Чтение онлайн

– Молодые патриоты города Ленина! Вам сегодня предстоит совершить рискованные действия, которые должны проинформировать граждан города о несправедливости и произволе, который творят предатели трудового народа, нарушившие ленинские заветы. – С этими словами он подошел к стене, вдоль которой были уложены пачки бумаги, оказавшиеся листками с напечатанным текстом.

– Это что, листовки? – послышались приглушенные голоса ребят.

– Да, листовки, изобличающие предателей Родины, – ответил Артур. – Каждый возьмет по пачке и расклеит их в разных районах города.

– «Русские люди!» – прочел обращение в начале воззвания Воробей, затем перешел на шепот, просматривая страницу листовки.

Вячеслав, получив свою пачку и тюбик с казеиновым клеем, тоже пробежался по тексту. Листовка критиковала евреев и призывала сбросить их ярмо, направив штыки против их главарей, засевших в Кремле, и их ставленников в Ленинграде. «Смерть народным кровопийцам! Долой войну! Требуйте хлеба!» – стояло в конце. Несмотря на то что содержание листовки не вызывало полного неприятия, Славка понимал, что это полная антисоветчина, только за чтение которой наказание будет суровым. А уж о том, что ждет тех, кто будет распространять листовки, не хотелось даже и думать.

– Клеить надо осмотрительно, не спешить. Один стоит на стреме, другой клеит, – инструктировал Артур. – Если заметите милицию, бросайте листовки в снег и бегите. Если поймают, говорите, что нашли и взяли на розжиг и самокрутки. Что в них, не читали.

– То есть про нашу комсомольскую организацию «Патриоты Ленинграда» ничего не говорить? – с усмешкой поинтересовался Воробей.

– Ты, паря, я смотрю, слишком много умничаешь, – холодно произнес Артур и, подойдя к парнишке, со всей силы ударил его кулаком в лицо.

Мальчик охнул и упал, потеряв сознание. Из его носа потекла кровь.

– Договорился, – на ухо Славке шепнул стоявший за его спиной Валерка.

Им поручили расклеивать листовки в паре. Когда ребята выходили из квартиры, Воробей еще был без сознания.

– Я думаю, они его проучат так, что ему не захочется больше выпендриваться, – прокомментировал произошедшее Валерка. – Лезет со своими птичьими мозгами, куда не нужно… Еще недавно был как труп живой, а как ожил с помощью Кощея, начал фордыбачить. Оппортунист недобитый, одним словом.

Славке было жалко парня, который, видимо, так же, как и он, понимал, во что ввязался, но не стал делиться своими мыслями с Валеркой, который бы донес бы на него Кощею, не раздумывая ни секунды.

В городе шел обстрел. Противник делал одиночные выстрелы с небольшими перерывами. Народу на улицах было немного. Работники бригад по уборке нечистот вяло постукивали ломами, отбивая изо льда отходы человеческой жизнедеятельности, сваливая их на носилки и относя к большим саням с мусорным контейнером.

– Я буду клеить, а ты стой на атасе, – распорядился Валерка и стал намазывать листовки, а затем прилеплять к электрическим столбам по обеим сторонам улицы, совершая челночные перебежки. Славка крутил головой, следя, не появятся ли военные или милиция. Его напарник начал клеить листовки на стены домов, на афишные тумбы и даже умудрился прилепить на мусорный контейнер бригады, работающей по уборке нечистот. Было видно, что он получает удовольствие от риска.

Возле одной из листовок неожиданно остановился прохожий, пожилой мужчина в шапке-ушанке, длинном пальто и валенках. Он вчитался в текст и через несколько секунд оглянулся по сторонам, словно проверяя, наблюдает за ним кто-либо или нет. Затем потянул за край бумаги, и свеженаклеенная листовка легко отделилась от холодной поверхности. Увидев, что вся улица пестрит этой печатной продукцией, он стал не спеша обходить ее и срывать бумажки. Валерка заметил странного человека, подошел к напарнику и удивленно спросил:

– Чего это он?

– Не знаю. Может, в милицию пойдет? – предположил Петраков-младший.

– Вся работа насмарку, еще и половины не расклеил, – разозлился Валерка.

– Мы же не должны охранять листовки, – не согласился Славка, – нас послали только расклеить.

– Ты прав, – признал логику его слов Валерка. – Продолжай вешать ты, а я за шухером посмотрю, у меня руки замерзли совсем.

Вячеслав, чтобы быстрее разделаться с неприятным делом, стал наклеивать по нескольку листков в одном месте. Пришлепнул и к витрине закрытого магазина, перевернув лицом внутрь, и неожиданно увидел за стеклом сторожа с винтовкой.

– Ах ты, сукин сын! – больше догадался, нежели услышал, парень. – А ну стой на месте! – Мужчина рванул к двери.

Славка с криком «Бежим!» помчался по улице и вдруг натолкнулся на того человека, который обрывал листовки. Врезавшись в него со всей силы, упал на обледенелую, темную от нечистот землю, сильно ударившись плечом, и тут же, не чувствуя боли, вскочил на ноги.

– Стой, стрелять буду! – раздался окрик охранника, а затем и выстрел.

Через мгновенье Славка уже свернул за угол дома, нырнул в подворотню и остановился, лишь миновав несколько дворов. Едва переводя дыхание, посмотрел на перепачканную клеем из раздавленного тюбика руку. Выбросил его и пошел домой, петляя, как заяц, и проверяя, нет ли за ним слежки.

Майора Петракова вместе с другими сотрудниками отдела срочно вызвали к Гаврилову, который только что приехал с места преступления и был, как всегда, зол. На столе валялась кучка немецких листовок, скомканных, словно их только что вырывали из рук.

– Вот тебе, Солудев, еще печатная продукция. Под твоим носом произведена, еще краска не высохла! – с издевкой кивнул он на бумажки. – Тебе ж поручалось найти работника типографии, печатающей вражеские тексты!

– Они не из Ленинграда или отпечатаны на подпольной типографии, – взяв листовки в руки, уверенно произнес Виктор Солудев. – Я все типографии поставил на уши, все типы шрифтов изучил.

– Обратите внимание на текст! – негодовал Гаврилов. – Опять под видом еврейского вопроса выводят на Кремль и правительство.

– Да, призыв к саботажу и сопротивлению, – подметил Петраков.

– И где в основном развешивают? – задал вопрос подчиненным Гаврилов.

– Где? В городе, – неуверенно, словно у школьной доски, ответил Солудев.

– В основном вокруг военных и оборонных предприятий, – подчеркнул начальник, – чтобы как можно больше рабочих читали эту мерзость.

– Где же у них типография? – подал голос старший лейтенант Зубков, до сих пор не принимавший участия в разговоре.

– Ты мне должен отвечать, а не спрашивать! – воскликнул начальник отдела.

Наступила пауза – каждый из присутствующих явно пытался придумать оперативно-розыскное мероприятие, с помощью которого можно выйти на подпольный печатный станок.

– Ладно, слушайте вводную информацию, – нарушил молчание Гаврилов. – Как вы думаете, где найдены эти листовки?

Подчиненные только пожали плечами в ожидании пояснений начальника.

– Эти листовки я час назад вытащил из руки Бенедикта Соломоновича Аронова, скончавшегося на улице на месте их расклейки.