Чтение онлайн

Капитан-лейтенант Стэйтс немедленно передал об этом по радио командованию и попросил, чтобы самолеты прекратили бомбометание. Сам же он, несмотря на то, что дым от разорвавшихся бомб еще скрывал боевых пловцов, тотчас направился на десантном катере к берегу. Скоро он увидел, что его разведчики нуждаются в помощи. Некоторые из них, будучи сами ранеными, помогали держаться на воде более серьезно раненым товарищам. Около берега несколько человек взмахами рук призывали на помощь: очевидно, они не могли плыть самостоятельно.

Еще 1 катер последовал за Стэйтсом, в то время как другие курсировали на обычном расстоянии от берега, подбирая из воды тех, кто смог приплыть обратно сам.

Один пловец был ранен осколками бомбы, многие имели повреждения внутренних органов и контузии от действия подводной взрывной волны.

Когда подсчитали возвратившихся и спасенных разведчиков, оказалось, что недостает старшины Чарльза Масдена. Пловец, который находился около Масдена, был оглушен взрывами нескольких бомб, а когда пришел в себя, то больше его не видел.

Один из катеров, пытаясь разыскать пропавшего, тщетно курсировал в течение часа у побережья под огнем японцев. Наконец Стэйтс вынужден был отозвать его, после чего вся колонна канонерских лодок и десантных катеров ушла в море. В день высадки десантов тело Масдена было найдено и погребено с военными почестями на том побережье, которое он помогал завоевывать.

Находившийся на транспорте «Клайн» врач оказывал медицинскую помощь пловцам, которые в ней нуждались. Помимо раненного осколками бомбы, еще 5 человек, контуженных в результате взрывов, пришлось положить в судовой лазарет. Благодаря своевременно оказанной медицинской помощи все пострадавшие через короткое время поправились.

В то время как транспорты осторожно следовали обратно через минное поле, Стэйтс послал 1 канонерскую лодку и 2 катера с пловцами провести еще одну разведку, предусмотренную планом. Руководил разведкой Б. Уэллс, заместитель Стэйтса. На старых английских картах около мыса Клиас был обозначен глубоководный проход в глубь побережья Борнео. Если этот проход не занесло илом, то можно было бы высадить войска одновременно и на острове Лабуан и на прилегающей части самого острова Борнео. Оказалось, что удобный проход действительно существует. Разведчики, обозначая его при помощи специально взятых для этой цели буев, заметили, что с небольшого острова за ними наблюдают японцы. Командир канонерской лодки попросил по радио у Стэйтса разрешения открыть по острову огонь. Но Стэйтс повторил свое прежнее указание: «Не открывать огня первыми». Задачей команд подводных подрывных работ было разведать и расчистить подходы, а не убить несколько человек из гарнизона противника.

Японцы продолжали наблюдать за пловцами, которые, измеряя глубины, также все время поглядывали на японцев. Наконец разведчики нанесли данные на карту и без потерь направились в обратный путь. В 18 часов 30 минут они догнали свой транспорт, который к тому времени уже вышел за пределы минного поля.

Не всегда, однако, удавалось преодолевать минные поля столь безнаказанно. Так, в тот же день тральщик «Салют» подорвался на мине и затонул. Из его экипажа 9 человек погибло и 37 получило ранения.

В день начала высадки десантов 10 июня специально выделенные пловцы сопровождали эшелоны десантных войск, указывая им подходы. Преодолевая слабое сопротивление противника, австралийские части высадились на острове Лабуан, на побережье самого Борнео у мыса Клиас и еще на одном островке. Операция прошла вполне успешно.

После этого 11-я команда возвратилась на остров Моротаи, чтобы отдохнуть и получить снаряжение, необходимое для участия в операции по овладению Баликпапаном в юго-восточной части Борнео. Пути в этот богатый нефтеносный район преграждали весьма обширные минные поля и подводные заграждения. Команда прибыла к Баликпапану 24 июня. Там уже находилась на борту транспорта «Шмидт» 18-я команда. Ее начальником был старший лейтенант Ч. Кумз. Этой команде впервые приходилось принимать участие в выполнении боевого задания. Она проходила обучение 9 месяцев и была подготовлена весьма тщательно. Заместитель начальника команды лейтенант Л. Луэрз был опытным боевым пловцом. Он имел награды за Кваджелейн, Эниветок, Гуам и Лейте.

