Чтение онлайн

Эта история служит хорошим примером того, что такое общение. Каждый человек на нашей земле имеет то, что можно назвать «горизонтом». В физическом смысле горизонтом каждого человека, находящегося в комнате, служат четыре стены и потолок и вид за окнами. Горизонт этого человека ограничен помещением, в котором он оказался в данный момент. В долине горизонт ограничен деревьями и холмами. На равнине обзор более широкий, а вот на вершине горы у горизонта вообще почти нет границ.

У каждого человека есть горизонт иного рода — горизонт интеллекта, эмоций и опыта. Наши знания и опыт, как правило, ограничены образованием, местом жительства и воспитанием. Когда мы сталкиваемся с другим человеком, наше общение может оказаться наиболее эффективным, если затронуты вопросы, представляющие взаимный интерес и обеспечивающие взаимопонимание. Главная ценность образования заключается в том, что оно представляет собой интеллектуальный эквивалент подъема в гору. Чем больше вы получаете знаний, тем шире становится ваш горизонт и ваш потенциал для влияния на других людей в этом мире. Вы обретаете способность передавать отдельные мысли в разнообразных формах и выражениях. Важна не форма сообщения, которую вы хотите использовать, а ясное понимание собеседником смысла, который вы намереваетесь в него вложить.

Основная цель этой книги заключается в том, чтобы расширить горизонт читателя до понимания горизонта, или мировоззрения, неверующих людей. Вступая в контакт с секулярной средой, адвентисты сталкиваются с проблемой, подобной той, что была у миссионеров в Новой Гвинее. У секуляризированных людей, с которыми мы сталкиваемся, мировоззрение подчас настолько отлично от нашего, что всякое взаимодействие практически лишается смысла. Что необходимо в такой ситуации, чтобы произошло общение? Один из людей, стремящихся к общению, должен расширить свой горизонт настолько, чтобы охватить горизонт другого. В чьи обязанности должно входить расширение горизонтов в данном контексте? «Истина должна быть провозглашена человечеству на понятном ему языке». Это утверждение предполагает, что, по крайней мере, некоторым адвентистам необходимо научиться разговаривать с мирскими людьми. Как сказал Эмиль Брукнер, «Церковь в наши дни должна обращаться… главным образом к «зычникам» [2] .

Если это действительно так, то нам необходимо научиться разговаривать с язычниками!

Многие христиане, однако, не согласны с мыслью, что в общении с неверующими людьми нужно принимать их условия. Разве в задачу Святого Духа не входит наведение моста над пропастью, разделяющей людей? Разве в Библии не написано, что «не воинством и не силою, но Духом Моим, говорит Господь Саваоф»? Работа Святого Духа, конечно же, важна для эффективной проповеди. Даже пытаться осуществить какие-либо предложения, изложенные в этой книге, без водительства и поддержки Духа было бы верхом неразумия. (Духовный аспект благовествования будет рассмотрен подробно во второй части.) Святой Дух не только помогает христианам свидетельствовать о своей вере — Он, помимо прочего, вполне способен непосредственно общаться с любым человеческим существом, независимо от обстановки! В Рим. 1:18—20, однако, указывается, что, хотя деятельность Духа имеет всеобщий характер, ее доля в общей работе в целом довольно ограничена. Писание и опыт показывают, что Святой Дух, как правило, не подменяет человеческих усилий (см., например, Рим. 10:14). Давайте в качестве примера возьмем Писание. Разве Библия переписана слово в слово с золотых табличек, спущенных с небес? Нет. Писание возникло в условиях, определенных временем, местом, языком и культурой конкретных людей. Были учтены знания, опыт и происхождение библейских авторов. Павел, с его «докторской степенью», выразил откровение, полученное им от Бога, иначе, чем это сделал Петр, простой рыбак. Иоанн писал на простом, ясном, почти что детском греческом. С другой стороны, автор Послания к Евреям владеет литературным греческим языком, самым сложным для понимания во всем Новом Завете, за исключением первых четырех стихов Евангелия от Луки. В лице Матфея перед вами предстает человек, хорошо понимавший иудейское мировоззрение. Он последовательно показывает, каким образом в жизни Иисуса исполнились ветхозаветные Писания, с которыми иудеи были хорошо знакомы (см., к примеру, Мф. 1:22, 23; 2:5, 6, 15, 17, 18). Он использует иудейские термины, не поясняя их. С другой стороны, Марк обращается к языческому сознанию. Он объясняет иудейскую терминологию своим читателям-неиудеям (ср., к примеру, Мк, 14:12 и Мф. 26:17). Библейские авторы всегда имели в виду конкретную аудиторию. Писание показывает нам, что Бог старается Сам и ждет от нас того же, — общаться с людьми на их уровне, говорить с ними на их языке.

