Чтение онлайн

Арсений забирается пальцами в волосы Есении и начинает мягко массировать кожу головы. Привыкший к городскому шуму и суете, здесь он ощущал себя намного лучше, легче, спокойнее и словно на своём месте. Даже множественные переплетения энергий не раздражали глаза, чужие мысли не нервировали и не было тяжести от количества чужих ощущений и чувств. И время словно замедлилось, стало более тягучим, как мёд, перетекало неспешно, оставляя такие необходимые мгновения на подумать. Города — это прекрасно, но не для постоянного нахождения магов. Всё же прогресс, при всех своих плюсах, очень сильно влиял на способности и на возможности. Маги олюдели не только из-за попыток упростить управление энергиями, но и из-за собственной лени. Никто ведь не запрещал изучать древние приёмы, но зачем это делать, когда всё доступно и без усилий?

— Нам… — Есения взъерошенным воробушком поднимается на локте и озирается по сторонам.

— Чшшш… — Арсений подсаживается ближе и с тёплой улыбкой прикрывает глаза. — Всё тихо.

— Хорошо. — Есения окончательно садится, хмуро смотрит на спящих, касается своим лбом Арсеньева и пропускает сквозь себя энергию. — Уйду в лес подальше от магов на месяц отсыпаться, если это всё закончится и мы выберемся живыми…

— Не если, а когда. — Арсений медленно качает головой, потираясь носом об Есеньевский. — Вместе уйдём. Найдём домик, отдохнём там. Или Буян отыщем и туда махнём…

— Буян в лучшем случае закрыт. — Есения тяжело выдыхает. — В худшем — разрушен.

— Откроем, починим. — Арсений отстраняется и тепло улыбается. — В крайнем случае новый построим.

Есения тихонько усмехается и обнимает Арсения, подпитывая энергией. Переживает или предчувствует, что впереди их ждёт что-то долгое, сложное, силозатратное и опасное. Старается взять от последних спокойных мгновений максимум. И молчаливо сказать о том, как сильно скучала, как рада, что сейчас практически так же, как было когда-то, как много всего чувствует и как будет стараться не допустить очередной смерти…

Последнее Арсению странно. Он прекрасно понимает мотивацию Есении и её желание предотвратить неизбежное, но ведь даже если бы она в лепёшку расшиблась, то ничего не смогла бы сделать. Арсений не понимает, откуда это знает, зато точно уверен, что противостоять его смертям было просто невозможно. Это что-то выше и сильнее обычных досадных случайностей и проклятий. А ещё Арсений почему-то был уверен, что отстроить новый остров не такая уж и проблема, особенно, если взять за основу что-то уже существующее. Да, Буяном оно вряд ли станет, но если перенаправить потоки энергий, то вполне возможно сотворить что-то похожее. Тихое, спокойное, благоприятное для магов и волшебных существ.

— О чём задумался? — Есения проводит пальцем по руке Арсения, оставляя светящуюся дорожку, и отстраняется, заглядывая в глаза.

— Надо народ поднимать. — Арсений вновь тепло улыбается и убирает волосы с Есеньевского лба. — Скоро светать начнёт.

Горыныч вчера обмолвился, что у Яги в избушке возможно окажутся не только полезные травки, в том числе и с Буяна, но и множество записей, которые в теории могут помочь снять проклятие, но Арсений почему-то чувствовал, что не записи им нужны. И даже не травки. Словно в избушке может быть что-то ещё, что необходимо забрать. У него в целом последние сутки ощущение бесконечного дежавю и прескевю. Словно уже ходил по этим лесным дорожкам к избушке Яги и вот-вот вспомнит то самое слово, которое точно знает, которое вертится на языке, но никак не улавливается, чтобы произнести его. И объяснить никак.

И идти в саму избушку кажется чем-то достаточно бессмысленным, если пытаться рассуждать на языке фактов. Даже если они там найдут Ягу, дальше-то что? Случится чудо, и она снимет проклятие? Почему тогда раньше не появилась, если может? Возможность с помощью Яги открыть Буян, про которую Горыныч так же не забыл упомянуть, тоже весьма сомнительная. Могла бы — уже открыла. В смерть Яги Арсений не верил. Над лесами не только Горыныч способен летать. У Стражей Тьмы в фамильярах числится сокол, у Света — ястреб и орёл. И, естественно, они не раз пролетали над лесами. И патрули раз в месяц точно прочёсывают местность. Если бы избушка стояла на месте — давно бы нашли. А значит, что появилась она здесь не так давно. На окорочках вряд ли можно быстро и далеко перемещаться. К тому же, повинуется изба исключительно Яге. Сказочное «повернись к лесу задом, ко мне передом» в лучшем случае приведёт к хорошему такому пинку окорочком.

