Чтение онлайн

— Важно, и даже не представляешь насколько! — сорвался воевода, громко пробасив, и, кажется, ненароком кого-то все-таки разбудил. — Ты навлек на себя проклятие времени.

— Что?! Какое еще проклятье?

Только я поверила, что все самое страшное позади, как сердце снова тревожно забарабанило в груди.

— Вода из Священного озера на какое-то время делает человека неуязвимым, быстро заживляет раны, придает сил. Но после того, как действие воды проходит, человек начинает стремительно стареть. За несколько часов он проживает все свои годы, превращаясь в старика, а затем умирает, — пояснила Марфа. — Каждый в этих краях знает об этом и обходит озеро стороной.

— Каждый, кроме нас, — сорвалось с губ Валерия несколько обреченно, от былой улыбки не осталось и следа.

— Надеюсь, ты вместе с ним в Священном озере не плавала? — решил уточнить Драгомир.

— Нет. Но я пила воду из родника поблизости.

— Из родника можно.

— И что, это проклятье никак нельзя остановить? Должен же быть какой-то способ? — не собиралась я сдаваться, уж точно не сейчас, когда мы с Валерой только нашли друг друга. — А если мы успеем вернуться в наш мир, в котором нет магии, может, тогда проклятье спадет?

— Нет, это вряд ли, — присела рядом Марфа, взяв меня за руку. — Вам сможет помочь только король эльфов и его древняя магия. Но есть один нюанс, этот вредный старикашка запросит нереально дорогую плату.

— Пусть, мы все равно должны попытаться, — настроилась я идти до конца, чего бы мне это ни стоило. — Все дороги и так ведут нас к эльфийскому дворцу.

Сперва я пыталась быть сильной и эту жуткую новость принять с достоинством. Только в какой-то момент силы закончились. А стоило Валерию меня обнять, лавину внутри будто прорвало.

За эту ночь я, казалось, выплакала все слезы, которые у меня были. Не хватало нам прежних неприятностей, так теперь еще и проклятие времени свалилось, как снег на голову. Мысль о том, что Валерия в любой момент может не стать, ни на секунду не давала мне покоя. Ведь о том, сколько еще у нас осталось времени, никто толком не знал.

Утром, едва взошло солнце, его заботливые объятья, в которых он согревал и успокаивал меня всю ночь, растворились в воздухе. Упаковав в дорогу его одежду, я подхватила енота Валеру на руки, и прижала к груди.

— Маш, ты как себя чувствуешь? — переживал он за мое состояние.

— Вообще-то, это я теперь должна за тебя волноваться. Как твоя рана, не болит?

— Нет никакой раны, я же неуязвимый, — пытался пошутить Валера, только мне было не до шуток.

— Ты же слышал Драгомира, это временный эффект. А вот что последует за ним…

— Мы что-нибудь решим. У нас еще есть время.

— Кто тут вспоминал Драгомира?

Оказавшийся рядом с нами воевода неожиданно прищурился, со всем вниманием разглядывая аккуратную мордочку енота.

— Мне кажется, или у кого-то усы поседели? — протянул он свою ручищу, и мы с Валерой замерли. — Ну вот, а теперь один ус еще и отвалился, — в голос захохотал он, и я с облегчением выдохнула, осознав, что все это лишь неудачная шутка.

— И ничего он не отвалился! А ну, убери свои лапы, — возмутился Валера. — Я же у тебя волосы из бороды не дергаю.

— Еще чего! Размечтался, — хохотнул Драгомир, и принялся запрягать коня. — Давайте, ребятушки, последние приготовления и выдвигаемся, путь неблизкий. К тому же, теперь у нас появилась еще одна причина, чтобы побыстрее его преодолеть.

Я видела, он тоже переживал за Валеру, хоть и по-своему. И Марфа пыталась поддержать нас, как могла. Только никакие слова поддержки не способны были меня сейчас успокоить, лишь конкретные действия. И я была благодарна Драгомиру за то, что он загонял коней и не позволял своей коннице долгих остановок, лишь бы побыстрее добраться до Священного ордена и эльфийского дворца.

Мы пересекали густые леса, где деревья стояли высокими великанами, переплетая свои ветви в знатный зеленый свод. Они трещали под натиском ветра, а под ногами мягко хрустела опавшая листва. Тропы, проложенные в густой траве, уводили в тень, где, если присмотреться, можно было разглядеть удивительных существ.

С каждым днем ландшафт менялся. Сначала мы проезжали через невысокие зеленые холмы, затем горы поднимались во всей своей величественной красоте. Их вершины были покрыты снегом, сверкающим на солнце. Мы пробирались по узким тропам через огромные каменные глыбы, которые оказались раскиданы на настоящем поле сражения древних великанов.

Преодолев все эти препятствия, мы очутились в прекрасной долине, с извивающейся вдоль нее рекой. Прозрачная вода сверкала, отражая высокие облака, что проносились по небу, и я находила в этом зрелище особое успокоение.

— Ну все, отдохнули немного, и по коням! — снова поторапливал нас Драгомир, и все слушались его беспрекословно.

Весь день мы проводили в пути, усталые, но полные надежд, а вечером я с нетерпением ждала захода солнца, когда Валера снова станет человеком.

Собравшись у костра, мы готовили ужин, смеялись и делились историями о своих приключениях. А еще продолжили играть в «Правда или действие», это стало славной традицией.

Драгомир, хоть и делал это с неохотой, все же спел нам свою любимую песню, мелодия которой отражала тоску и надежду. Марфа, когда настала ее очередь выбирать, решила поделиться правдой.

— У меня в нашем мире никого и не осталось из родных кроме двоюродной тетки. Отца я никогда не знала, а мама… Она тяжело болела. Чтобы оплачивать лечение, я тогда и устроилась в похоронный бизнес. Платили действительно хорошо, только маму это все равно не спасло.

Открытость постепенно сближала нас, и каждый чувствовал важность поддержки, которую мы с готовностью давали друг другу в это непростое время. Несмотря на все трудности, которые встречались на пути, мы продвигались вперед и старались находить радость в каждом моменте.

— Последняя ночевка, завтра будем на месте, — объявил Драгомир, когда мы остановились у двухэтажного каменного строения, спрятанного среди густых елей, припорошенных снегом.

— Ну наконец-то, а то я уже продрогла в этих краях, — первой подорвалась к высоким дверям Марфа, ведомая домашним теплом, по которому все мы успели соскучиться.

В заброшенной заставе служил единственный человек, старик по прозвищу Лохмач, диковатый и нелюдимый. Зато, благодаря его трудам, нас уже ждал разожженный камин, к которому мы с Марфой и побежали наперегонки.