Чтение онлайн

— Конечно, я бы хотела, чтобы она мне все рассказала. — Но это не меняет того факта, что я не хочу рассказывать об этом своим родителям. Михаил не понимает этого, потому что не знает масштабов случившегося. Я только собираюсь ему немного рассказать об этом, как Мабилия начинает плакать. Я поднимаю ее на руки. — Ш-ш-ш, все хорошо, bella23. Мама здесь, — шепчу я ей на ухо.

— Знаешь, ты действительно прирожденная мать. Не могу дождаться, когда мы с тобой наполним дом детьми, — говорит Михаил с задумчивым выражением лица.

— У меня больше не будет детей, Михаил.

— Ей нужен брат или двое, или даже трое. Изабелла, нет ничего крепче связи между братом и сестрой. Разве ты никогда не хотела маленького братика или сестренку?

— Никогда. В детстве меня всегда окружали кузены, — говорю я.

— У Мабилии не будет такой роскоши. У моего брата не было детей, и уже не будет никогда. И, ну, других тетушек или дядей с моей стороны у нее тоже не будет. В детстве я рос со своим братом и кузенами, но за последние четыре года семья Петровых уменьшилась в разы...

— У моих кузенов много детей. Она не будет расти одна, — возражаю я, игнорируя последнюю часть, хотя прекрасно понимаю, что во многом за это ответственна моя семья.

Михаил открывает рот, чтобы продолжить спор, когда раздается стук в дверь. Полагаю, на этом наша маленькая беседа закончена.

Я вскакиваю и открываю дверь, за которой стоит мой отец с хмурым выражением лица.

— Все здесь. Возможно, ты захочешь передать Мабилию ему. Потому что на мой взгляд только она может его спасти. — Папа улыбается, словно предвкушая предстоящий конфликт между Михаилом и моими кузенами. Особенно с Тео. Он отправится на край света, чтобы скрыть истинную личность своей жены. Никто не должен знать, что она и ее сестра – потерянные дети Петровых.

— Он может постоять за себя, — говорю я папе. На самом деле я никогда не видела Михаила в драке, но уверена, что мои слова правдивы. Я также знаю, что не позволю своей семье причинить ему вред. Особенно, когда его единственное преступление состоит в том, что он – Петров. Я буду бороться за него не потому, что он мне нужен, а потому что Мабилия его заслуживает. — Мы сейчас выйдем, — говорю я отцу, затем разворачиваюсь и смотрю на Михаила. Мне кажется, что я должна предупредить его, рассказать о враждебной обстановке, которая его ждет. — Пойдем, давай покончим с этим.

— Жду не дождусь этого разговора, — говорит Михаил самым саркастичным тоном, который я когда-либо слышала.

Глава 30

?

Я выхожу из комнаты вслед за Изабеллой, чувствуя себя потерянным щенком.

— Чтобы прояснить ситуацию, скажи, ты привязана ко всем своим кузенам? Среди них есть кто-то, кого я могу убить, и у меня появится шанс, что ты меня простишь? — спрашиваю я ее.

Изабелла поворачивает голову и отвечает.

— Не убивай никого из моей семьи, Михаил, — говорит она. — Но не волнуйся… Я также не позволю им убить тебя.

Я смеюсь.

— Мне не нужно, чтобы ты защищала меня от кого-либо, котенок, — говорю я ей.

Я знаю, что иду прямо в логово льва, но держу спину прямо и сохраняю на лице беззаботное выражение. Я живу в этом доме уже больше недели, и если бы не Изабелла, я бы давно заблудился в длинных коридорах и лабиринтах комнат. Без карты попасть из одной части дома в другую просто невозможно.

Примерно через пять минут мы входим в большую гостиную, которая выглядит так, словно ей самое место на съемочной площадке "Аббатства Даунтон"24. Я всегда жил в достатке – у Петровых никогда не было проблем с деньгами, – но именно это поместье вызывает у меня ассоциации со словосочетанием "старые деньги"25.

Моя семья во многом разбогатела благодаря моему отцу и брату. На моих плечах лежит ответственность за продолжение построения их империи, и теперь, когда у меня есть кому передать ее по наследству, я планирую развивать как можно больше легальных бизнес-проектов. Мабилия никогда ни в чем не будет нуждаться, в этом я уверен. Хотя, если я не смогу убедить Изабеллу завести еще детей, наша дочь, возможно, захочет иметь брата или сестру. Если до этого дойдет, я не буду испытывать никаких угрызений совести, если Изабелла забеременеет "случайно". В конце концов, она забеременела во время нашего первого секса. Очевидно, у нас обоих все в порядке и мы можем завести еще детей.

Это если я выживу после встречи с ее семьей. Я перевожу взгляд с одного Валентино на другого. Я знаю всех ее кузенов. Я также знаю ее дядю Ти и тетю Холли. Невозможно жить и работать в нашем мире и не знать об этом.

— Ладно, либо мы будем вести себя прилично, либо я ухожу, — говорит Изабелла. — С ним, — добавляет она, указывая на меня большим пальцем.

— Вести себя прилично? Ты ждешь, что я буду вести себя прилично с чертовым Петровым? — ворчит Тео.

От меня не ускользает небольшая перемена в лице его жены. Она даже делает крошечный шажок назад. Тео поворачивается к ней и шепчет извинения.

Я смотрю на его жену. Раньше я никогда не обращал внимания на женщин в семье Изабеллы. Они не входили в мои планы. Я бы никогда не стал охотиться на них, так зачем мне вообще что-то о них знать?

Однако в ней есть что-то знакомое. Я не могу понять, что именно. Но когда ее глаза встречаются с моими, все становится ясно. И я вижу, что она тоже это поняла. Поэтому мне приходится заставить себя отвести взгляд. Я кладу ладонь на поясницу Изабеллы. Последую ее примеру. Я не собираюсь затевать ссору, когда в комнате находится моя маленькая дочь.

— Ладно, хватит. Возьмите себя в руки и поздравьте Иззи и Михаила, — говорит Холли, подходя к нам. — Боже мой, Иззи, она просто красавица. Разве она не идеальна, Ти? — говорит она, поворачиваясь и одаривая мужа таким взглядом, от которого даже мне захотелось бы отступить.

— Конечно, она идеальна. Другого и быть не могло. — Глава семейства Валентино подходит к своей племяннице, полностью игнорируя мое присутствие, что меня вполне устраивает. — Поздравляю, Белла. Она действительно идеальна, — говорит он, прежде чем спросить что-то по-итальянски.

Изабелла отвечает, и Ти кивает головой. Я смотрю то на него, то на нее, не понимая, о чем они говорят. Но очевидно, речь идет обо мне. Я стараюсь не обращать на это внимания, но, черт возьми, меня это очень беспокоит. Мне нужно выучить этот чертов язык. Я представляю, как Изабелла будет учить меня, и мои губы расплываются в улыбке. Мы даже можем поиграть в ролевую игру: учительница и ученик.

— Какого хрена ты улыбаешься? — спрашивает меня ее кузен Ромео.

Я смотрю на него и отвечаю: