогает и доверял ему.

— Можно убрать из этой цепочки лишние звенья, — хрипло произнес Элемиан, ощущая, как давит на плечи невидимый и отвратительный груз. — Никого чужого. Чтобы знали об этом только мы втроем.

— Что ты имеешь в виду? — Ройнон удивился.

— Все просто, как ты любишь говорить, — с горечью произнес Элемиан. — Стань ты отцом этого ребенка. И тогда не придется ни искать кого-то, ни бояться, что правда всплывет наружу, ни убирать свидетелей.

Ройнон замер. Он молча смотрел на Элемиана и растерянно моргал.

— Что молчишь? — горько усмехнулся Элемиан.

— Но я женат, Элем, — тихо произнес он.

— Вообще-то я тоже. И речь о моей жене! — с раздражением произнес Элемиан. — А у тебя уже двое детей, я помню. Но об этом тебе не придется заботиться. Кроме того, твоего ребенка я смогу терпеть подле себя. Пожалуй, будет не настолько обидно.

— Ты... Ты говоришь странные вещи. — Ройнон помотал головой.

— Это вывод, который напрашивается из твоего предложения, — хмуро возразил Элемиан.

Друг взъерошил волосы и сел в кресло.

— Да, напрашивается. Убрать лишнее звено из цепочки действительно лучший ход. Но…

— Или тебе не нравится Василиса?

Ройнон снова подскочил и заходил по комнате.

— Как она может не нравиться? Но дело не в этом…

Элемиан загонял голосом разума мечущуюся в груди злость, жаль рядом с ним нет никого, на ком можно было бы сорваться. Ни друг, ни Василиса, ни даже слуги императора не виноваты в сложившейся ситуации.