Чтение онлайн

Роника Вестрит в самом деле подоспела к ним, явно торопясь:

– Давад очень огорчился, что мы уезжаем, но согласился на время одолжить нам карету...
– Тут она нахмурилась.
– Он, правда, поставил условие. Требует, чтобы Малта, прежде чем уехать, подошла и распрощалась с сатрапом. Я ему сказала, что, по-моему, негоже ей так лезть вперед других, но он все равно настаивает... А спорить с ним нам, как мне кажется, некогда. Чем скорее мы окажемся дома, тем в большей безопасности будем... Так, а куда Сельден еще задевался?..

– Он только что был с мальчишками Доу... Сейчас разыщу.
– Голос Кефрии звучал устало и очень тревожно.
– Малта, ты не возражаешь?.. С тобой останется бабушка, так что бояться нечего...

Малта вдруг задалась вопросом: интересно, о сколь многом они догадались, наблюдая за ее той первой встречей с сатрапом?..

– Да не боюсь я ничего, - буркнула она.
– Встретимся снаружи?

– Наверное, так будет лучше... Пойду Сельдена искать!

Они с бабушкой пошли через Зал.

– Надо будет, я думаю, дней через десять пригласить кое-кого на чай, вдруг сказала Роника Вестрит.
– В этом году представляли не так много девушек... Как по-твоему, пригласим их всех?

Малта даже моргнула от удивления:

– Пригласим? На чай?.. К нам домой?..

– Думаю, все можно будет устроить в саду. Как-нибудь уж приведем его в надлежащий порядок. Тем более скоро поспеют ягоды, можно будет напечь пирожных и подать их на стол... Кстати, в мои времена каждому такому приему сопутствовал определенный цвет!
– Бабушка улыбнулась давнему воспоминанию. Моя мать однажды устроила чай в мою честь, и все было либо фиалковым, либо лавандовым. Мы ели крохотные засахаренные фиалки и еще пирожные, подкрашенные черничным соком, а чай был сдобрен лавандой... Вкус, признаться, мне показался ужасным, но какова идея! Так что я и не возражала...

И бабушка негромко рассмеялась.

Малта поняла: Роника пыталась утешить ее. Она сделала над собой усилие и поддержала игру.

– Наша лаванда в этом году так обильно цветет, - сказала она.
– А если мы изобразим, что нарочно стараемся подражать старине, то никто и не заметит, что мы пользуемся старыми кружевными скатертями и салфетками. И что сервизы у нас тоже старые...

– Ох, Малта, как же несправедливо с тобой обходится жизнь... вырвалось у бабушки. Но она тут же спохватилась:

– Ну-ка, выше голову... улыбайся! Давад идет!

Он вправду надвигался на них, похожий на откормленного гусака на птичьем дворе.

– Ах, какая трагедия! Ну просто трагедия, так поспешно увозить домой нашу маленькую красавицу!.. Ну неужели у нее вправду так сильно головка болит?..

– Невыносимо, - подтвердила Малта, мгновенно сообразив, в чем состояла бабушкина хитрость.
– Ты знаешь, я не привыкла бодрствовать в столь поздний час, - добавила она мило.
– Я уже сказала бабушке, что хотела бы лишь пожелать тебе спокойной ночи и поблагодарить за то, что ты так любезно предоставил нам карету... Бабушка, поедем домой?

– Бедненькая ты моя маленькая конфетка! Но неужели же ты не пожелаешь нашему государю приятно повеселиться? Я сообщил ему, что ты уезжаешь. Я с удовольствием провожу тебя, чтобы ты могла с ним попрощаться!

"Судьба!" - подумала Малта, понимая, что вежливо отвертеться сделалось невозможно.

– Что ж... наверное, я смогу попрощаться, - произнесла она слабым голосом. Взяла Давада под руку - и он потащил ее через Зал к возвышению для почетных гостей. Роника Вестрит торопилась следом за ними.

– Вот она, государь сатрап!
– торжественно объявил Давад, не дав Малте даже перевести дух. И подавно не заметив, что вмешался в разговор сатрапа с торговцем Доу.

Государь обратил на Малту томный, утомленный взгляд.

– Вижу, - медленно проговорил он, небрежно окидывая ее взглядом. Какая жалость, что тебе приходится так рано оставлять нас. Мы едва успели обменяться словечком-другим, а тема была так многообещающа...

Малта никак не могла придумать, что бы такое сказать. Лишь опустилась в глубочайшем реверансе, причем в тот самый момент, когда сатрап соблаговолил заметить ее. Давад ухватил ее под руку и буквально поставил на ноги. Это выставило ее неуклюжей; она ощутила, как кровь бросилась ей в лицо.

– Ну? Пожелаешь ему спокойной ночи?
– принялся подсказывать он так, словно она была умственно отсталым ребенком.

– Желаю тебе приятно провести вечер, государь сатрап, - сказала Малта.
– Благодарю за то, что почтил меня танцем.
– Вот они и выговорились, правильные, положенные слова. И все же Малта не смогла совсем наступить на горло надежде, вернее, не успела.
– И молю тебя, государь, скорее привести в исполнение свои слова о посылке кораблей на помощь отцу...

– Боюсь, не получится, моя прелестная крошка, - ответил сатрап. Торговец Доу вот говорит, будто в гавани как раз сейчас происходит какое-то беспокойство... Так что придется моим сторожевикам задержаться здесь, покуда все не успокоится!

Малта еще не успела решить, ждет или не ждет он ответа на эти слова, а он уже повернулся к Даваду:

– Не вызовешь ли ты свою карету, торговец Рестар? Торговец Доу сказал, что ради моей безопасности мне следовало бы пораньше покинуть этот бал. Жаль, конечно, что я не смогу присутствовать на вашем необыкновенном празднике до конца, но, по всей видимости, не я один нынче предпочел безопасность веселью...

И он ленивым жестом обвел внутренность Зала. Малта невольно проследила его движение... Толпа изрядно-таки поредела, а многие из оставшихся бросили танцевать и, собравшись отдельными группками, взволнованно переговаривались. Лишь несколько юных пар продолжало кружиться, счастливо не замечая происходящего...

Даваду стало неловко:

– Прошу всемилостивейше простить меня, государь, но я уже пообещал семье торговцев Вестритов, что моя карета сейчас отвезет их домой... Обещаю, она сразу вернется!

Сатрап поднялся на ноги и потянулся, как кот.

– Ей не придется ездить туда-сюда, торговец Рестар. Опять же, не могу допустить мысли, будто ты собирался отправить этих женщин одних, без надлежащего сопровождения! Так вот, я сам провожу их до дома и прослежу, чтобы по дороге с ними ничего не случилось. А заодно и мы с юной Малтой, возможно, сумеем продолжить наш прерванный разговор...

И он лениво улыбнулся ей сверху вниз.

Бабушка шагнула вперед, решительно прошуршав платьем. И присела в реверансе, безмолвно требуя, чтобы сатрап обратил на нее внимание. Время длилось, и пришлось ему раздраженно кивнуть:

– Да, сударыня...

Роника выпрямилась.

– Государь сатрап, я - Роника Вестрит, бабушка Малты. Естественно, мы почли бы за счастье твой визит к нам, но, увы, наш дом столь скромен и беден... Боюсь, сегодня мы не смогли бы тебя принять должным образом и оказать те почести, к которым ты, без сомнения, привык. В дальнейшем мы, конечно...