Биг босс — полосатый хвост
Шрифт:
Ага, то ли еще будет! Ведь впереди встреча с эльфийским королем и смотрины невесты, на которые я сама и напросилась.
Стоило вспомнить о Таларисе, как он поравнялся со мной, гордо восседая на своем белоснежном жеребце. Кто-кто, а этот эльф так уверенно держался в седле, словно родился уже на коне.
— Нравится? — кивнул он в сторону дворца.
— Да, дворец великолепный. И сам город очень красивый.
— Астерион был построен тысячи лет назад, но за все эти годы не утратил своей первозданной красоты.
— Как вам это удается? С помощью магии?
— И не только. Наш народ хранит древние традиции и мудрость предков. Мы всегда стремимся к гармонии с природой и умеем видеть мир не только глазами, но и сердцем.
Я любопытно приподняла бровь.
— А какие традиции для вас самые важные?
Таларис повернулся ко мне, его светлые волосы развевались на ветру.
— Одной из самых значительных является Танец Лунного Света. Каждые сто лет, при полной луне, мы собираемся в Священном Лесу, чтобы отпраздновать единство нашего народа и связь с природой. Это не просто танец, это ритуал, который призывает силу наших предков и просветляет душу.
Он говорил о своем народе с такой гордостью и уважением, что я невольно заслушалась.
— Звучит волшебно.
Эльф улыбнулся, его глаза загадочно заблестели.
— Так и будет, Мария, как по волшебству. Когда этот дворец станет вашим новом домом, вы и сами не заметите, как полюбите и короля, и этот город, и его славных жителей.
Сердце от его слов забилось чаще. Слишком сладкими, почти приторными были его речи, в реальной жизни так не бывает, и что-то Таларис не договаривает. Марфа, которая все время держалась рядом и стала невольным свидетелем нашего разговора, привычно закатила глаза. Ну вот, здесь она со мной солидарна, верить всему услышанному не стоит. Лишь бы этот прекрасный дворец, едва я перешагну его порог, не превратился для меня в золотую клетку.
Валера, с которым со вчерашнего вечера мы больше не разговаривали, теперь держался Драгомира. Его новые знакомые: королева Халли и Сильвия, якобы по своим делам направлялись в королевский дворец вместе с нами. Так, стройной колонной, мы и добрались до заветной цели.
Таларис галантно протянул мне руку, помогая спешится с коня, на что Валерчик недовольно фыркнул. Сколько же усилий мне стоило не оглянуться в его сторону, и вообще никак не реагировать, хотя сердце еще со вчерашнего вечера буквально разрывалось на части.
— Готова предстать перед Его Величеством? — просиял улыбкой интендант короля, предложив мне руку.
На секунду я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, словно от волнения собираюсь с силами. Так оно и было. Только волновалась я не за себя.
— Более чем, — опустила я свои пальцы в мужскую ладонь, и решительно зашагала по ступеням ко входу во дворец, ощущая на своей спине пристальный взгляд Валерия Дмитрича.
— Нет, нет, нет! Маша, пожалуйста, очнись! Что ты творишь? Не делай этого! — раздалось следом, и я до боли закусила губу, лишь бы не остановиться, не оглянуться, никак не выдать себя.
Прости меня, любимый. Пусть не сейчас, так потом, ты обязательно все поймешь и, надеюсь, что сумеешь простить. Только, пожалуйста, потерпи еще немного, не состарься в один момент и не умри от этого чертового проклятья, ведь мы уже так близко к цели.
* * *
Роскошный тронный зал поражал воображение: высокие потолки, декорированные драгоценными камнями, величественные колонны и мягкий свет свечей, отражавшийся на мраморных стенах. В самом центре зала на троне, увитом золотом и зелеными тканями, сидел Элирион Великий, король эльфов. Внешне он выглядел невероятно молодым и привлекательным — его длинные волосы цвета спелой пшеницы спадали на плечи, а проницательные зеленоватые глаза, полные вековой мудрости, выводили меня из равновесия.
До чего хорош, зараза, и не скажешь, что ему уже триста лет в обед, как в морозилке спит.
— Спасибо, Таларис, дальше мы сами, — отпустил он своего верноподданного, и тот поспешно скрылся в дверях за моей спиной.
Когда король в полной мере обратил на меня свой взгляд, я почувствовала не только его внимание, но и исходящую от него магию. Сила ее была столь велика, что сердце забилось в тревожном ритме.
— Не бойся, дитя мое, подойди ближе, — мужской голос околдовывал и был таким проникновенным, что запустил волну мурашек по коже.
Я сделала шаг вперед, стараясь подавить волнение, и при этом не отводить взгляд, глядя королю эльфов прямо в глаза.
— Рада познакомиться, Ваше Величество. Я много слышала о вас.
— Надеюсь, только хорошего? — спросил он с лёгкой усмешкой.
— В основном, да, — смутилась я, не желая быть пойманной на лжи в первые минуты знакомства. Да я под рентгеновскими лучами в поликлинике никогда не чувствовала себя такой голой и открытой вплоть до самых темных уголков моей души. Ощущение было такое, что этот трехсотлетний гад еще и мысли читать умеет.
— Мне нравится твоя честность, маленькая лучезарная пташка, — произнес король, поднимаясь с трона и подходя ближе. — И то, что я вижу перед собой, мне тоже по вкусу. Таких занятных человечек у меня очень давно не было…
Чтобы это не значило, а сердце пропустило удар. Звучало так, будто он не жениться на мне собирается, а планирует съесть на завтрак.
— Тише-тише, не дрожи, я не причиню тебе боли, — будто читал он мои мысли и подходил все ближе.
Ага, как же, не дрожи! А ты не смотри на меня, как оголодавший маньяк, хоть и привлекательный, будто с картинки, только все равно чужой и незнакомый, совсем не тот мужчина, чьих горячих успокаивающих объятий мне сейчас так хотелось бы.
Его рука уверенно скользнула к моим волосам, касаясь распущенных по плечам прядей, я вздрогнула от неожиданности и нервно сглотнула, но быстро взяла себя в руки и постаралась расслабиться, насколько это вообще возможно в подобной ситуации. Я замерла, Элирион тоже замер, будто давал мне время привыкнуть к его близости. Он глубоко вздохнул, я вздохнула тоже. Мужская рука снова пришла в движение, костяшки длинных пальцев нежно коснулись моей скулы, и на его лице заиграла теплая улыбка.
— Вот видишь, ничего страшного, — Элирион бесцеремонно склонился к моему уху, вконец нарушая какие-либо личные границы, и теперь я в полной мере ощутила жаркое мужское дыхание на своей шее. — Поверь, я знаю, как доставить женщине удовольствие. Сейчас ты растеряна, но совсем скоро сама будешь желать моих прикосновений.
Внутри все кричало и противилось. Вот еще, разбежался! Скажи еще, что умолять тебя буду. Как же, не дождешься!
Сразу вспомнились и слова Марфы о том, что все это его очарование — это только красивая ширма, а под ней… Вот только стоило заглянуть в его глаза, и что там под ней, я уже не помнила, или не хотела помнить. Его взгляд околдовывал, а ощущение от едва уловимых прикосновений было невероятным; я чувствовала тепло и магию, и в то же время — то, как его теплые губы едва касаются моего уха. Волнение охватило все мое существо, словно волны, накатывающиеся на берега сознания.