Чтение онлайн

Малта немного постояла в неверном лунном свете, наслаждаясь возвышенным драматизмом момента. Потом украдкой двинулась дальше... И наконец смогла заглянуть внутрь сквозь занавешенную листьями дверь.

Там ее вправду дожидались двое. Дейла куталась в плащ, поместившись в уголке. Сервин непоседливо расхаживал вперед и назад. Вместе с ним металась и его тень, и ее-то движение туда-сюда заставляло колебаться отблеск свечи. В руках у него, однако, ничего не было, и это заставило Малту нахмуриться. В стройную ситуацию вкралась первая неправильность. Рэйн, по крайней мере, ей бы цветочков принес... "Ладно,- сказала она себе.- Будем надеяться, он для меня нечто маленькое захватил! И принес, к примеру, в кармане..."

Очень уж ей не хотелось, чтобы такой захватывающий момент оказался испорчен.

Малта помедлила еще чуть-чуть: откинула капюшон и распустила волосы, тщательно уложив их по плечам. Помяла зубами губы, чтобы стали красней от прилития крови... И вошла в круг света, лившегося сквозь стекла беседки. Она шла вперед с серьезным и печальным лицом, ее походка была полна грации и достоинства... Сервин мгновенно заметил ее. Малта остановилась, выбрав такое место, где тень наполовину скрывала бы ее. Повернула лицо к свету и широко распахнула глаза.

– Малта!..
– прошептал он голосом, осипшим от сдерживаемого чувства. И шагнул ей навстречу. Сейчас обнимет ее, подхватит... Малта даже напряглась, приготовившись, но он остановился в шаге от нее. И припал на одно колено. Он склонил голову, так что она видела лишь его вьющиеся темные волосы. Он выговорил, запинаясь: - Спасибо, что... пришла. Когда миновала полночь, а тебя нет и нет... я уж боялся, что... что...- Он втянул в себя воздух, почти всхлипнув: - Что у меня больше совсем нет надежды...

– О-о, Сервин...- печально пробормотала она, между тем замечая краем глаза, что Дейла выбралась из своего уголка и выглядывает в двери, наблюдая за ними. Малта ощутила укол раздражения. Еще не хватало, чтобы младшая сестра Сервина подсматривала за ними!.. "Ну и шут с ней. Не буду обращать внимания. Она все равно не сможет никому ничего рассказать без того, чтобы хорошенько не влипнуть самой. Значит, будет молчать..." Малта ближе придвинулась к Сервину. Ее руки показались такими бледными на фоне его темных кудрей. Она погладила его волосы, и от этого прикосновения он, кажется, перестал дышать. Она заставила его поднять лицо.
– Как же ты мог подумать, что я не приду?
– укорила она его ласково. И тихонько вздохнула: Какое значение могут иметь горести, обрушившиеся на меня, или опасности, могущие мне угрожать... Ты должен был знать наверняка: я приду...

– Я осмеливался... надеяться, - признался он. А Малта сверху вниз рассматривала его черты, испытывая легкое потрясение. Теперь-то она видела, как похож он на Брэшена. И насколько проигрывает при сравнении. Она-то считала Сервина таким мужественным, таким... зрелым. А стоило провести вечер в обществе Брэшена, и Сервин начал казаться ей попросту молокососом.

Очень неприятный вывод... Он как бы приуменьшал значимость ее победы.

А Сервин поймал обе ее руки и, набравшись смелости, дерзновенно поцеловал каждую, прежде чем отпустить.

– Не надо...- шепнула она.- Ты же знаешь: я другому обещана...

Сервин горячо поклялся:

– Я не позволю, чтобы он тобой завладел!

Она покачала головой:

– Слишком поздно. Это сделалось очевидно еще и из-за тех новостей, которые нынче вечером нам доставил твой брат...- И Малта отвела взгляд, вперив широко раскрытые глаза в ночной лес... сад, то бишь.
– И теперь у меня нет выбора, кроме как покориться судьбе. Жизнь моего отца зависит от этого...

