Чтение онлайн

– Совсем как мой типус. Он хочет, чтобы его песню спели, и никто не желает ее спеть. Но, солнышко моего домашнего очага, я не знал, что ты знакома с певчими пташками Гринич-Виллидж. Как ты с ней познакомилась?

Люсиль села и устремила на него тоскующий взгляд больших серых глаз. Она явно находилась во власти эмоции, но Арчи не мог разобрать, какой именно.

– Арчи, милый, когда ты женился на мне, ты обязался разделять мои горести, верно?

– Абсолютно! Все как перед священником. В радости и в горе, в болезни и в здравии, хвост держи пистолетом и носа не вешай. Нерушимый контракт.

– Ну так раздели их! – сказала Люсиль. – Билл снова влюбился.

Арчи заморгал.

– Билл? Когда ты говоришь «Билл», ты имеешь в виду Билла? Твоего брата Билла? Моего шурина Билла? Милого старого Уильяма, сына и наследника Брустеров?

– Его самого.

– Ты говоришь, он влюблен? Стрелы Купидона?

– Вот-вот!

– Но послушай! Не слишком ли это… Я хочу сказать, малыш абсолютная язва! Великий Влюбленный, а! Вместе с ним на дорожке Бриэм Янг [14] и все такие прочие. Да всего несколько недель назад он жалобно скулил из-за бабы с пунцовыми волосами, которая затем подцепила старину Реджи ван Тайла!

– Эта девушка все-таки лучше, слава Богу. Но не думаю, чтобы папа одобрил.

– И какого калибра нынешний образчик?

– Ну, она со Среднего Запада и, видимо, старается перебогемить всех девушек Гринич-Виллидж. Волосы коротко подстрижены, и она разгуливает в кимоно. Вероятно, начиталась журнальных историй про Гринич-Виллидж и тамошние артистические нравы, ну и подгоняет себя под них. До того глупо, когда от нее просто разит захолустьем. Билл сказал, что она из Мичигана, из местечка Змеиный Укус.

– Странные у вас тут названия! А впрочем, кто я такой, чтобы критиковать! В Англии найдутся и почище. Значит, старина Билл так и пылает?

– Говорит, что наконец-то нашел свою единственную.

– Ну, они все так говорят! Хотел бы я получить по доллару за каждый раз… О чем это бишь я? – благоразумно перебил себя Арчи. – Так ты думаешь, – продолжал он после паузы, – последняя избранница Уильяма будет еще одним потрясением для старого папочки?

– Просто не представляю, чтобы папа мог ее одобрить.

– Я изучил твоего веселого старого прародителя с близкого расстояния, – сказал Арчи, – и, говоря между нами, абсолютно не могу себе представить, чтобы он хоть кого-то одобрил.

– Не понимаю, почему Билл выискивает таких страшил? Я знаю по меньшей мере двадцать чудесных девушек, красивых, богатых, каждая из которых подошла бы ему лучше некуда. Но нет, он увиливает и влюбляется Бог знает во что. А хуже всего то, что ты не можешь махнуть на него рукой и принимаешься его вызволять.

– Абсолютно! Кому же хочется вставлять палки в колеса юным грезам Любви? И нам должно сомкнуться вокруг. А как эта девица поет, ты слышала?

– Да. Она сегодня пела.

– И какой у нее голос?

– Ну, он… громкий!

– А способна она подхватить высокую ноту с крыши и держать, пока не явится швейцар запереть здание на ночь?

– Что ты такое говоришь?

– Ответь на мой вопрос, женщина, и откровенно. Как ее высокие ноты? Очень высоки?

– Ну да, пожалуй.

– Тогда умолкни, – сказал Арчи. – Предоставь все мне, моя милая старая лучшая половина и три восьмых! Полностью положись на Арчибальда, человека, который никогда тебя не подводит. У меня есть планчик.

Когда Арчи в разгар следующего дня приблизился к своему номеру, сквозь плотно закрытую дверь до него донеслось монотонное гудение мужского голоса, и, войдя, он обнаружил Люсиль в обществе своего шурина. Вид у Люсиль, подумал Арчи, был немного утомленный. Билл, наоборот, весь лучился энергией. Глаза у него сияли, а физиономия обрела такое сходство с мордой чучела лягушки, что Арчи не составило труда догадаться, на какую тему он распространялся – конечно, речь шла о последней госпоже его сердца.

– Привет, Билл, старая плюшка! – сказал он.

– Привет, Арчи!

– Я так рада, что ты пришел, – сказала Люсиль, – Билл рассказывает мне про Спектацию.

– Кого-кого?

– Про Спектацию. Ту девушку, понимаешь? Ее зовут Спектация Почмоксон.

– Не может быть! – сказал Арчи, растерявшись.

– А почему? – проворчал Билл.

– Да потому! – воззвал к нему Арчи, как к разумному человеку. – Послушай! Спектация Почмоксон! Очень сомневаюсь, что такое имя вообще существует.

– И чем оно тебе не понравилось? – вопросил взбешенный Билл. – Во всяком случае, куда лучше, чем Арчибальд Моффам!

– Детки, прекратите! – неумолимо сказала Люсиль. – Это прекрасное старинное среднезападное имя. Почмоксонов из Змеиного Укуса, штат Мичиган, знают все. А кроме того, Билл называет ее Тупочка.

– Пупочка, – сурово поправил Билл.

– Ах да, Пупочка! Он называет ее Пупочка.

– Младая кровь! – вздохнул Арчи. – Младая кровь!

– Перестань вякать, будто ты мой дед.

– Я смотрю на тебя как на сына, малыш, как на любимого сына!

– Будь у меня отец вроде тебя!..

– Да, но такого у тебя нет, дитя мое, а также чадо, в том-то и беда. Тогда все было бы просто. Но поскольку твой подлинный отец, с твоего позволения, хотя и в человеческом облике, но самый выдающийся вампир из рода летучих мышей того же названия, находящихся в неволе, необходимо принять какие-то меры, и тебе чертовски повезло, что на твоей стороне я – учитель, философ и друг, полный самых плодотворных идей. Так вот, если ты будешь столь любезен и уделишь мне секунду, чтобы послушать меня…

– Я тебя слушаю с того момента, как ты вошел.

– Ты не говорил бы в таком резком тоне, если бы знал все! Уильям, у меня есть план!

– Ну?

– План, про который я упомянул, Метерлинк назвал бы лалапузой из лалапуз!

– Ну, разве он не маленькое чудо! – вздохнула Люсиль, с нежностью глядя на мужа. – Он ест много рыбы, Билл. Вот почему он такой умный!

– Как креветка, – диагностировал Билл грубо.

– Ты знаешь дирижера ресторанного оркестра? – спросил Арчи, пропустив шпильку мимо ушей.