Чтение онлайн

— Вместе идём. Не обсуждается.

Главный офис Стражей Света. День. Улица.

— Арсений. — Есения хватает его за руку, не давая выйти из машины. — Нельзя туда ходить.

Арсений со вздохом прикрывает на секунду глаза, перехватывает Есеньевскую руку и подносит её к лицу, оставляя короткий поцелуй на костяшках. Он и сам знает, что нельзя. Чувствует и Есеньевскую тревогу, и то, как сгущается энергия. Страх. Сильный. В офисе. Арсений уже ощущал похожее, но точно не в этой жизни. Маги по природе своей не особо пугливы, ибо сила, дарованная им, очень помогает не бояться внезапного дурака с ножом, притаившегося в кустах. К тому же, Кодекс оберегает от других магов. Но если появляется что-то неизведанное, потенциально опасное…

— Что у меня с уровнем силы? — Арсений заглядывает в Есины глаза.

Она боится не сильнейших Московии, из-за которых сейчас собираются тяжёлые тучи. Даже если вдруг вновь попадёт в лапы Князеву, справится. А вот заново переживать смерть близкого, снова искать его днями и ночами, боясь больше не найти…

— Вне категорий. — Есения скользит взглядом по Арсению. — Запасы выше, чем у Волевого. Но там ещё Князев, а ты не факт, что помнишь, как пользоваться…

Арсений кивает, прикрывая глаза. Яга, судя по отблеску, всё ещё была в здании. В допросной, если Арсений правильно определил. Почему-то энергия слегка бликовала и находилась сразу на двух этажах. Друг над другом. Но в допросной всё же мерцало ярче. Пётр Алексеевич с Князевым сидели в кабинете, явно ожидая их прихода. Чувствуют. Знают. А Пётр Алексеевич ещё и привирает Князеву о местоположении. И, кажется, пытается мысленно достучаться, чтобы прояснить ситуацию, убедиться, что Влад всё-таки организовал подлог и пророчество не более, чем очередная пугалка от магов для магов…

И пророчество действительно глупая сказка, к реальности относящаяся лишь косвенно. Арсений не помнит, откуда это знает, но точно уверен, что мир никто ломать не собирается, как там обещается. Просто маги, напуганные силой, решили предупредить потомков, когда у самих избавиться не получилось. Только вот… Сила приходила много раз. И много раз её пытались уничтожить. Узнавали, пугались, как сейчас Волевой с Князевым, армии против собирали… И в целом у них получалось избавиться от «напасти». Однако пророчество почему-то сводилось именно к этому времени. В прошлом убивали просто слишком сильного мага и его фамильяра, а сейчас…

— А сейчас нам лучше отсюда уйти. — Есения сжимает Арсеньеву руку. — Меня пугает то, как выросла твоя сила.

— Я себя прекрасно чувствую. — Арсений жмёт плечами.

— В этом и проблема. — Есения, поймав вопросительный Арсеньев взгляд, вздыхает и продолжает. — Я бесконечно рада, что сила растёт, а ты всё ещё в полном порядке. Просто… Чем выше и чем дальше, тем мне страшнее, что всё опять повторится. Ты уже доходил до такого уровня силы. И если не умирал сам, то тебе помогали. — Есения качает головой. — Маги боятся нашей силы. Точнее, боятся того, что мы можем сделать. Они и Судей-то боятся, и Князева с Волевым. Но Судьи, вроде как, заинтересованы исключительно в порядке, к тому же, контролируют Волевого и Князева. Ну и остальных магов вне рангов. Это привычно, это понятно. Там есть границы. А мы… Проще уничтожить, чем понять. И они сделают всё для того, чтобы порядок оставался привычным. Чтобы существовала Тьма и Свет, чтобы существовали Судьи, чтобы работала система. А мы во всём этом — лишние. Потому что вне системы, потому что нам не нужно разделение…

— «Война — это мир. Свобода — это рабство. Незнание — сила». — Арсений тихо усмехается себе под нос. — Оруэлл из ваших?

— Из тех, кто смог понять. — Есения с грустной улыбкой кивает. — И Волевому, и Князеву выгодно жить в системе. У них весь смысл в противостоянии. До сегодняшнего дня они воевали друг с другом, наслаждаясь привычным порядком. Один уколет, второй ответит — вечная борьба, как спокойная норма, как мир. И они считали себя сильнейшими, не зная, не думая, не догадываясь о том, что есть ещё кто-то. А сейчас они узнали нового врага. Непонятного, сильного, обманувшего их. И теперь они слабые, а наша свобода для них то ещё рабство. Причём сами бы они не додумались, что мы — общий враг, а не сильное неудобство для Князева.

