Безликий и Чудовище
Шрифт:
Вот так великий чародей и сидел, избитый и униженный, не видя и не слыша уже абсолютно ничего. Именно поэтому было не особо удивительно то, что лёгкий стук по железной решетке, укрывавшей колодец от свинцового неба, мужчина услышал не сразу. Из транса его смог полностью вывести лишь донёсшийся до ушей как будто из другого измерения до боли знакомый клич…
В миг оживившись, Зигмунд, преодолевая невыносимое жжение на спине, выгнулся, как только смог, и посмотрел вверх краем зрения. Так и есть. На светлом фоне, через преграду из железных прутьев, выделялся размытый образ крупной птицы.
— Гор! — Стараясь не впасть раньше времени в ребяческий восторг при виде своего товарища как можно громче прошелестел Зигмунд. — Гор, скорее сюда!
Практически не коснувшись серыми перьями до стиснутых в узкую решётку прутьев, сапсан плавно спикировал вниз и так же невесомо опустился на кандалы, надёжно фиксировавшие испещрённую рваными ранами руку хозяина.
— Мальчики в безопасности? — С нескрываемой надеждой прохрипел Зигмунд, как можно сильнее выгнув в сторону обвязанную в сорок колец цепями шею. Птица наклонила голову в бок, потом к груди и что-то тихо пискнула. Мужчина мгновенно изменился в лице.
— Как «не знаешь»? Что с ними такое? — В ответ Гор начал коротко, по своему, объяснять всё своему товарищу, активно жестикулируя крыльями. Во время всего этого информативного монолога Зигмунд всё сильнее и сильнее морщил лицо и щурил глаза. Как только пернатый собеседник, встряхнув головой, наконец-то закончил, мужчина, сомкнув губы в тонкую линию, нервно выдохнул, и, «переварив» услышанное, ответил:
— Ладно уж, дай Бог чтобы у Имира получилось их вывести. А сейчас… — Зигмунд, как только смог, выгнул голову назад и буквально одними глазами указал на проём в каменной стене, откуда и торчали целыми букетами цепи.
Сразу смекнув, что надо делать, сапсан взлетел вверх и через несколько мгновений исчез в тёмной щели. Уже совсем скоро раздался приглушённый щелчок, за которым последовал протяжный жестяной скрежет. Резкий рывок, отдавшийся острой болью во всём теле, и жестяные путы безвольно повисли на теле Зигмунда.
— Не поможешь ещё? — Спросил мужчина, как только Гор вылетел обратно в колодец и присел на один из тяжёлых шарообразных кандалов, закрывавших всю кисть чародея. С деловым видом, сапсан приблизился к железным кольцам на запястьях друга, что служили замками. Понадобилось лишь несколько мастерских движений клювом и острыми когтями, для того, чтобы высвободить руки Зигмунда.
— Он хорошо постарался, надо отдать ему должное. — С долей облегчения выдохнул Зигмунд, сбрасывая с себя тяжёлый ворох цепей. — Готовился, определённо, не один год…
Поглядев озадаченно на змееподобную кучу железных пут, валяющихся на полу, и на свои обожженные до кровавых пузырей ладони, Зигмунд вновь обратился к Гору:
— Сам выбраться отсюда вряд ли смогу. Только лишнее внимание привлечём. Придётся по старинке. Поможешь?
Не теряя ни секунды, сапсан вновь взмыл в воздух, за пол минуты справился с замком и они с напарником оказались в зловонном коридоре позабытой темницы.
Гор метнулся к выходу и через мгновение растворился в темноте лестничного поворота.
— Там, наверху, несколько стражников! — В последний момент успел выкрикнуть Зиг. — Я их слышал!
И всё-таки хорошо быть одновременно и не слишком-то большим, и при этом иметь хорошие мозги и природную изворотливость в довесок. Естественно, напрямую к двери дворцового подземелья Гор не полетел, на нащупал в темноте слабый камень, кое-как сдвинул его с места и впорхнул в полое пространство между полом и стеной замка.