И всё равно Арсений шёл. Незримая ниточка тянула именно туда. Именно в таком составе, хотя Есения всё ещё голодным волком поглядывала на Серёжу и Дениса. Не верила им, в общении то и дело перескакивала на официальный тон, словно пытаясь подчеркнуть своё недовольство происходящим и недоверие к окружающим, хотя Серёжа был даже не против, чтобы к нему в голову залезли. И Есения лазила. Не выворачивая наизнанку, а осторожно, с пониманием, что необходимости и причин раскапывать грубо, как это делают бездушные Судьи, нет. И всё равно чувствовалось что-то не то. Серёжа словно не врал, но что-то явно не договаривал. Возможно, и Арсений очень бы хотел, чтобы так и было, Пётр Алексеевич его отправил за ними. Не для того, чтобы знать местоположение и атаковать в самый неподходящий момент, не для того, чтобы Серёжа от них избавился. А просто чтобы лучше понять, убедиться, что не враги, что проклятие, якобы обещавшее смерть всему миру, очередная сказка…

Арсений очень хотел бы, чтобы так оно и было. Но…

***

Переступив через очередную корягу, Арсений тяжело выдыхает и вновь заглядывает в подпространство. Верхние слои постоянно мониторятся Есенией, но если пойдёт кто-то с хорошей маскировкой, то их там будет просто не видно, поэтому приходится постоянно заглядывать глубже и дальше. К тому же, Арсений всё пытался выцепить хоть что-то, что могло указать на избушку, даже несмотря на заверения Горыныча, что её не отличить от обыкновенного дерева, ведь магией и энергией её никто не маскировал. Яга в целом магией в привычном понимании не пользовалась. А вот травами владела. И отвары её энергетически не фонили, ибо природными были. Не отличить от обыкновенного чая.

— Почти пришли. — Денис щупает мышку, которая решила не покидать своё гнездо из волос.

Арсений кивает, втягивая носом холодный влажный воздух, пропитанный хвоей, мхом и землёй. Тело, в выносливость которого он вообще не верил ещё месяц назад, чувствовало себя вполне неплохо. Ещё один такой поход пережило бы без особых проблем. Всё же энергия — мощное орудие в умелых руках. Использовали бы её все во благо…

— Арсений. — Есения даже головы не поворачивает. Как шла, так и идёт, внимательно разглядывая хвою под ногами.

— Слушаю. — Убедившись, что рядом даже Серёжу не пытаются искать, Арсений переключает внимание на высматривание избушки. Ну очень уж интересно посмотреть на куриные ноги.

— Я хочу, чтобы ты знал…

— Стой. — Арсений перебивает её. — Не вздумай прощаться. Вот даже не пытайся. Никуда я в этот раз не денусь. Слышишь? Ни-ку-да.

— Откуда ты знаешь? — Разочарованное бессилие Есения даже мысленно умудрялась прекрасно передавать, при этом внешне совершенно не меняясь.

— Я не знаю. Я чувствую. — Арсений задумчиво хмурится. — Кажется, я тебя уже кучу раз так успокаивал, но… Сейчас что-то изменилось. Или закончилось. Или ещё что-то. Не знаю. Но я не уйду. Обещаю.

— Ого! Ого! — Серёжа, прорвавшись сквозь кусты, выходит на небольшую полянку и во все глаза смотрит на самую настоящую избушку.

Арсений тоже выходит вслед за ним и удивлённо вскидывает брови. Избушка выглядит совсем не так, как её рисуют на страницах сказок. Там она небольшая, однокомнатная, часто обветшалая и уверенно стоит на тощих куриных лапках. Здесь же стоял самый настоящий дом из брёвен. На земле. С резными ставнями, с массивной дверью, с небольшой террасой, огороженной резными столбами. А вот лапок видно не было. Обычный дом. Который выглядел слишком хорошо для лесной глуши. Сквозь оконные стёкла виднелись зелёные растения и белоснежные ажурные занавески, всё было чистеньким и словно только-только построенным — аж пахло свежесрубленной древесиной.