Высадка десантов у Баликпапана намечалась на 1 июля. Тральщики начали свою работу за 14 дней до этого срока. И, хотя в течение первой недели они работали неустанно, все же на последнюю неделю перед 1 июля осталось сделать больше, чем они были в состоянии. Между минными полями и берегом в этом районе тянулась непрерывная полоса заграждений, состоящая из трех или четырех рядов свай — стволов пальм и других деревьев крепкой породы. Стволы деревьев были скреплены вместе при помощи поперечных перекладин. Японцы старались создать барьер, непроходимый для судов. Во многих местах сваи этого барьера были скреплены стальным тросом и минированы.

Кроме того, на аэрофотоснимках были видны расположенные вдоль края рифа прямые ряды круглых черных пятен, которые могли быть тысячами мин. Однако Стэйтс полагал, что это были торчащие обломки старых заграждений. К счастью, он оказался прав.

Двум командам подрывников предстояло очистить от заграждений 2 участка длиной по 3,5 кмкаждый. Используя труд порабощенного местного населения, японцы соорудили непрерывно тянущуюся преграду примерно в 25–45 мот линии максимального прилива. Ко времени прибытия американских кораблей и судов на некоторых участках японцы еще дополнительно поставили или оканчивали ставить вторую линию заграждений несколько дальше от берега.

Команды начали действовать на побережье в 12 милях от самого Баликпапана. 25 июня они произвели разведку на участках Манггар и Манггар-Кетджил, где ознакомились с заграждениями, чтобы на следующий день уничтожить их.

Даже на таком большом расстоянии от Баликпапана дым от горящих в результате бомбардировок нефтехранилищ был столь густым, что 18-я команда с трудом отыскала участки, на которых ей предстояло провести дневную разведку. Из-за непротраленных минных полей канонерские лодки обеих команд вынуждены были держаться далеко от берега, поэтому огневая поддержка на этот раз была слабее, чем обычно.

Приблизившись к одному из участков, пловцы услышали пение птиц, вместо которого они предпочли бы услышать резкие звуки пролетающих над их головами 40- ммснарядов с кораблей поддержки. К счастью, японцы укрылись в глубине побережья и стреляли очень мало, очевидно полагая, что это был ложный маневр, и желая сберечь силы для борьбы против настоящих десантов.

Тем не менее 1 пловец из 11-й команды едва не погиб. Младший лейтенант Динер, по прозвищу «грузовик», и его неизменный спутник Дж. Бендер поплыли к берегу, над которым за пальмами нависла темная туча дыма от пожаров на нефтяных промыслах. Плывя, они внимательно изучали выступающие из воды бревенчатые заграждения. Немного не достигнув линии прибоя, они расстались и поплыли вдоль берега в противоположных направлениях, стараясь обнаружить ряды мин, на наличие которых в этом районе указывали аэрофотоснимки.

Динер заметил свое местоположение по одинокому пню, торчавшему на песчаном берегу. Затем он в течение некоторого времени плыл вдоль берега, всматриваясь в воду сквозь свою маску, и, наконец, снова взглянул на свой ориентир. Оказалось, что Динер все еще находился как раз напротив пня. Он подумал, что его относит сильное приливное течение, и поплыл еще быстрее, поглядывая на пень. А «пень» поднялся и последовал вдоль берега за ним. Это был японский снайпер. Динер тотчас нырнул и изо всех сил поплыл в сторону моря, стараясь держаться как можно дольше под водой. Изредка он высовывал голову из воды, бросал быстрый взгляд назад и снова скрывался под водой. Так Динер продолжал продвигаться вперед, чтобы японец на берегу не мог прицелиться в него. Уже далеко в море пловец в последний раз взглянул назад и увидел, что японец все еще стоял на берегу, очевидно не совсем потеряв надежду на то, что Динер вернется.