Боевые пловцы
Шрифт:
В начале месяца капитан-лейтенант Велч отправился в Японию для того, чтобы встретить остальных бойцов своей команды, которые прибыли из США, где еще в начале августа их срочно собрали для отправки на фронт. В 3-ю команду пловцы прибывали из самых различных мест. Часть их, во главе со старшим лейтенантом Бойнтоном, находилась ранее в Коронадо. Капитан-лейтенант Новак и 8 рядовых пловцов прибыли из Пойнт-Барроу на побережье Аляски, где еще до начала войны в Корее проводились опыты по плаванию в холодных водах Северного Ледовитого океана. В Японию прилетел капитан-лейтенант Маккини, который снова возглавил 3-ю команду. По прибытии к Инчхону команды погрузились на хорошо знакомые им десантные катера.
Когда начался дневной прилив, десантные плавсредства морской пехоты подошли вплотную к Инчхонскому побережью и опустили свои аппарели прямо против высокой стены волнолома, которая в нескольких местах была разрушена в результате обстрела с моря и воздушных бомбардировок. Лейтенанты Филдинг, Смит, Бес и старшина Босвел указывали путь движения войскам десанта. Там, где в стене волнолома не было проломов, солдаты атакующих войск преодолевали волнолом с помощью штурмовых лестниц или подсаживая друг друга. Незадолго до захода солнца наши войска захватили огневые позиции северокорейцев и ворвались в город.
Высадившиеся пехотные дивизии и 1 дивизия морской пехоты продолжали свое продвижение вперед, с тем чтобы захватить Сеул и отрезать большую часть северокорейской армии, которая сражалась с американскими войсками в районе Пусана. Всю следующую неделю команды подводных подрывных работ занимались обвехованием фарватеров, взрывали затонувшие джонки, для того чтобы расчистить фарватеры, по которым доставлялись танки, боеприпасы и продовольствие. Подрывники обнаружили и подорвали несколько мин, выброшенных на берег.
Это было лишь предвестием той большой работы по расчистке минных заграждений, которая ожидала их в будущем. К счастью, северокорейские войска успели только начать минирование подступов к Инчхону.
Через неделю после высадки в Инчхоне 3-я команда погрузилась на «Хорейс А. Бас», который, пройдя вдоль западного берега Кореи, стал на якорь в 2 милях от побережья Кацупайопо. Отсюда предполагалось нанести удар по крупному железнодорожному и шоссейному узлу Тэджон, с тем чтобы еще больше раздробить северокорейскую армию, которая в это время отступала как на севере, так и на юге. Боевые пловцы должны были установить, насколько этот участок берега и подходы к нему пригодны для высадки.
Была светлая лунная ночь, тем не менее десантный катер, которым командовал капитан-лейтенант Маккини, подошел на четверть мили к берегу и спустил на воду 5 надувных резиновых лодок. Лодки приблизились к берегу; первая из них шла вдоль скалы, находившейся справа по ходу движения.
Главетаршина Ветенкамф, рулевой второй лодки, так рассказывает о том, что произошло дальше:
«Когда мы были на расстоянии 25–30 мот берега, один из пловцов вылез из лодки и, держа конец линя, вплавь добрался до берега. Мы делали замеры глубин. Не успели мы подойти к берегу, как раздался винтовочный выстрел. Оглянувшись направо, мы увидели, как трассирующей пулей в первой лодке была разбита рация. После этого началось что-то страшное. Я помню, как кто-то в нашей лодке сказал: «Что же будет с ребятами в первой лодке?»
Я отдал приказание грести в сторону моря.
Никто не поддался панике, все сидели совершенно спокойно, как на учениях. Отойдя достаточно далеко от берега, мы задержались, чтобы подобрать нашего пловца, который непрерывно подавал сигналы своим маленьким электрическим фонариком.