Он вскочил на ноги.

– О чем ты?
– Это был настоящий крик шепотом.
– Какие новости? При чем тут мой брат?.. И твой отец... его жизнь... Я ничего не понимаю!

На какой-то миг в ее голосе зазвучали всамделишные слезы.

– Пираты захватили наш семейный корабль, - стала она рассказывать. Брэшен, добрый человек, сообщил нам об этом. Мы очень боимся, что, может быть, мой отец и младший брат уже убиты... но если нет... и если представится хоть малейшая возможность... Ты понимаешь, Сервин, нам надо любым способом собрать деньги для выкупа. А какие у нас деньги? Сервин, Сервин, как ни унизительно мне в том сознаваться... но ведь ты наверняка знаешь о наших нынешних затруднениях. И, как только разнесется слух о потере "Проказницы", кредиторы накинутся на нас, точно стая акул!
– И она прижала руки к лицу.
– Тут не то что выкуп собрать... я вообще не знаю, как мы прокормиться-то сможем. Вот поэтому я и боюсь, что при нынешних обстоятельствах меня скорейшим образом выдадут за жениха из Чащоб. И, как это ни тяжело для меня, я знаю, к чему обязывает меня долг. Рэйн - человек очень великодушный... Наверняка он поможет нам вызволить папу. И если расплатиться за это мне придется замужеством... что ж... так тому и быть. Невелика цена...

Тут ее голос сорвался. В самом деле сорвался. Она даже пошатнулась, сломленная жестокостью своей участи. Сервин подхватил ее в объятия.

– Бедная моя... отважное сердечко... Но как ты могла подумать, будто я допущу для тебя это замужество без любви? Хотя бы ты и была готова пойти на него ради отца?

– Не нам делать выбор, Сервин,- прошептала она, уткнувшись ему в грудь.- Я... я предложу себя Рэйну. Ведь у него есть и деньги, и власть, чтобы помочь мне. И об этом я стану думать, когда... когда настанет час... нам с ним осуществить наше супружество.

И она зарылась лицом в его рубашку, словно стыдливость не давала ей даже упоминать о подобных вещах.

Сервин крепче стиснул ладонями ее плечи.

– Никогда, - пообещал он сквозь зубы.
– Никогда не придет этот черный час!
– И он тяжело перевел дух.
– Я, конечно, не так богат, как этот уроженец Чащоб... Но все, что у меня есть... все, что у меня когда-нибудь будет... все это в твоем распоряжении, Малта!
– Он чуть отстранил ее, чтобы заглянуть в лицо.
– Поистине, это самое меньшее, что я могу для тебя сделать!

Она повела плечиками, этак беспомощно.

– Примерно таких слов и ждала я от тебя... Но ведь глава вашей семьи, носящий звание торговца, по-прежнему твой отец. И судьба бедного Брэшена ясно свидетельствует, сколь твердой рукой он всем управляет. Я знаю, что подсказывает и велит тебе твое сердце, но в жизни...- и она горестно покачала головой,- в жизни ты распоряжаешься очень немногим...

– Бедный Брэшен!
– возмутился юный Трелл. Новое упоминание о брате даже отвлекло его от горестей Малты.- Мой брат сам навлек на свою голову все беды, и жалеть его незачем. Все остальное, что ты сказала... увы, это правда. Я не в силах предоставить тебе все состояние Треллов, но...

– Как будто я решилась бы об этом просить!.. Ах, Сервин, неужели ты в самом деле так обо мне думаешь? Что я способна прийти к тебе посреди ночи... ставя на карту свое доброе имя... затем, чтобы просить о деньгах?

И она отвернулась прочь, резкое движение взметнуло плащ, ненадолго открыв белизну хлопковой ночной рубашки. Она услышала сдавленное аханье Дейлы. Дейла так и выкатилась из беседки, мигом оказавшись с нею рядом.

– Да ты чуть не голая!
– накинулась она на подругу.
– Малта! Как ты могла?