Чтение онлайн

«Не стреляйте, пока меня не увидят».

«Я тебя поддержу, — говорит она. — Делай то, что должен».

Я буду.

OceanofPDF.com

35

OceanofPDF.com

ДЕНЬ ВОСЬМОЙ

Портао да Дор – Ближний бой Небо над кромкой высоких деревьев светлеет.

Хорошо, что от склада до реки всего тридцать футов. Из-за ящиков ФАРК стреляют в людей Таукана. Аркейрос стреляют в другую сторону. Похоже, ситуация патовая, но, по крайней мере, внимание партизан отвлечено от меня.

Я бегу к воде. Толстый канат из манильской пеньки привязывает корму «Невоа» к причалу. Чуть ниже, более тонкий канат привязывает «Зодиак» к канонерской лодке.

Не раздумывая, я хватаюсь за канат обеими руками и скатываюсь с причала. Скрещиваю лодыжки и держусь за канат ногами. Вися вниз головой, я подтягиваюсь, перехватывая себя руками. Сгибаю колени, зацепляю канат под ботинками и отталкиваюсь. В мгновение ока я достигаю «Невоа» и перебираюсь через веер.

Я пригибаюсь, высматриваю наблюдателей. Их нет.

Впереди, на шлюпочной палубе, первый механик и бойцы ФАРК стреляют по «Аркейросу». Я иду к ближайшему трапу и поднимаюсь на кормовую надстройку на юте. Там никого нет.

За мешками с песком стоят на цапфах два пулемёта «Браунинг» 50-го калибра. Я подхожу к тому, что смотрит на причал, и снимаю с его дула брезентовый чехол. Открываю верхнюю крышку и проверяю, правильно ли установлена лента. Закрываю крышку и передергиваю рукоятку заряжания.

Дважды.

Мешки с песком пахнут плесенью. Промокшие от дождя и ещё влажные, мешковины покрылись грибком.

Я перевожу оружие в автоматический режим и берусь за рукоятки лопат.

Кладу большие пальцы на курки-бабочки, поворачиваю ствол так, чтобы накрыть ФАРК.

Они превосходят людей Таукана численностью в два раза.

Партизаны всё равно прячутся за ящиками. Никто из них не хочет рисковать отравленной стрелой.

Я делаю глубокий вдох, даю короткую очередь. Вспышка ослепляет. Стреляные гильзы и звенья разлетающейся ленты разлетаются в стороны. Отдача такая сильная, что я не могу удержать прицел. Я стреляю боевикам ФАРК в спину. Крупнокалиберные пули врезаются в них, пронзают тела, разбивают ящики.

Изнутри сломанных ящиков блестит желтый металл.

Шок от первой очереди проходит, и я стреляю снова.

И снова. Я стреляю пяти- и десятисекундными очередями, убивая по два-три боевика ФАРК за раз. Они кричат, направляя на меня винтовки. Вспышки выстрелов мелькают на причале.

Высокоскоростные пули пробивают металлические стенки кормы. Врезаются в баррикаду из мешков с песком.

Чёрт с ним. Я нажимаю на спусковой крючок и стреляю. Петля прикручена к надстройке «Невоа», но отдача такая сильная, что орудие едва поддаётся контролю. Тяжёлый ствол М2 — оружие для настоящих мачо. Увлекаешься, забываешь, что главное — попадания. Заставляю себя держать ствол на цели.

Шаги топали по палубе. Боевики ФАРК взбираются по трапу и открывают по мне огонь из М16. Я бросаюсь влево, упираюсь плечом в мешки с песком и поворачиваю…

Браунинг направляет на них дуло. Мощное дульное пламя 50-го калибра наполовину скрывает атакующих. Они так близко, что я не могу промахнуться. Стреляные гильзы осыпают палубу.

Я сдерживаю бабочек и наблюдаю, как пули размером с большой палец разрезают боевиков ФАРК пополам.

С криком аркейрос бросаются вперёд. На расстоянии они сражаются луками и стрелами. В ближнем бою они атакуют копьями, топорами и мачете.

