Чтение онлайн

Откровенно говоря, масштаб и степень важности нынешних дел и обязанностей Генерального были как бы даже и не больше, чем то, чем ему предстояло заниматься в будущем, но посол есть посол. Респект, зарплата, будущая пенсия – все иное. Это был как бы пропуск на совершенно иной уровень, и, кто знает, может через пару лет удастся поменять экзотическую горную столицу на что-нибудь более пристойное. Во всяком случае, в последний визит Генерального в Москву, где вариант нового назначения обсуждался уже предметно, знающие люди ему настоятельно советовали надолго в месте нового назначения не задерживаться. А то потом устанешь лечиться. Уж больно неподходящая там для европейцев была вода, а она, как известно, является основной составляющей почти всего, что мы потребляем. Во всяком случае, на вопрос озадаченного Генерального: «А если использовать бутилированную?» – знающий человек только махнул рукой: «Само собой, но все равно не убережешься».

Так что надо было думать, своевременно напоминать о себе тем, от кого многое зависело на хитрой мидовской кухне. Конечно, ни о какой Европе и речи быть не могло – там своя очередь стояла, но и в азиатском департаменте был свой список приоритетных мест.

В последовавшем разговоре с послом Генеральный аккуратно поинтересовался, а удобно ли ему сейчас уезжать? Ситуация накалялась, сотрудники консульства нервничали, сейчас особенно важна была твердая рука во главе учреждения. Замена ему в Москве уже была подобрана, но оформление в загранкомандировку – процесс небыстрый, к тому же уже появились признаки того, что новый руководитель, как бы помягче сказать, не очень спешит в Китай, сообщения из которого шли все более тревожные. По идее, надо было бы его дождаться, познакомить с местными властями и ввести в курс дел: в отличие от послов, которые традиционно не пересекаются в посольстве, генеральные консулы менялись в более привычном порядке. В данном случае наш герой, безусловно, несколько кривил душой. Ему было на кого оставить миссию, да и задерживаться не хотелось. Указ, конечно, подписан, но кто знает, кто знает… Тем более в таких условиях. Еще застрянешь тут, а там подберут новую кандидатуру под благовидным предлогом. Даже если такого раньше и не бывало, у сотрудников МИДа осторожность была возведена в абсолют.

Хотя разговор шел по телефону, и посол не видел собеседника, он все прекрасно понял. Для него Генеральный был уже отрезанным ломтем, так что он просто слегка подыграл будущему коллеге:

– Да, понимаю, резон в Ваших словах есть и очевидный. Но не очень хочется, откровенно говоря, лишний раз Москву напрягать. Мы их и так, похоже, серьезно озадачили. Но сегодня мне передали прямые слова Министра: business as usual. Никакие болезни не могут помешать успешному осуществлению намеченного лидером внешнеполитического курса. И излишняя паника ни к чему.

Генеральный лишь усмехнулся про себя. Business as usual! Любимая мидовская фраза, которая позволяла сохранять лицо в самых поганых ситуациях. Он хорошо помнил, как, руководствуясь этим постулатом, в памятный день начала путча в августе 1991 года он с коллегами пытался добиться приезда в высотку на Смоленской площади делегации МИДа одной из европейских стран, как назло, именно накануне приехавшей в Москву для рутинных межмидовских консультаций. Партнеры зависли у себя в посольстве, тщетно пытаясь добиться от своего МИДа инструкций, как действовать в столь резко изменившейся ситуации, а замминистра союзного МИДа метался по седьмому – министерскому! – этажу и требовал подать ему сюда «этих проклятых иностранцев». Подумаешь – переворот и танки на улицах, а у нас business as usual. Давайте побеседуем о предстоящей сессии ГА ООН, влиянии перестройки и гласности на международную безопасность… Так что Генеральный выбросил из головы некстати нахлынувшие воспоминания, перекрестился, поблагодарил посла и погрузился в предотъездную суету.

Как и следовало ожидать, отъезд получился скомканным. Какие уж тут прощальные приемы, если даже губернатор провинции предпочел попрощаться по телефону. Как раз накануне было заявлено, что все официальные лица сводят личное общение к необходимому минимуму. Большинство многочисленных знакомых, услышав о предстоящем отъезде, предпочли также позвонить или вообще прислать электронные письма. Ну и ладно, хлопот меньше. Хорошо еще, что сборы были упрощенными. Супруга Генерального формально была в наличии и даже иногда появлялась в Шанхае, но большую часть времени проводила в Москве. Дело в том, что лет 15 назад, после возвращения их семьи из очередной командировки в Поднебесную, вдруг выяснилось, что его не такой уж и маленькой зарплаты в министерстве явно не хватает на возросшие потребности семьи Ильиных. Детей надо было готовить к поступлению, а потом прилично содержать в ВУЗе, квартира требовала глубокого евроремонта, а еще лучше – замены, а доставшаяся от родителей дача в садовом кооперативе вообще никуда не годилась. Вот и пришлось тогда его супруге найти свой диплом экономиста и попытать счастья в сравнительно небольшой компании, чем-то там торговавшей с Китаем.

