Чтение онлайн

Я рассказал о своей работе на фильме, и Тамара искренне воскликнула:

— Боже, как интересно! А если я как-нибудь навещу вас в Москве?

— С удовольствием приму вас… — Я улыбнулся и добавил: — По полной программе!

Она весело рассмеялась…

Когда я, вновь передаваемый, как эстафетная палочка, с рейса на рейс, прилетел в Омск, мама, увидев привезенное мною богатство, даже прослезилась: некоторые из продуктов она в жизни никогда не видела. Через две недели я вернулся в Москву, а она еще долго писала, что продолжает лакомиться привезенными из Владивостока деликатесами…

Работы по изготовлению моделей ТУ-154 в Казанском авиационном институте тоже пришлось контролировать мне. Там я очень сблизился с проректором института по имени Рифкат. Жить в Казани пришлось около месяца, и он поселил меня в студенческое общежитие, в котором была специальная трехкомнатная квартира для важных гостей. Вероятно, не стоит говорить, что по ночам мне скучать не приходилось: вряд ли кого этим удивишь. Однако Казань мне запомнилась именно сексуальным опытом. В один из предвыходных дней Рифкат предложил «повеселиться». Он завез ко мне коньяка, вина, шампанского, я закупил продуктов и стал ждать: к восьми часам должны были прийти две девицы, а вскоре должен был приехать и сам Рифкат.

Девицы явились в точно назначенное время. Обе они были длинноногие и симпатичные, но одна черненькая пышечка, вторая — по сравнению с первой худенькая блондинка. Ждем… час, другой… Рифката все нет… Вдруг он звонит — не придет, за ним зашла жена.

— А мне что делать? — растерянно спрашиваю я.

— Один разберешься! — с явным намеком отрезал тот.

Но мы же не сидели «в сухую» и не раз пригубили. Услыхав новость, девчонки нисколько не огорчились.

— Нам и втроем хорошо будет! — многозначительно заметила брюнетка.

Она не обманула: ночь была действительно восхитительной. Это сейчас, когда видеоэротику и порно можно приобрести буквально на каждом шагу, нет никаких тайн в интимной жизни, а в то время для меня это было самым настоящим шоком, хотя, честно признаюсь, — не неприятным…

С фильмом «Экипаж» у меня связано еще одно интересное воспоминание. В подготовительный период Митта, уверенный, что у него будут сниматься Олег Даль и Елена Проклова, и не думал о других актерах, случилось неожиданное: Даль ушел в депрессию, а Проклова была очень занята на другой картине. Нужна была срочная замена. Замену Далю нашли — великолепно, на мой взгляд, сыграл Леонид Филатов. С ним мы сдружились и поддерживаем теплые отношения до сих пор. А с героиней возникли сложности. Вскоре к поискам подключили даже меня, режиссера комбинированных съемок. Кого мы только не предлагали — никто не устраивал Митту, и всякий раз он, расставшись с очередной кандидатурой, говорил:

— Поищем еще…

Однажды я побывал на спектакле первого курса ГИТИСа и обратил внимание на очень талантливую, на мой взгляд, студентку актерского факультета — Елену Цыплакову. Показал ее Митте. На этот раз он долго думал:

— Оставим пока в резерве… и поищем еще… — сказал он наконец.

Кто-то посоветовал ему обратить внимание на Александру Иванес из Училища имени Щукина. Посмотрел. Понравилась. Попросил Криштула взять у руководства училища ее характеристику, так как по сценарию она должна сниматься в Париже. И вдруг получаем отрицательную характеристику, более того, оказывается, ей вообще грозит исключение. И снова Криштул просит меня: спасай картину! Я встречаюсь с «тройкой» училища: ректором, с комсомольским секретарем и с председателем профкома, но с каждым в отдельности, и подключаю все свое красноречие. Мне удалось добиться изменения некоторых формулировок в характеристике, а вместо приказа об исключении — приказа о переводе.

Однако все оказалось тщетным: Александру все равно не выпустили тогда за границу, и сценарий пришлось корректировать.

