Чтение онлайн

— Вот как, — призадумалась Сильвия. — И с чего бы ему ее туда вести? Наверняка, твоя коллега молода и хороша собой.

— Так и есть, — который раз за день я тяжело вздохнул, а еще нервно взъерошил голову руками, уже понимая, к чему она клонит.

— Если эта Мария тебе дорога, я бы не оставляла ее с ним наедине. Таларис владеет гипнозом. И оглянуться не успеешь, как она раздумает возвращаться домой, а вместо этого вобьет себе в голову стать новой супругой короля.

МАША

Экскурсия в мастерские прошла не только увлекательно, но и более чем продуктивно. Таларис завуалированно и ненавязчиво обхаживал меня, как это обычно делают менеджеры «Памяти». Работая в продажах, такое всегда чувствуешь на каком-то особом уровне. Удивительным оказалось другое, обрабатывал он меня не для себя, а для своего господина.

В эльфийских мастерских по изготовлению священных венков магия и искусство соединялись в единое целое. Внутри помещения царила атмосфера волшебства. Легкий аромат свежесрезанных трав и цветов заполнял воздух, а мерцающий свет, источаемый магическими сферами, насыщал все вокруг мягким, золотистым сиянием.

Служительницы Ордена, одетые в легкие, струящиеся одеяния, изготаливали свои творения, словно в танце. Они грациозно двигались от одного стола к другому, собирая натуральные материалы: яркие цветы, шишки, ветки и зеленые лианы. С помощью тончайшего прикосновения рук и волшебных заклинаний они сплетали венки, которыми вскоре будут украшены священные ритуалы их народа. А еще совсем скоро эти венки направятся в каждый дом в качестве оберегов... и украсят могилы вип-клиентов Самарского в нашем мире. Как бы я не хотела не думать об этом в этот волшебный момент, но мысли сами так и лезли в голову. Каким-то образом Самарский перетащил целую партию священных венков на свой склад. Как ему это удалось, все еще оставалось загадкой.

Я с восторгом наблюдала за тем, как под прикосновениями женских рук распускались бутоны, ветви сплетались между собой, образуя редкой красоты узоры, знакомые только этим мастерицам, после чего застывали на вечность, так напоминая наши венки из искусственных цветов, только в разы красивее и нежнее.

Мы с Таларисом продвигались из одного помещения в другое, и вдруг мой взгляд невольно приковал портрет на стене. Он висел на самом видном месте, гордо возвышаясь над остальными элементами декора. Я даже мысленно усмехнулась, потому что в нашем мире в кабинетах больших чиновников на такие места обычно вешают портреты президента.

На картине был изображен молодой эльф невиданной красоты. Его черты были мужественными, волевыми и в тоже время изящными, как у настоящего воина и поэта одновременно. Длинные, волнистые волосы цвета спелой пшеницы спадали на плечи, а проницательные зеленоватые глаза, полные понимания и мудрости, которые, казалось, могли читать мысли и чувства, смотрели с портрета прямиком на меня. Легкая улыбка играла на его губах, придавая выражению лица покровительствующий и добрый вид.

— Кто это? — не удержалась я, невольно восхищаясь красотой и харизмой этого мужчины, кем бы он ни был.

— Наш действующий король, Элирион Великий, — ответил Таларис, с гордостью взглянув на портрет, отражающий величие и магическую природу его обладателя.

— В молодости? — отчего-то решила уточнить я, и мужчина снисходительно улыбнулся.

— Наш король не стареет. Он и в свои почти триста лет выглядит ничуть ни старше, чем на этом портрете.

— Триста лет?! — округлились мои глаза, а с губ шепотом сорвалось: — Сколько же тогда его первой супруге, Великой Халли?

— Примерно столько же, — заиграла на мужском лице интригующая улыбка.

— А она хорошо сохранилась, словно заморозили, больше тридцати человеческих лет и не дашь. Лишь седые пряди намекают, что ей немногим старше, но и их при желании с легкостью можно закрасить.

— В наших краях седина — признак мудрости, и никто не торопится от нее избавляться. А еще, Мария, вы должны знать, что это древняя магия и покровительство короля даруют его женам долгие лета и вечную молодость. Это же касается и человеческих женщин.

— На что вы такое намекаете? — не сдержалась я.

— Только не отрицайте, что вы сами пару минут назад не могли отвести взгляда от портрета Элириона Великого. А он, между прочим, как раз находится в поисках невесты. Уверен, ваша кандидатура показалась бы ему весьма привлекательной.

— Очередной невесты!

Внутри меня все противилось от этой нежданной гадкой мысли податься в невесты трехсотлетнему старикашке с несносным характером, а именно таким его Марфа и описывала, ни разу не упомянув о потрясающих внешних данных. Видимо, его характер и манеры поведения все внешние достоинства перекрывают с лихвой.

— Пусть и так. Но любовь нашего короля столь велика и всемогуща, что, если вы сумеете покорить его сердце, он ни в чем вам не откажет.

А этот чертов змей-искуситель будто в мою голову залез и прочел самые потаенные мысли.

— И выполнит любое мое желание?

— Даже самое невероятное, — заверил Таларис, и я невольно принялась искать глазами Валеру, который должен был быть где-то здесь, рядом, но отчего-то нигде его не находила.

Наверное, он так и остался за дверьми мастерских гоняться по кустам за разноцветными букашками. Я не спешила осуждать его за это. При всем желании мне сложно было прочувствовать, каково ему сейчас бороться со своей звериной сутью, и знать, что в любой момент обретенное проклятье возьмет свое. Мне же среди всех этих служительниц Ордена и священных венков абсолютно точно ничего не угрожало.

Мое единственное желание действительно было почти невероятным. Больше всего на свете я хотела снять с Валерия Дмитриевича проклятие времени, какая бы высокая плата за это не полагалась. Если потребуется, я и себя без колебаний готова была принести в жертву, ведь именно так и поступают любящие люди. А я полюбила его, полюбила всей душой и сердцем, и не могла позволить единственному близкому человеку погибнуть так рано и такой жуткой смертью, стремительно состарившись. Со мной или без меня, в этом мире или в нашем, если нам однажды все-таки удастся вернуться домой, то я мечтала видеть его живым и счастливым.

— А если я скажу, что согласна рассмотреть ваше предложение. Что от меня потребуется? И как быстро я смогу попасть на аудиенцию к королю?

— Да хоть завтра! И от вас, Мария, ничего особенного не требуется, я все организую сам, — и здесь не удивил меня верный подданный своего короля, расплывшись в самой лучезарной улыбке.

Ну, конечно, а что ему не радоваться-то? Новая жертва нашлась сама, даже уговаривать долго не пришлось. А там, гляди, король и премию за такие старания выпишет, или чем он их тут награждает за особые заслуги.