— Думаешь, Яга подсказала? — Арсений хмурится, ещё раз пробегаясь по энергии в здании. Точно их ждут. Рядом вообще никого и ничего, что могло бы так напрячь сильнейших Московии. Даже Дениса нет поблизости.

— Сдала. — Есения раздражённо цокает.

— Пару часов назад ты уверяла, что она мертва. — Арсений мягко улыбается и поправляет волосы Есении.

— Пару часов назад я в это искренне верила. А ещё пару часов назад главные Стражи Московии спокойненько пили чай. Каждый в своём кабинете. И о нас, как о вселенском зле и угрозе, даже не думали. Только Князев хотел себе силу забрать.

— Значит тем более нужно идти и разбираться. — Арсений, всё ещё улыбаясь, наклоняется и тыкается кончиком носа в Есеньевский.

После восполнения сил Арсению словно пустили уверенность по венам вместо крови. Такую тихую, спокойную, железобетонную. Все сомнения, страхи, неуверенности, которые преследовали всю эту жизнь, ушли, оставляя наконец в покое. И Есения, кажется, отпустила всё, что можно. Всё ещё бурчит, переживает, пытается вразумить, но скорее из-за привычки, а не из-за реального желания прямо сейчас завести мотор, уехать куда-нибудь в лес и не высовываться оттуда больше никогда.

— Двое на двое потянем? — Арсений вновь улыбается и отстраняется.

— Двое на двадцать пять боеспособных магов, ты хотел сказать? — Есения ненадолго хмурится, анализируя ситуацию в здании. — Пропустят нас без проблем, никого ещё не оповещали. И, скорее всего, сможем даже добраться до Яги. Не чувствую, что там есть сильная охрана. А вот выйти уже не дадут. В принципе, это напоминает ловушку, но я не понимаю чью. Князев с Волевым не ждали нас, хотели взять в квартире, либо на улице. Не успели бы такое спланировать. А Яга оказывается с нами в одной лодке. Не выгодно ловить нас на себя же…

Арсений смотрит на Есению, не отрываясь. Она выдаёт схемы, предположения, варианты ведения боя даже не задумываясь. Моментально просчитывает исходы, выкладывает возможности и слабые места каждого присутствующего мага. Сосредоточенно. Без колебаний и сомнений. Зная, что их великая сила позволит без каких-либо проблем выпутаться из любой передряги. Совсем как… Его Есения. Смелая, готовая влезть в любую драку, если увидит несправедливость, с небольшой сумасшедшинкой и бесконечно верная. Не от слова «служить», а от слова «вера». Умная, с потрясающими глазами…

— Арсений? — Есения хмурится сильнее, ёрзая на сиденье.

— Идём. — Арсений подмигивает Есении. — Вытрясем инфу из Яги.

— Арсений… — Есения тяжело вздыхает, явно желая что-то возразить, но вместо споров качает головой и тянется к бардачку за очками. — Глаза прикрой. Сверкают совершенно кошмарно для обычных магов. А мы через парадный вход собрались идти. Да?

— Естественно. — Арсений кивает и смотрит в зеркало заднего вида.

На первый взгляд в глазах ничего не сверкает. А потом Арсений слегка поворачивает голову и замечает яркий отблеск голубого цвета. Совсем как у Есении. А в норме глаза у магов и фамильяров не блестят. Давно не блестят. Это ведь признак той самой древней первозданной силы, частички которой остались лишь на Буяне, а на Большой Земле оно давно выжжено. Войнами, магической деградацией, попытками разделить магию на полярные куски и отдать преимущество только одной стороне…

Арсений надевает очки, уже не удивляясь предусмотрительности Есении, и выходит из машины. Всего пара шагов и двери родного офиса приветливо откроются, но он уже совсем не кажется родным. Теперь чужое. Не Арсеньево. Не враждебное, всё ещё вполне приятное, однако больше не вызывает того трепета, гордости за принадлежность к Свету, готовности служить во благо людям и магам. Не то. И внутри расцветает какая-то странная уверенность, что сюда он больше не вернётся.

В офисе всё так же кипит жизнь. Маги заняты документами, анализом, поиском, тренировками, обучением, снуют туда-сюда, быстро кивают, приветствуя, и снова бегут дальше, практически не обращая внимания на двоих в солнцезащитных очках посреди ноября. Для магов здесь так много смысла, что Арсению на секунду становится не по себе. Он ведь тоже был винтиком этой системы. Верил, служил, убивал недели на поиск безделушек… Есения осторожно касается пальцами ладони, идя плечом к плечу. Тоже чувствует перемены. И тоже понимает, что всю эту мнимую офисную мощь можно сжечь буквально за секунды.