О поисках героини для картины случайно узнала создательница сериала про Штирлица — Татьяна Михайловна Лиознова. Она позвонила мне и попросила сообщить ей, если мне встретится «что-нибудь интересное». В то время она вместе с Львом Александровичем Кулиджановым вела третий курс актерской мастерской во ВГИКе, а нужной ей героини в мастерской не было.

Когда Митта утвердил Александру Иванес, я созвонился с Лиозновой и рассказал о талантливой студентке — Елене Цыплаковой. Посмотрев ее в курсовой работе, Татьяна Михайловна сразу предложила ей перейти к ним в мастерскую. Получилось, что я поспособствовал Леночке сэкономить два учебных года. И горжусь этим, потому что считаю Елену Цыплакову не только очень талантливой актрисой, но и незаурядным режиссером. И более всего мне нравится ее фильм «Камышовый рай»…

Производство фильма «Экипаж» закончилось. Пришло уже время заказывать титры, Александр Наумович Митта вызывает меня для разговора наедине. Чисто интуитивно я почувствовал, что этот разговор не сулит мне ничего хорошего.

Мои предчувствия оправдались: чуть смущаясь, Александр Наумович сказал мне, что все его попытки добиться разрешения на титр «режиссер комбинированных съемок» не увенчались успехом, а поэтому он предлагает мне войти в титр «режиссеры фильма». Вы уже знаете, режиссер фильма или, как принято было в нашем кинематографе, второй режиссер, — это как бы «начальник штаба». Таким «начальником штаба» на «Экипаже» была очень опытная Марина Колдобская.

Как, вы думаете, я должен был поступить в подобной ситуации? Во-первых, я был официально зачислен на должность «режиссера комбинированных съемок» и лишь изредка, в качестве «скорой помощи», помогал режиссерской группе. Во-вторых, это было неэтично по отношению к действительному второму режиссеру фильма, то есть по отношению Марины Колдобской, которую все в группе очень любили, называя ее за глаза «наша мама».

И я откровенно сказал Митте:

— Александр Наумович, вы меня пригласили в качестве режиссера комбинированных съемок, у вас есть претензии к выполненной мною работе?

— Конечно же, нет!

— В таком случае пробивайте МОЙ титр, и если не получится, то вообще не ставьте меня в титры фильма…

Не знаю, правду ли сказал Александр Наумович, что ему не разрешили такой титр, но…

Так меня не оказалось в титрах фильма. И конечно же, мне было обидно, когда на премьере фильма в Доме кино, при появлении в конце фильма титров — операторы и художники «комбинированных съемок» — раздались настоящие овации, а моей фамилии там не было…

Правда, немного бальзама на свои раны я все-таки получил. На одной пресс-конференции американцами был задан вопрос о полной стоимости всего фильма. Я, взглянув на американца, в свою очередь спросил: а как он думает? Тот, немного подумав, сказал: миллионов тридцать долларов США. Когда же я ему назвал реальные суммы, американец воскликнул, поворачиваясь к Генеральному директору студии:

— А нельзя ли с группой комбинированных съемок фильма «Экипаж» заключить контракт на пару лет для работы в Голливуде?

Директор отделался шуткой, а я был рад и горд, что наша работа была столь высоко отмечена зарубежными специалистами…

И чего я так радовался? Американцы хотели поиметь нас по дешевке, что они сейчас и делают со всей Россией…

Очень долго дулся я на Сашу Митту, но, записывая эти воспоминания, пересилил себя и решил с ним встретиться. Звоню, представляюсь и вдруг слышу искренне взволнованный голос:

— Виктор, ты? Боже, сколько лет… Давай встретимся!

— Хорошо, когда, где?

— В любое время… У меня в мастерской: она в центре…

На следующий день приезжаю, захватив несколько своих книг в подарок. Несколько смущенный, Саша говорит:

— У меня только одна книга, и я хочу тебе ее подарить…

Красивое издание, претенциозное, но очень точное название «Кино между адом и раем». Открываю дальше:

«Дорогому Виктору на добрую память о совместной работе над одним безумным фильмом, с радостью за твое развитие и надеждой, что твой путь будет долгим, а наше общее дело — кино станет тебе второй матерью.