Чтение онлайн

Первый альфа бросается в атаку.

Его плоские зубы оскалены.

Я отрываю ему руки.

Словно вырываю крылья у мухи.

Горячая кровь брызжет на меня.

Другой альфа стреляет.

Пули звенят о моё железо.

Я хватаю его металлическими когтями.

Сжимаю и хрущу.

Нет больше альфы.

Приходят новые.

Всегда новые.

Они умирают так же быстро.

Они умирают быстрее всего в самые темные ночи.

Когда моя луна прячется от меня.

Когда её песня не успокаивает меня.

Кровь теперь повсюду.

Поет свою песню.

Но не её песню.

Эта мерзкая кровь заглушает её.

Неправильно.

Отвратительно.

Даже больше, чем я.

Нужен лунный свет.

Нужна она.

Беловолосый альфа в красном что-то кричит.

Альфа-женщина со шрамами-улыбками лает приказы.

Не видел много альф-женщин.

Она пахнет кровью металлических зверей.

Другие теперь двигаются иначе.

Организованно.

Умно.

Опасно.

Взрыв сотрясает землю.

Дым наполняет воздух.

Не вижу луну сквозь дым.

Не слышу её песню.

Нет. Нет. Нет.

Нужна луна.

Нужна песня.

Нужна она.

Всё становится красным.

Рев такой громкий, что больно.

Рву еще больше альф.

Не чтобы съесть.

Просто чтобы рвать.

Чую только кровь теперь.

Мерзкую кровь альф.

Мерзкую кровь бет.

Тону без лунного света.

— Он, блять, бессмертный! — орет беловолосый.

Голос полон благоговения.

Полон желания.

Полон жадности.

— Взять его живым, или я сам вас прикончу!

Летят цепи.

Тяжелые металлические звенья.

Прямо как в клетке.

Только не снова.

Пожалуйста, нет.

Я сделаю что угодно.

Я не умею просить милости.

Я не увижу свою луну из клетки.

Уже выучил это в прошлый раз.

В прошлый раз, когда я выбрался.

В прошлый раз, когда меня поймали снова.

Вырываюсь.

Но цепей становится больше.

Всегда больше.

Взрывы снова сотрясают землю.

В ушах звенит.

Голова кружится.

Не могу сфокусироваться.

Не могу думать.

Где моя луна?

Где моя песня?

Нужна она. Нужна она. Нужна она.

Цепи затягиваются.

Их слишком много теперь.

Не могу разорвать их все.

Реву в ярости.

Реву от боли.

Реву от потери.

Пули не ранят.

Но это ранит.

Последнее, что я вижу — приближается беловолосый.

Красный плащ.

Красные луны там, где должны быть глаза.

Над ним — полоска белого.

Полумесяц моей луны.

Она пришла попрощаться.

Услышать её песню в последний раз.

Хмм, хмм, хмммммм.

Затем пустота.

Нет больше луны.

Нет больше песни.

Глава 4

НИКОЛАЙ

— Оно не влезет, ты, болван неповоротливый!

— Да просто толкай сильнее!

Это заявление, сопровождаемое натужным мужским кряхтением, заставляет мои кожаные сапоги замереть посреди взлетной полосы. Я смотрю на восстановленный ангар в дальнем конце разбомбленного аэропорта, который я недавно отстроил под полноценную базу после взрыва предыдущей, и взвешиваю, насколько сильно я хочу знать, что за херня творится за углом.

К черту всё, я и не такое видел.

Не уверен, чувствую ли я облегчение, когда, свернув за угол, вижу гигантского альфу и суетливого бету, пытающихся впихнуть ящики с маркировкой взрывоопасности в и без того переполненную секцию ангара.

Майки кряхтит, его огромные мускулы напрягаются, когда он пытается втиснуть ящик на вершину башни, которая, кажется, рухнет, как только дверь снова откроется. В это время Риз, его чуть менее идиотичный напарник-бета, лает указания, сам при этом нихрена не делая.

Ради всего святого.

Я не спал несколько дней, и вот к чему я возвращаюсь? Идиоты играют в «Тетрис» с огневой мощью, которой хватит, чтобы сравнять с землей небольшую страну.

Дом, милый, блять, дом.

Глаза пекут от усталости, но я заставляю себя не смыкать их, сканируя двор. Весь участок завален ящиками и поддонами; боеприпасы всех мыслимых калибров разбросаны, словно смертоносные кубики конструктора. Это больше, чем я ожидал, даже учитывая легендарный арсенал Райнмиха.

Я пахал сутками напролет, переправляя оружие и припасы в свои различные убежища по всем Внешним Пределам. Нельзя держать всё в одном месте — это прямой путь к неприятностям. Но прокляните меня, если я не недооценил, с каким количеством дерьма Райнмих готов был расстаться.

Пусть даже это добро пришлось вырывать из его остывающих мертвых рук.

Грохот изнутри ангара возвращает мое внимание к реальности. Риз вываливается наружу, спотыкаясь о собственные ноги.

— Дерьмо, дерьмо, дерьмо! — вопит он, глаза расширены от паники.

Секундой позже в дверном проеме появляется туша Майки; его мясистая рука вцепляется в воротник Риза, утаскивая мелкого назад.

— Беги!

Мир замедляется, пока я наблюдаю за эффектом домино. Один ящик балансирует на краю штабеля, затем кренится. Он ударяется о землю с тошнотворным треском, и внезапно воздух наполняется шипением фитилей.

Блять.

Первый взрыв кажется почти несерьезным. Глухой хлопок, поднявший небольшое облако дыма. Но это лишь вступление. Через несколько секунд вся секция ангара взрывается какофонией грохота, свиста и громоподобных разрывов.

Ракеты с визгом устремляются в ночное небо, оставляя за собой искры и дым. Минометы ухают один за другим, поднимая гейзеры земли и шрапнели. Это похоже на финал самого смертоносного фейерверка в мире.

А посреди всего этого стоят Майки и Риз, застыв как пара истуканов с отвисшими челюстями, пока вокруг них дождем сыплются пылающие обломки.

Я даже не осознаю, что сорвался с места, пока не хватаю их обоих за шкирки, затаскивая за сомнительное укрытие в виде перевернутого грузовика. Мы жестко впечатываемся в землю, когда очередная волна взрывов сотрясает комплекс, а затем всё стихает — так же внезапно, как и началось.