В это время к берегу направились два десантных катера, для того чтобы прикрыть нас огнем своих пулеметов. Нас подобрали первыми. В бинокли нам было видно, что первая лодка все еще держится на воде. Мы подобрали 3 человека из этой лодки, еще 2 подобрал другой катер, но двух человек не хватало. Мы искали их повсюду, хотя и думали, что они погибли. Наконец по радио нам сообщили с транспорта, что эти двое найдены».
Старший лейтенант Бойнтон, находившийся в первой лодке, рассказывает следующее:
«Море здесь вдавалось в берег, справа находилась большая скала. После разведки берега я должен был произвести замеры глубины у самой скалы. Разведчики были одеты в полевую форму зеленого цвета, каждый имел привязанные к поясу ласты. Ярко светила луна, и видимость была, к сожалению, слишком хорошей. Когда до берега оставалось не более 100 м,я выслал вперед двух пловцов. Едва они достигли берега, как с холма справа от нас донеслись слова команды и сразу же на лодку обрушился шквал ружейно-пулеметного огня.
Все стали прыгать из лодки в воду. На шее у меня был подвешен бинокль, а у ног стояла рация. Не успел я опомниться, как рация была разбита, а из изрешеченной пулями лодки стал выходить воздух.
Оказавшись в воде, мои подчиненные поплыли в разные стороны, и я совершенно не знал, сколько человек было потеряно. Я нырнул под воду и затем поплыл в открытое море. Каждый раз, когда я выплывал наверх, чтобы набрать воздуха, противник усиливал стрельбу. В конце концов мне удалось выйти из зоны обстрела, но я продолжал плыть все дальше в море, с трудом преодолевая весьма сильное течение, которое проходит у западного побережья Кореи.
В 600 мот берега находились десантные катера, однако они были далеко от меня. Я доплыл до нашего транспорта, который стоял на расстоянии 2 миль от берега, и здесь меня подняли на борт корабля».
После того как все пловцы были подобраны, «Хорейс А. Бас» и поддерживающий его эсминец осветили скалу с помощью осветительных снарядов и подвергли залегших там снайперов противника артиллерийскому обстрелу.
После Инчхона отпала необходимость в проведении новых десантных операций в этом районе, так как армия Северной Кореи уже была близка к поражению.
На восточном побережье войска Южной Кореи продвигались к северу, в направлении на Вонсан, преодолевая слабое сопротивление северокорейских войск. Вне зависимости от того, когда удастся захватить Вонсан, высшее командование приняло решение провести еще одну большую десантную операцию, по замыслу сходную с операцией в Инчхоне. На этот раз на корабли были посажены части 10-го корпуса под командованием генерал-майора Э. Алмонда. Предполагалось, что примерно 20 октября 1-я дивизия морской пехоты высадится в Вонсане, а 7-я пехотная дивизия — несколько севернее, в Ивоне, чтобы быстро продвинуться к границе Маньчжурии. Одновременно 3-я пехотная дивизия этого же корпуса должна была соединиться с 8-й армией генерала Уокера, наступавшей на север со стороны Сеула. Предполагалось, что все это приведет к быстрейшему разгрому войск Северной Кореи и объединению искусственно разделенной страны.
Первым препятствием на пути к осуществлению этого плана явились минные поля у Вонсана. Небольшая глубина моря в этом районе исключала возможность применения больших тральщиков, переоборудованных из эскадренных миноносцев. Траление мин было поручено трем тральщикам водоизмещением 1200 ткаждый: «Пайрит», «Пледж» и «Инкредибл», а также вспомогательным моторным тральщикам с деревянным корпусом.
Здесь было впервые применено новое средство для расчистки минных заграждений, т. е. вертолет, базирующийся на крейсер, и команда подводных подрывных работ. Утром 11 октября транспорт «Дьяченко», на борту которого находилась 3-я команда во главе с капитан-лейтенантом Маккини, приблизился к внешнему фарватеру, ведущему к Вонсанской гавани.