Чтение онлайн

Затем я вспомнила… Черт! Мне нужно найти Кинича. Нужно рассказать про ребёнка прежде, чем он уйдёт.

«Стой. Подумай. Ты хочешь, чтобы он остался с тобой, только из-за ребёнка? Не забывай, что мир катится в тартарары, ты не должна терять ни минуты».

Я застыла на месте от этой мысли. Я не хотела проводить последние дни на земле с человеком — ух — с бывшим богом, который не хочет меня. Да, я любила его, но обиды, плач и хандра не спасут мир. И не спасёт и меня. Это не спасёт… моего ребёнка.

О, черт. Я на самом деле беременна?

Не знаю, как, но это случилось. Я сделал выбор. И решила собраться, не дать боли от отказа или отвратительной руке гнева захватить и потопить меня. Я решила сражаться. Решила выиграть или попытаться разобраться. Итак, вот оно. Я съела все лимоны, проглотила целиком и выплюнула косточки. Будь я проклята. Но сил во мне предостаточно.

Я посмотрела на Симил и Зака.

— Приготовьтесь мальчики и девочки, потому что в городе объявился новый Бог Солнца.

Гай первым озвучил мысли и настроение большинства.

— Как и планировалось, мы атакуем. Все до единого.

— Все? — спросила Бизз, одетая в лёгкий камуфляжный комбинезон, и погладила улей на голове. Пчелы зажужжали от восторга.

— Великая война — поворотный момент, — ответил Гай. — Если мы проиграем — апокалипсис неизбежен. Поэтому мы должны использовать все возможности. Твои пчелы помогут отслеживать передвижение Мааскаб во время битвы.

Пчелы немного оживились. Такие маленькие войны.

Габран, стоящий рядом со мной, скрестил руки на груди и сказал:

— Примем окончательное решение, когда прибудет Никколо.

— Никколо подчиняется мне, — рявкнул Гай.

Габран нахмурился, словно оскорблённый родитель.

— Да, но он по-прежнему возглавляет армию вампиров и является фактическим королём. Нам нужна его поддержка.

Гай зарычал.

— Вампиры поступят так, как им говорят или погибнут вместе с остальным земным миром…

Затем остальная беседа звучала примерно так:

…бла-бла-бла. Я был прав, а ты нет.

Бла. Бла. Нет. Это ты не прав.

Нет, я прав. Бла-бла-бла.

Бла-бла… о да? Докажи, бла-бла…

Я поняла, что вид не имел значение: мужская точка зрения универсальна.

— Вы оба… заткнитесь! — рявкнула я. — Мы придерживаемся протокола, в котором… — Я посмотрела на Габрана.

— …перечисляем варианты, обсуждаем плюсы и минусы каждого, а затем голосуем, — с разочарованием вздохнул Габран.

Очень прагматично.

— Спасибо.

— Давайте всё обдумывать, — сказала я, оглянув стол. — Варианты?

— Мы придерживаемся курса Гая, — ответила Бизз. — Боги сражаются тоже, за исключением Симил, Пенелопы и Зака.

Это имело смысл. Зак, сказал, что он силен, но не имеет никаких способностей. Я беременна, черт бы побрал! Серьёзно? И Симил также полезна, как кусок собачьего дерьма.

— Хорошо, это один из вариантов. Другие?

— Мы ничего не делаем, — предложила равнодушным голосом леди-самоубийца.

Я уставилась на неё, раздумывая над тем, она когда-нибудь желала применить свои силы на себе.

— Что? — она пожала плечами.

Я покачала головой.

— Ничего. — Сделав пометку с надписью «Ничего не делаем» на моем волшебном планшете, я снова огляделся по сторонам, надеясь, что у кого-то может быть есть предложение лучше. — Фейт, почему ты ничего не сказала?

Она махнула рукой.

— Потому что, чтобы мы не выбрали, это наша судьба.

Вау. Ещё один шокирующий ответ. Не удивительно, что мир вот-вот смоет в унитаз. Я подумала о крохотной жизни в животе. До конца ещё не могла в это поверить, но где-то под слоями чистых эмоций, у меня было чертовски стойкое желание сражаться, чтобы защитить эту жизнь.

— Если курс, которому мы следовали, приводит к концу, — сделал предложение Зак, то нам следует развернуться.

— В этом то и проблема, — подметил Кьёк, как никогда осторожно повернув голову, чтобы его огромный, двухфутовый бирюзовый головной убор не свалился. — Без Книги и Симил мы не знаем, какое именно действие нужно избегать. Что, если не стоит разворачиваться, как ты предлагаешь, и придерживаться первоначального плана?

— У меня есть монетка, — сказала Бизз. — Можем позволить Ченсу принять решение.

— Ченс в отпуске, — сухо ответил Ах-Килиз, Бог Затмений.

Я посмотрела на Зака, который стоял рядом, словно грозный телохранитель.

— Кто такой Ченс? — шепнула я.

Наклонившись вперёд, он тихо сказал мне на ухо:

— Друг семьи.

От его тёплого дыхания по моему позвоночнику пробежала дрожь. Когда он отстранился, я, не сумев сдержаться, начала его рассматривать. Зак по телосложению, как в принципе и его самоуверенностью, был точной копией Кинича. Его прекрасно сложенное тело с мощными мышцами выглядело ещё устрашающе в черных кожаных штанах и чёрной футболке.

— Серьёзно, у тебя нет никаких способностей? — спросила я.

Может быть, Бог Обольщения? Потому что… Вау. Я понимала, что после Кинича уже не посмотрю ни на кого, но всё равно, парень впечатлял. Довольно, чертовски впечатлял, если вы меня спросите, даже если сейчас я с разбитым сердцем т ничего общего не хотела иметь с мужчинами.

Он улыбнулся.

— Как я уже сказал, ты первая, кто об этом узнает.

Ему должно быть приятно, что он вызывал во мне очень неуместные и нежелательные чувства в то время, когда моя жизнь висела на волоске. Интересно.

Бах, все ещё одетый в блестящий зелёный костюм, который выглядел теперь неопрятным из-за пятен спереди, вздохнул:

— У кого-нибудь есть водка? Мне нужно ещё водки.

— Аминь, — сказала самоубийца.

— Вы самая большая кучка неудачников, которых я только видела, — выругалась я.

Несколько богов посмотрели друг на друга и кивнули в знак согласия, за исключением Зака и Вотана.

Господи. Мы в такой ж… дыре.

Я сделала глубокий вдох. Мы летим в слепую, поэтому, что бы ни выбрали, может оказаться тем, чего следует избегать. Нелегко. Столько жизней зависело от нас, от каждого нашего шага.