Чтение онлайн

Вообще, логично. Ступеньки расходились от столба к стенам своеобразными клиньями и потому имели треугольную форму. Выходило, у стен ширина каждой ступеньки достигала нескольких десятков шагов, а ближе к центру почти сходила на нет. На вскидку радиус внутренней окружности метров триста, если не больше. У меня с глазомером всегда проблемы были.

— Если ноги болят, я могу тебя понести, — предупредительно предложил Лей.

— Или я, — немедленного внёс своё предложение Керн. — С огромным удовольствием.

— Ещё чего! — собственнически обнимая за талию, категоричным тоном возразил брату младшенький.

— А мы почему сразу к столбу не пошли? — буркнула я, отстраняясь от загребущих ручек некоторых и одновременно пытаясь отпихнуть на задворки сознания возмущённое моей трусостью любопытство. Вот ему-то как раз безумно хотелось туда, где меня ожидал целый клан высших вампиров. Угу… Моему любопытству дай волю — голову в пасть льву запихнёт, чтоб узнать, какого цвета у хищника гланды!

— Хотелось увидеть твою реакцию на вид из Ребра, — пояснил Керн. — И вот ни на секунду не пожалели, честное слово!

— Вы эту скалу Ребром называете? — смутившись, попыталась я перевести тему. — Почему?

— Потому что рёбра защищают сердце, а здесь постоянно жили дети и жёны, — перехватил инициативу у брата Лей. — В давние времена это место было предназначено лишь для защиты. Тогда мы ещё не могли выходить из укрытий днём, чем и пользовались дроу, с которыми тогда воевали. К тому же шла борьба за главенство с прочими кланами, орки заглядывали, да и вообще…

— Именно, — кивнул старшенький. — Внутри Ребра дневной свет не наносил нам вреда. Этот минерал меняет спектр солнечного излучения, и в результате мы могли дать отпор врагу в любое время суток.

— То есть вы прямо тут жили? Внутри?

— Это было много тысяч лет назад, — оба улыбнулись моему изумлению.

— Если верить архивам и легендам, тогда не было этой лестницы, — повёл рукой брюнет. — Нижний уровень предназначался исключительно для обороны, на верхний вела узкая лесенка без перил, а дома крепились к верхнему ярусу.

— Как шарики на ёлке? — рассмеялась я дикой картинке, подкинутой воображением. — Или прилеплялись, как ульи к потолку?

— А зачем на ёлку шарики крепить? — не понял Лей.

— Для красоты, — пожала я плечами. — И не крепить, а подвешивать. Обычай моего прежнего мира. У вас на новый год не украшают ёлки?

— Нет, — покачал он головой. — Потом расскажешь. Но если «подвешивают», тогда, скорее, как шарики.

— А как же вы в дома попадали?

— Обыкновенно. Либо на крыльях, либо по системе канатов и цепей.

Упс, совсем из головы вылетело! Вампиры же в мышек превращаются! Вот дурында!

Тем временем мы по диагонали дошли почти до самого столба и принялись подниматься, но у меня возник вопрос.

— Но если вы все жили внутри скалы, кто помешал бы тем же дроу тупо взорвать её? Пусть бомб у вас нет, но магия…

— Этот минерал не только свет опасного для нас спектра не пропускает, но и магию тоже. Взломать двери невозможно. Они открываются исключительно перед членами клана.

— А если кого-то возьмут в плен?

— Тогда проход в Ребро откроется, но прежде весь первый ярус занимали ловушки для незваных гостей, а наверху сидели стражники с луками, загодя заготовленными колбами с кислотой и прочими сюрпризами.

— Ребят, — я притормозила, делая вид, что рассматриваю опорный столб, который начал мягко светиться. Снаружи уже совсем стемнело, судя по потерявшим прозрачность стенам. — А нам ещё долго подниматься?

Вопрос был не праздный. Ноги и вправду на дикое количество ступенек реагировали однозначно и начали жалобно поднывать.

— Нет, — хмыкнул Керн и, прежде чем я или Лей успели возмутиться, подхватил меня на руки и бегом понёсся вверх по лестнице. Я инстинктивно вцепилась в плечи вампира, удерживая внутри не только испуганный визг, но и тошноту.

Когда так быстро несёшься по спирали между тьмой с одной стороны, и красноватым свечением с другой — мутит, знаете ли. А если тебя при этом ещё с гневным сопением и рыком начинают нагло выдирать из рук несущегося с бешенной скоростью вампира другие руки? Тоже вампирские, кстати! Заорать бы, да скорости никто не снижал. В итоге встречный поток воздуха бьёт в лицо, голова кружится, тошнота подступает к горлу. И одно лишь любопытство радостно скачет под кожей и визжит от восторга. А-то! Приключение же! Вампиры, ночь, опасности! Я свихнусь. Если уже не свихнулась…

Сама не понимаю, как можно одновременно бояться, злиться и сгорать от любопытства. Но почему на Шайдаре почти всегда где-то в глубине таится щекотное ласковое ощущение, от которого хочется улыбаться?

Я не говорю про моменты отчаяния, там… иное. Были причины выть белугой, и весомые. Не хочу о них вспоминать. Суть-то не в этом. Как бы ни психовала, всё равно — ощущение дома не оставляло ни на миг. Уютное, тёплое, радостное ощущение принадлежности этому миру.

Пока вампиры перехватывали мою сжавшуюся тушку друг у друга, не прерывая скоростного подъёма, я мечтала поорать и одновременно… думала о нелогичности имеющегося в наличии желания смеяться в голос. Ага, и тихонько хихикала, зажмурившись и не разжимая губ. Эстафетная палочка, которую тошнит — это круто!

С таким восприятием мне уже в дурку пора! Хорошо, здесь меня и такую вот долбанутую принимают с радостью. Пусть даже не меня, а магию Нашкара. Зачастую — разницы никакой. Дура-то я дура, но не кретинка же? Наверное.

Во всяком случае, понимаю, что вся возня братцев-вампирчиков не за ради моих глаз. Мои лупалки для них более-менее приятное дополнение, а основная цель — магия Хранительницы, и та власть, которую та может дать. Если тут правит сильнейший, становится понятна мотивация моих спутников.

— Прибыли, — шепнул на ухо Лей.

Я уткнулась ему в плечо и рассмеялась. До чего дошло! К концу лестницы уже не знала, кто меня несёт. Да что там «к концу»! Уже после второго «передёргивания» с рук на руки бросила считать и зажмурилась. А оказывается, рыжик вырвал-таки победу и приз в виде растрёпанной девицы в белых шортах из рук старшего братца.

— Таша? С тобой всё нормально? — встревоженно и несколько виновато спросил Керн. — Ты… плачешь? Извини, мы не хотели пугать и…

— Я угораю! — отнимая лицо от рубашки Лея, возразила я. — С вами очень забавно бояться!