Состояние у дворцовой стражи, взявшей в плотное кольцо злополучную дверь, было сегодня как никогда вялое. Точнее, даже не так: оно было каким-то аномально расслабленным. Аномально потому, что с таким-то королём хоть немного отдохнуть было практически невозможно. Всегда на нервах. Всегда чувствуется холодное дыхание смерти за спиной. Оно и понятно, ведь на троне у них сидит сам Дьявол! Но всё-таки именно из-за этого искалеченная нервная система и начинает непроизвольно отключаться в, сравнительно, тихие моменты. Но счастье этих бедных людей длилось не долго, так как его нарушил грохот рухнувшего на каменный полкирпича.
Все двадцать солдат, как один, шарахнулись в сторону и обнажили оружие. Никого. Лишь разломавшийся кирпич смиренно лежит внизу.
Лишь глазами переглянувшись друг с другом, стражники, всё ещё находясь в нервном напряжении, заняли вновь свои посты, но не успели они вновь погрузиться в привычную пучину мыслей, как одному из них прямо на голову мастерски пущенной стрелой кинулся Гор. Сапсан распушился, раскинул крылья с растрепавшимися перьями, и, выпучив жёлтые глазищи, завизжал. Да-да, именно завизжал, практически как человек или вовсе какое-то неведанное доселе существо.
Надо также сказать, что абсолютно все, кому доводилось видеть Гора с Зигмундом рядом, подмечали их необычное сходство. И лицо, и телосложение, даже некоторая часть самых крайних перьев у птицы были точно под рыжие волосы хозяина. Думается, не надо говорить, к какому выводу в следующую секунду пришли охранники…
Тут же началась немыслимая возня. По коридорам волнами заплясали крики, несколько мечей полетели в Гора, но тот без особого труда уклонился от них и, взлетев под самый потолок, метнулся в высокую арку коридора. Вся толпа, естественно, ломанулась за ним. Они даже и подумать не могли, что настоящий заключённый, как только шум окончательно удалился от злополучной двери, жижистым облаком полупрозрачного тумана выплыл из маленькой щели меж дверью и полом и, быстро завернув за угол, принял свой изначальный облик. Полностью пропасть Зигмунд не мог. Боль тут же растекалась от запястий по всему телу, будто его вновь и вновь бьют током.
Прислонившись изрезанной спиной к холодной стене, Зигмунд, чуть запрокинув голову, вновь нервно выдохнул и прикрыл глаза. Медленно, словно небрежные мазки по чёрному полотну, перед глазами стал вырисовываться совсем другой пейзаж. Он Высоко в воздухе. Под ним собралась уже чуть ли не свя королевская гвардия, и, словно стая мальчишек в надоедливого воробья, с размаху бросали в проклятого беглеца всё, что только попадало под руку. В птицу летели мечи, стрелы, топоры, стулья, щиты, шлемы от доспехов, сапоги, вазы и ещё много-много-много-много чего. А объект столь лютой ненависти даже и не напрягался. Виляя под самым потолком, он то и дело рвался из стороны в сторону, издавая насмешливый клич, отчего охранники лишь сильнее стервенели.
«Куда идём?» — Мысленно произнёс Зигмунд. Зависла короткая пауза, после которой в его мозгу отчётливо запульсировало: «На север! К северу! Северный! Северный!»
В северной части дворца и впрямь был тайный выход. Об этом Гор с Зигмундом знали не понаслышке. Особенно чародей, так как он был неразрывно связан с его многочисленными приключениями в детстве и юности, как сына одного из самых уважаемых людей, которых помнят эти стены. Но это всё в прошлом. Сейчас же надо сосредоточится.
Зигмунд стал неспешно перебегать от угла к углу. От колонны к колонне. Хромая на одну ногу, мужчина, стиснув зубы, еле касался краем ступни до пола, но всё равно постоянное шлёпанье босых ног казалось ему громче обычного, из-за чего он и был вынужден раз за разом задерживаться в новом укрытии на более долгий срок. Вместе с этим возрастал и страх того, что они с его спутником могут не пересечься в срок.