Возможно, еще большее значение, чем уникальные стили библейских авторов, имеет тот факт, что Бог даже содержание видений, которые Он посылает, стремится приблизить к восприятию тех или иных вдохновенных пророков. Самый яркий тому пример можно найти в Книге Даниила, где мы читаем, что видения сходного содержания даны двум людям, выросшим в совершенно разных культурах. Для Навуходоносора, языческого царя, Бог изображает империи будущего с помощью истукана (см. Дан. 2)! Этот символ был вполне понятен Навуходоносору, поскольку ему народы мира виделись яркими и сияющими фигурами богов, которым они поклонялись. В то же время для Даниила Бог рисует народы мира в виде злобных, прожорливых животных, которые угнетают его народ (см. Дан. 7). Бог обращался к каждому из пророков на доступном ему языке. Он нисходит до того уровня, на котором находятся люди.

Любопытно, что, поскольку греческий язык Нового Завета значительно отличается и от классического греческого Платона и Аристотеля, и от современного греческого, некоторые богословы прошлого века решили, что Новый Завет был написан на особом греческом — может быть, даже на «небесном языке». Затем в Египте кто-то натолкнулся на древнюю мусорную свалку. Она была полна обрывков любовных писем, счетов, рецептов и прочих атрибутов повседневной жизни I века. К удивлению многих, эти фрагменты папирусов оказались написаны на том же самом языке и в том же стиле, что и книги Нового Завета! Новый Завет был написан не на небесном языке и не на языке высокообразованной элиты, но на обыденном языке обычных людей. Бог нисходит до того уровня, на котором находятся люди! Священное Слово было обусловлено бренной культурой человеческих существ.

Эта мысль ясно выражена в «Избранных вестях», кн. 1, с. 19-22 (курсив мой):

Есть еще более яркий пример того, как Бог нисходит до уровня, на котором находятся люди. Когда Бог Сам пришел на землю в человеческой плоти, Он явился не в виде современного африканца или средневекового француза. Он пришел как один из иудеев I века, населявших Палестину; Его речь соответствовала местным языку и культуре; Он мог испачкаться, проголодаться и устать и даже временами разочаровывался, гневался и печалился (см. Мк. 1:40,41; 3:4,5; 6:6; 10:13,14). Бог пришел к нам не как супергерой, но как подобный нам Человек. Воплощение Иисуса демонстрирует, насколько тверд Бог в Своей решимости нисходить до уровня людей — в то время, в том месте, в той культуре и обстоятельствах, в которых они находятся.

Именно этот принцип воплощения двигал Павлом в его миссионерских предприятиях. Недвусмысленные размышления Павла по этому поводу — 1 Кор. 9:19- 23 — являются также и выражением принципа служения секулярному обществу. Павел говорит нам, что проповедование людям, весьма отличающимся от нас, требует значительных жертв. Главная причина, объясняющая отсутствие заметного успеха в работе с неверующими людьми, заключается в том, что мы не решаемся принести эту жертву.

Павел в этом отрывке излагает принцип служения людям, поиска других горизонтов, чтобы мы учились говорить с людьми на их языке. Наградой же за нашу готовность принести необходимые жертвы будет великолепный шанс для множества людей прийти ко Христу. Благодаря этим жертвам, пришедших к Богу будет гораздо больше!

Если Бог так стремится нисходить до уровня, на котором находятся люди, почему Иисус, казалось бы намеренно, приводил людей в замешательство Своими притчами (см. Мк. 4:11, 12)? Ответ заключается в том, что Иисус говорил притчами из-за противления людей Его вести. Притчи были способом преодолеть сопротивление и посеять в душах семя истины. В последующей жизни, когда противление людей под влиянием обстоятельств сойдет на нет, они, возможно, вспомнят притчи Иисуса и поймут их смысл. Таким образом, у Иисуса никогда не было цели сокрыть смысл Своих слов — Он хотел пробиться к душам некоторых людей, не подвергая опасности Свою миссию в целом.

Возможно, помимо изложенной в Писании причины, побуждающей нас учиться завоевывать сердца секулярных людей, существует еще более важное основание для этой работы. Кроме того, оно может стать ключом к исполнению обетования, согласно которому накануне возвращения Иисуса Евангелие распространится по всему миру (что адвентисты иногда описывают как «завершение работы»). В книге «Желание веков» есть глава под названием «Полнота времен». Там Елена Уайт показывает, что Бог затратил сотни лет на подготовку мира к пришествию Иисуса. Он просвещал греков, римлян и иудеев, подготавливая человеческие умы к пришествию Христа.

Это описание совпадает с тем, что мы знаем из истории. Эпоха наиболее радикальных религиозных перемен на всем протяжении человеческой истории приходится на первое тысячелетие до нашей эры. В течение этого периода человечество в целом освобождалось от приверженности к тому, что мы назовем языческими верованиями (поклонение силам природы), устремляясь к философским, или мировым, религиям, которые нам сегодня известны. Все великие религии современности возникли либо между 800-м и 200 гг. до н. э. (иудаизм, зороастризм, индуизм, буддизм, джайнизм, конфуцианство, даосизм), либо находятся в прямой зависимости от возникших в это время (христианство, ислам, сикхизм). Повсюду, кроме наиболее изолированных уголков земного шара, эти религии вытеснили первоначальные верования.