Что уж тут сработало: то ли ее природная деловая сметка, то ли кое-какие личные контакты мужа – сказать трудно, но дело не просто пошло на лад, а понеслось вперед семимильными шагами. Компания процветала, обороты росли, все прежние бытовые проблемы были давно забыты. Так что две последующие командировки Генеральному пришлось уже отрабатывать преимущественно в одиночестве. Внешне все было более чем пристойно: жена приезжала вместе с ним к месту службы, а через пару недель уезжала в Москву, чтобы появляться хоть и регулярно, но изредка, решая параллельно массу своих деловых вопросов. Впрочем, мужа она не подводила и в период, когда он руководил миссией, обязательно появлялась у него в начале июня, чтобы «отстоять номер» на приеме по случаю национального праздника.

В отсутствие жены приличия были соблюдены. Возраст и нагрузки сказывались. Иногда, конечно, случалось… Но Ильин был человеком опытным, повидал всякое и твердо знал, что нет ничего более губительного для авторитета руководителя, чем романы или интрижки на службе. В этом смысле он был несколько старомоден. Но все как-то устраивалось.

Звоночек прозвучал, когда он, получив радостную весть от посла и слегка отметив будущее назначение с ближайшими сотрудниками – как же без этого, позвонил в Москву жене. Ее реакция его откровенно удивила.

– А отказаться никак нельзя было? Неужели уж так это необходимо!

– Отказаться? – Ильин даже растерялся. – Почему? Ты что, не понимаешь, это же новый уровень, возможности, перспективы…

– Перспективы… Ты еще про будущую пенсию вспомни! Да кому они нужны, эти твои копейки! А я-то тут распланировала, как мы к лету у тебя там представительство фирмы откроем… И Егора хотела туда послать с Дашей. Ты бы их там на первых порах поддержал.

Ильин просто обалдел. Старшего сына он очень любил. Да и невестка ему нравилась – хорошие ребята. Понятно, что с его поддержкой, да что там, просто имени достаточно, дела представительства фирмы были бы в полном порядке, но почему бы не сказать ему о таких планах пораньше? Перспектива пожить рядом с близкими людьми явно могла для него перевесить будущий карьерный рост.

Но дальше жена его просто удивила.

– Ладно, мы тут посмотрим. Есть контакты. Может, сумеем убедить, что без тебя там никак. Приезжай, обсудим.

Вот и думай что хочешь. Характер у жены был еще тот, да и знакомых хватало… Что она там еще отколет.

Так что в Москву Ильин улетал в расстроенных чувствах. Вроде настроился уже на новое место, но какой-то якорь в Шанхае остался. Это было непривычно. Были, конечно, дипломаты, которые, завершив командировку, продолжали активно интересоваться делами по прежнему месту службы, что-то советовать своей замене, а иногда и пытаться вмешиваться в жизнь миссии дистанционно, но Ильин этого никогда не одобрял.

«Мы делаем то, что можем и считаем правильным, – обычно говорил он, когда речь заходила об этом во время частых мидовских посиделок, – а после нас пусть делают другие так, как они это понимают. И не нам их судить – давайте за свое ответим».

Случаев практически немедленного возвращения Генерального к прежнему месту службы Ильин припомнить не мог, но, кто знает. Все когда-то бывает впервые.

Только в самолете удалось как-то сконцентрироваться на Москве, том, что предстояло сделать, и как-то выстроить список дел. Ясно, что начинать надо было с кадров и руководства МИД, а потом появится и список встреч с руководством тех государственных ведомств, у которых были какие-то интересы в далекой горной стране. Таких, правда, было не много.

Но, как говорится, хочешь насмешить Бога – расскажи ему о своих планах. Ситуация менялась каждый день, и в Москву герой этого повествования прилетел именно тогда, когда всех прибывших из Китая уже жестко отправляли на двухнедельный карантин. Ильину в этом плане не повезло. Еще накануне со всех прилетавших рейсами из Китая брали подписку об обязанности находиться дома. Пассажиры его рейса были первыми, кто в полном составе поехал в подмосковный пансионат.

Возможно, уже на следующий день дипломатический паспорт Ильина, его умение и привычка разговаривать с чиновниками и ссылки на весьма высокие инстанции, которые вызвали его в Москву для получения нового назначения, и подействовали бы на облаченных в защитные костюмы медиков, но, как известно, если когда-то законы в России и исполняются, то именно немедленно после их издания. Всех посадили в автобус и увезли в специально выделенный для этого пансионат Министерства обороны.