Чтение онлайн

– Дверь на первом этаже! – воскликнул Данила, осторожно пытаясь поймать попутный ветер.

Мотор мотором, но горючее надо беречь, поэтому помощь ветра очень даже не помешает.

– Ох уж эта дверь! Как же из-за нее пахло арбузом, я прям с ума сходил! Обожаю арбузы! Здесь их нет, и слава богу, а то не выдержал бы – наелся каких-нибудь одичавших.

И вдруг Данила спохватился:

– Погоди! Но если Лина открыла эту дверь, значит… Значит, ее могло занести невесть куда?! И Корректор потерял над ней контроль? И никто не знает, где она теперь?

– Я знаю, – пробормотала Лёлька.

У нее был какой-то странный голос. Тошнит все-таки, что ли?

Данила повернул голову и увидел, что Лёлька плачет.

Это его так поразило, что он чуть не потерял управление.

Сколько же времени ему не приходилось видеть плачущих девчонок? Впрочем, плачущих взрослых женщин – тоже. Здесь было не до слез…

Но наконец до него дошел смысл Лёлькиных слов.

– Погоди, как это – ты знаешь, где Лина? – недоверчиво спросил он.

– Ты видел эту… которая меня в воду тащила? – всхлипнула Лёлька.

– Конечно! – хмыкнул Данила. – Это кем надо было быть, чтобы ее не видеть! Я же в нее стрелял!

И тут же вспомнил, что из этого выстрела вышло. И виновато сказала:

– Слушай, Лёлька ты меня извини. Я даже не понимаю, почему так промазал!

– Ты о чем? – удивилась Лёлька.

– Представляю, как ты испугалась, – бормотал Данила, снова и снова переживая этот ужасный миг, когда он чуть не убил человека… вот эту девчонку! – Я отлично стреляю, но эта тварь вдруг дернулась и тебя за собой дернула, понимаешь? Еще хорошо, что не в тебя попал, а только в косу… Прости, а?

Лёлька таращилась на него, то и дело моргая. Потом схватилась за голову, ощупала коротюсенькие неровные кудряшки – и Данила понял, что она просто забыла о том, что произошло.

Слишком много потрясений!

Вообще дурак он. Чего полез с извинениями? Может, так и обошлось бы – забыла бы она про косу? Хотя нет… Коса была просто замечательная!

Коса… Что связано с этой косой?! Почему при одной мысли о ней в голове будто что-то сдвигается и становится так страшно?..

– Так ты промахнулся? – пробормотала в это время Лёлька. – Промахнулся? Ты целился в Лину?! А попал в мою косу?!

– В какую Лину, ты о чем? – воззрился на нее Данила. – Это ж нелюдь была! Нелюдь морская!

Лёлька прижала руки ко рту, удерживая трясущиеся губы:

– Ты помнишь Лину? Помнишь ее косички?

– Конечно, – кивнул Данила. – Мы все над ними смеялись: мол, не надоедает же ей все время их заплетать.

– А ты помнишь, на косичках были такие заколочки: розочки, бабочки, птички?

– Ну ты скажешь! – хмыкнул Данила. – Это уже ваше девчачье дело – помнить всякие заколочки!

– Вот я их и запомнила! – закричала Лёлька. – И сегодня вспомнила, потому что на голове у этой, как ты ее называешь, нелюди морской была косичка! Одна из Лининых белесых косичек! С розовой розочкой! Это Лина была – там, на берегу! Она открыла ту дверь – и очутилась здесь. Она мою косу всегда ненавидела! Она поэтому меня за косу и тянула, что ненавидела ее! Я сразу поняла, что это Лина! А ты ее чуть не застрелил!

И Лёлька наконец-то разревелась.

Данила тупо смотрел перед собой.

Он не слишком-то разглядел нелюдь, но в таких мелочах девчонки и в самом деле куда приметливей, на их глаз можно положиться! И если Лина открыла запретную дверь…

Все могло случиться!

– Но как же она могла попасть сюда? Почему сюда? – пробормотал он. – У нее ведь была своя Петля… она могла стать чудовищем, но почему в нашей Петле?!

– Не в нашей, а в твоей! – прорыдала Лёлька. – Ты что, не замечал, что она была в тебя влюблена? Про это девчонки говорили… Она хотела оказаться там, где ты! Вот и оказалась!

Данила вспомнил выражение из той, другой жизни: мешком по голове стукнутый. Вот сейчас он совершенно точно понимал, что это означает.

Лина была в него влюблена?! Чепуха! Он ничего не замечал! Хотя, может быть, потому и не замечал, что Лина ему совсем не нравилась. Вот Джен сразу заметил, что Мадлен к нему неравнодушна, потому что сам в нее с первого взгляда влюбился. А Данила на Лину внимания не обращал…

Да теперь это неважно. Значит, вот какое наказание может ждать тех, кто вошел в запретную дверь…

Он не успел додумать.

Вдруг послышался звук сильного удара, ветролов тряхнуло, и сквозь днище, словно ядовитая змеиная голова, просунулось острие красной стрелы.

У Лёльки мигом высохли слезы:

– Опять птицеглавые?!

– Они!.. – процедил Данила.

– Так давай поднимемся выше!

– Нельзя… потолок. Да чтоб их жри-дерево пожрало! Форт уже совсем близко!

И впрямь – за лесом поднимались башни, поблескивали, вращаясь, локаторы-флюгеры, и Данила знал, что уже их заметили, их ждут, их «ведут» диспетчеры, надеясь спасти, но…

– Нам не успеть, ни за что не успеть! – в отчаянии прошептала Лёлька, всматриваясь вниз меж прутьями ветролова.

А там, совсем близко, на расстоянии полета стрелы, мчались по лесным тропам несколько птицеглавых, нагоняя аппарат, и их кони уже касались копытами медленно, так медленно ползущей тени ветролова.

– И-эх! – вдруг выкрикнул Данила. – А ну, держись!

Он ухватился покрепче за руль и заложил такой вираж, что легонький аппарат завалился набок.

Крыло согнулось под напором ветра, и какое-то мгновение Лёлька думала, что они сейчас рухнут. Однако Даниле удалось чудом выровнять аппарат, поймать воздушную струю и даже нарастить скорость.

К тому же несколько стрел пролетели мимо. Ради чего, собственно, все и делалось…

– Ужас какой, – пробормотала Лёлька, еле сдерживая тошноту.

– Ужас будет, если нас собьют! – буркнул Данила.

Он как напророчил!

Разом три стрелы пронзили днище, а еще одна, очевидно, задела мотор, потому что ветролов конвульсивно задрожал.

– Мы дотянем?! – взвизгнула Лёлька.

– Дотянем! – сквозь зубы процедил Данила, с трудом удерживая покалеченный аппарат в равновесии. – Если крылья не согнутся, если ветер не утихнет и если нас не заденет стрелами.

– Больно уж много «если»! – простонала Лёлька, глянула вниз – и обомлела.

Быстроногим диким коням удалось обогнать ветролов, и теперь птицеглавые, воздев к небу луки, цепью вытянулись по поляне, окружающей форт, оставаясь, однако, на безопасном расстоянии от стен.

Облететь эту цепь не было никакой возможности.

– Так, засада, – пробормотал Данила. – Будем прорываться.

– Нас сейчас собьют… – всхлипнула Лёлька и вдруг закричала изумленно: – Господи! А это что такое?!