Чтение онлайн

В 103 городских школах возобновились занятия 3 ноября 1941 г. [869] . Из них – в пяти школах Ленинского района. В списке райисполкома среди школ, подготовленных к открытию, упоминалась (из нами рассматриваемых) только 289-я [870] .

А.Л. Сахаров работал на строительстве школы № 9 (276) по Обводному каналу (д. № 154-а). В своих воспоминаниях он приводит (не ссылаясь на первоисточник) факт, что эта школа три раза подвергалась вражеской бомбардировке; здание выгорело, остались только капитальные стены [871] .

Когда произошел пожар в здании, выяснить пока не удалось. После Великой Отечественной войны в нем располагалось СПТУ № 52.

«Я продолжала учиться в школе, занималась в 9 классе. Школа находилась в бывшем помещении детского сада на улице Розенштейна [872] . Ходили уже тогда, не боясь артиллерийских обстрелов, – привыкли. В школе учились несколько учеников. 8-10 человек занимались у натопленной круглой печки с одним преподавателем. В школе нам давали жидкий суп из пшена, который я приносила домой родителям» [873] .

В ноябре 1941 г. в Ленинском районе работало только 5 школ.

В том же месяце посещаемость школ упала. Причины этого были ясны, но первопричины трактовались в 1941 г. по-разному.

«…Когда [в] школьных столовых обеды стали отпускаться для ребят по карточкам это резко отразилось на посещаемости учащимися. <…> Районный комитет комсомола поставил на обсуждение бюро РК ВЛКСМ о работе среди пионеров и школьников, в принятом решении была отмечена недостаточная воспитательная работа со стороны РОНО среди родителей, не достаточно проводимая массово-политическая работа со стороны педагогов» (Кировский РК ВЛКСМ) [874] .

Из письма исполняющего обязанности заведующего Ленгороно секретарю городского исполкома, 20 ноября 1941 г.:

«Наряду с причинами военного характера, снижение посещаемости вызвано введением вырезки талонов из продовольственных карточек учащихся при получении ими первых блюд в школьных столовых и платностью за обучение в 8-10 классах. <…>

Количество уплативших за обучение составляет лишь десятки учащихся. Требование школ об уплате за обучение грозит дальнейшим значительным отсевом учащихся» [875] .

Прошло более двух недель.

6 декабря 1941 г. Исполком принял решение плату за обучение не взимать, но только в первом полугодии 1941/42 учебного года (когда полугодие уже заканчивалось), а во втором полугодии – взимать! В два срока, по 50 рублей. [876] .

Учащимся отпускать первые блюда (супы) «без вырезки талонов из продовольственных карточек» Исполком разрешил только с 8 декабря 1941 г [877] .

26 декабря 1941 г. секретарь исполкома Ленинского райсовета сообщила секретарю парткома районного отдела народного образования, что исполкомом дано указание директору треста столовых «о прикреплении педагогического состава наших школ к столовым, в удобное для педагогов время. Что же касается педагогов и директоров действующих школ – дано указание Тресту столовых, чтобы таковые питались наравне с учащимися в этих школах» [878] .

До конца учебной четверти оставалось несколько дней, и городской Исполком принял, путем опроса, следующее решение: занятия в средних школах Ленинграда «после зимних каникул начать с 15-го января 1942 года» [879] .

В экспозиции Музея обороны и блокады Ленинграда перечислены 39 школ, которые продолжали работать в зиму 1941/42 гг., то есть и после каникул. Ближайших к парку имени 1 Мая школ – 276, 287, 289 и 384-й – в этом списке нет.

«В ту же зиму постучалась изможденная женщина: „Дети в квартире есть?“ – „Да“. – „Сколько, какого возраста, какой класс окончил?“ – „Один, девять лет, первый“. – „Надо ходить в школу. Там двухразовое питание.

Школа находится около Балтийского вокзала“, – сообщила она.

Школа занимала второй этаж. Мы сидели в пальто, по четыре человека за черными лабораторными столами» [880] .

Это была средняя школа № 280 (Лермонтовский пр., 51). Она работала всю блокадную зиму. На 8 мая 1942 г. в ней насчитывалось 562 ученика [881] .

Всего же в Ленинском районе в 1941/42 учебном году количество учащихся на начало учебного года составило 1759, на конец года – 1511 человек [882] .

Вместе с тем в документе о выдаче продовольственных карточек рабочим и служащим в марте 1942 г. в числе средних школ Ленинского района указаны три, располагавшиеся по адресам: Нарвский пр., 6, Обводный канал, 154-а и Бумажная ул., 15.

Согласно нормам от 11 февраля 1942 г., рабочим и ИТР не оборонных предприятий полагалось 500 г хлеба, служащим – 400 г. В документе категории «иждивенцы» и «дети до 12 лет» не упомянуты.

На школу № 276 выдано 4 карточки для рабочих и 22 – для служащих. На школы № 289 – 7 и 32, № 287 – 4 и 15 карточек соответственно [883] .

А вот в документе о выдаче карточек на промтовары на тот месяц и год эти школы отсутствуют, но указаны иные школы, общим количеством девятнадцать [884] .

4 мая 1942 г. в Ленинграде начали работу 137 школ. В связи с физическим истощением учащихся устанавливался предел количества уроков: в младших классах – три, в старших – не более пяти. Предполагалась организация в школах трехразового питания.

На 5 мая 1942 г. в Ленинском районе работающих было 7 школ. Одна из них – 289-я (Нарвский пр., 6/8), с количеством учащихся 729 человек [885] .

Директором 289-й школы решением райисполкома была утверждена Надежда Александровна Шемякина [886] .

Среди намеченных райисполкомом мер в связи с началом учебного года в 4 школах Ленинского района: вместе с шефствующими над школами предприятиями соорудить «выносные санузлы», обеспечить школы «противохимическим и противопожарным инвентарем», «оформить» их «лозунгами и плакатами», очистить дворы. До 10 мая провести родительские собрания в школах и восстановить работу родительских комитетов при них [887] .

8 мая 1942 г. заведующая районным отделом народного образования М.Н. Соколова направила докладную записку председателю райисполкома Н.В. Антонову [888] . По этому документу можно составить определенное представление о начале учебного года.