Один из Аркейрос возглавляет атаку. На его лице верхняя половина черепа ягуара. Верхние клыки изогнуты, как сабли, и размером с мой большой палец. На белой кости вокруг глаз нарисованы чёрные и красные круги.

Это должен быть Таукан. Боевики ФАРК оказались между его воинами и моим калибром .50.

Аркейрос толпами заполонили причал. Они смешались с ФАРК, чтобы сделать винтовки партизан неэффективными.

Ущерб, наносимый человеческому телу топорами и мачете, шокирует.

Я больше не могу стрелять из 50-го калибра, не задев Аркейроса. Я оставляю пулемёт и иду к одному из ФАРК, лежащему мёртвым на корме. Подбираю его М16 и выбрасываю магазин. Вытаскиваю из его ремня новый магазин, вставляю в замок и заряжаю. Беру ещё два магазина и запихиваю их в набедренные карманы.

Пора их убрать.

Вниз по трапу, ведущему к М16. Три убитых бойца ФАРК. Никаких признаков Коллора. Где он? Где его напарник, Дутра?

Конечно, оба судовых механика в деле. Они спят вместе под палубой. Они работали в двух командах, постоянно подменяя друг друга. Оба имеют квалификацию для управления двигателями и управления штурвалом. С этими двумя в штате Сейлз был уверен, что доведёт «Невоа» до дома. С капитаном Сильвой или без него.

Я выхожу на шлюпочную палубу. Отсек «Зодиака» пуст. Резиновая лодка плавает у кормы. Ящики с оружием стоят на палубе, не закреплённые. Один из ящиков открыт. Рядом с цилиндрическим пластиковым корпусом лежит собранный ими «Джавелин». Блок управления, всё ещё прикреплённый, готов к работе.

Коллор выходит из-за ящика, ближайшего к передней надстройке. Крючковатый нос, обвислые усы. Он бросается к люку, открывающемуся со шлюпочной палубы на центральную надстройку.

Он направляется к машинному отделению. Там у него будет преимущество. Я никогда не был под палубой. Это лабиринт механизмов, топливных баков, погребов и трюмов. Он знает его как свои пять пальцев. Он может забаррикадироваться и не дать мне спуститься. Или же он может пробежать вперёд и подняться на кубрик.

Я открываю огонь навскидку. Пули попадают в крышку люка, высекают искры и рикошетят. Коллор отскакивает от люка. Он даёт по мне длинную очередь. Это цирковой номер. На полном автомате так никого не попадёшь. Он промахивается на милю. Разворачивается и бежит к люку, ведущему в кают-компанию.

Это паника. Он — убийца, но он не привык принимать решения под огнём.

Я поднимаю винтовку и стреляю дважды. Двойной удар между лопаток. Он роняет винтовку и падает на палубу, не долетев до люка. Я делаю шаг вперёд и стреляю ему в затылок.

Люк тяжёлый. Держа винтовку в одной руке, я резко открываю его. Прикрываю отверстие, ногой забиваю подпорку люка на место.

Не нужно беспокоиться о левом порезе. Перекладываю приклад на левое плечо, прикрываю правый. Кают-компания пуста. Я наклоняюсь, хватаю Коллора за рубашку сзади. Перетаскиваю его тело через коленный молоток и загораживаю им дверь на камбуз. Он оставляет на полу узкий след крови.

Коридоры — это просто кошмар. Я открываю дверь, ведущую в каюты. Выбиваю первую дверь слева.

Фонсека вздрагивает, прислонившись к столу и подняв руки.

«Я не причастен, — кричит он. — Порода, я не причастен».

Бедный, бесхребетный сукин сын.

«Не выходи из этой комнаты, — говорю я ему. — Сделаешь шаг наружу, и я тебя убью».

Я выбиваю ногой противоположную дверь. Лора смотрит на меня, положив руки на стол. Она молчит.

«Оставайся здесь», — говорю я ей. Наклоняюсь и закрываю дверь.