Чтение онлайн

Он не сможет вести себя с ней, как с сестрой. Теперь это разрушилось. Теперь его ничто не сможет остановить.

Но Джордан просит о получении некоторого времени. И всё потом может хорошо закончиться и вся их жизнь может со временем наладиться.

Гарри просто нужно решить. Да или нет. Согласиться врать или сказать девушке правду.

Он не знает, что правильнее. Но чувствует, что сердце и желание защитить дорогих людей уже давно привело к нужному решению.

– Хорошо, – это согласие. Необходимое. Резкое. Правильное. – Я сделаю всё, что вы хотите, но... При одном условии.

Глаза Джордана загорелись интересом и он мгновенно одарил Стайлса любопытным взглядом. Что же можно было попросить у миллионера, весь мир которому мог подчиниться по зову одной руки?

Но Гарри знал, что ему было нужно. И он видел прекрасный шанс осуществить это желание. И даже не просто желание. А нужду. Слишком невыносимую. Слишком безумную.

– Я хочу, чтобы вы помогли мне посадить одного человека в тюрьму.

Всего несколько слов и улыбка Джордана уже появилась на его удивлённом лице.

Он шокирован такой просьбой, но и в то же время уже точно осведомлен о лёгком выполнении подобного одолжения. Здесь нет ничего сложного. Ни для таких людей, как Джордан Уолтер. Как тот, который всегда добивается осуществления своих желаний.

– Считай, что это уже сделано, Гарри.

Простое заверение. Обещание. Знак того, что всё будет таким, каким это и хотелось получить в дальнейшем.

Простая улыбка, которая появилась на лице зеленоглазого парня, стала отображением его благодарности, поэтому Гарри не решился говорить что-либо ещё. Он молчал, наслаждаясь той темнотой, которая ещё продолжала вызывать в его теле теплоту и приятное расслабление. Мыслей было всё ещё много.

Столько шока. Стресса. Эмоций. Как выдерживало его сердце он уже не знал, но оно продолжало биться, а значит ещё ничего не закончено. Ещё рано сдаваться и опускать руки.

Наоборот. Приходило время бороться. Бороться за своё счастье.

– Ты выглядишь грустным, Стайлс, – Джордан не ушёл, остановившись возле парня и внимательно заглядывая в глубину его задумчивым глаз. – Тебя ещё что-то расстраивает?

Для Джордана и самого было странным подобное проявление такого поведения. Ему всегда было плевать на чужие проблемы и он всегда давал людям возможность самим решать всё то, что мучило их внутри.

Но с Гарри ему захотелось сделать исключение. Его просто захотелось понять и почувствовать, каким именно был внутренний мир этого парня. Может, он слишком рано сделал вывод об этом парнишке? Может, помимо его жуткой вспыльчивости и агрессии, за этим характером человека скрывалась и невообразимая чуткость и безумное рвение к прекрасному? Может, всё способно быть совершенно другим в этой жизни?

– Я люблю вашу дочь.

Четыре слова, которые оказались шоком для них обоих. Четыре слова, которые смогли изменить всё. Джордан застыл на месте, а Гарри с ужасом заметил, как слова резко вырвались из груди.

Что он только что сказал? Любовь? То самое чувство, когда один человек становится всем твоим миром?

Стайлс замер, поражаясь такому резкому порыву своих внутренних чувств. И он был шокирован тем, как это всё действительно оказалось столь простым и понятным. Да. Он влюбился в Стефани Стайлс.

Возможно, ещё тогда, когда она впервые улыбнулась ему своей настоящей улыбкой. А может, тогда, когда он чуть ли не смог потерять её навсегда.

Удивительно — человек может быть для нас всем, а это можно почувствовав лишь ощутив потерю этого всего.

Он влюблён. Гарри Стайлс смог полюбить.

– И знаете, – отойдя от шока, он тут же продолжил, внимательно наблюдая в глазах отца Стефани обескураженность и настоящую неспособность всё быстро воспринять. – Теперь я хочу быть с ней. Теперь я буду добиваться её до последнего. И я сделаю так, чтобы она принадлежала мне.

Джордан молчал. О его дочери говорили, как о вещи, но его, к удивлению, это не смутило.

Нет. Лишь вызвало радостную улыбку, от которой ему стало так легко и тепло в глубине души.

Его не смутили слова Гарри. Совершенно нет. Потому что давным-давно и сам Джордан говорил так о своей бывшей жене. Когда-то и он стремился заполучить девушку, которой принадлежало его сердце.

– Тогда я буду рад, если ты это сделаешь, – произнёс Джордан и с теплотой в глазах посмотрел в сторону дома.

Слишком поздно уже этой ночью. Ему следовало идти к себе.

Но мужчина не смог успеть сделать лишнего шагу или попытаться исчезнуть с этого места. Стоявший рядом Гарри вдруг резко шагнул в след и это смогло заставить остановиться.

Что же такое? Что ещё этот мальчишка хотел от него? Что ещё Гарри так сильно интересовало?

– Я просто хотел сказать, — Гарри почему-то задумался и посмотрел Джордану в глаза снова, едва находя силы для последующих своих слов, – что я всю жизнь считал упрямство и безумство Стефани чертой, которую она унаследовала от меня. Но сейчас, – он ненадолго запнулся, но мгновенно продолжил, чувствуя внутри приятную трепетность. Необъяснимую притягательность. – Я знаю, что эта черта была унаследована от вас.

Улыбка. Тепло. Эмоции, которые украсили остаток этого вечера. И привели к надежде. Привели к ощущению и к вере в чудо.

Джордан ничего не ответил. Взглянув на профиль Стайлса в последний раз, он быстрым шагом скрылся из его вида.

Всё было обсуждено и обговорено. Теперь главное находить силы для дальнейшего смирения со всей правдой и бесстрашия дальнейших последствий.

А Гарри всё ещё был напуган. Всё ещё был ранен внутри души. Но его спасала эта самая любовь. Цепляла изнутри и толкало в направление, где он видел себя вместе со Стефани. Где он был готов сделать невозможность ради её счастья.

« – Я не верю в невозможное, Гарри.

– Тогда я стану твоим невозможным, – произнёс он.»

2 ноября. 10:00.

Это было не самое лучшее утро в его жизни. Он сидел с гипсом на руке, чувствуя себя до ужаса беспомощным, и лишь одно обстоятельство не давало ему возможности впасть в уныние. Это была Брианна.

Девушка сидела с ним в его комнате и, позволяя себе прикасаться к тёмным волосам Зейна, она до ужаса нежно и умело согревала его своим теплом.

С ней так хорошо. С ней можно забыть обо всём.