Чтение онлайн

С прекращением железнодорожной связи с Маньчжурией и морской торговли обострялся продовольственный вопрос.

На полуострове имелось около 105 тысяч гектаров земли, из них 6 тысяч — под садами. Лишь небольшая часть пашни отводилась под рис и пшеницу, весь урожай которых раньше предназначался исключительно японцам. Для своего пропитания китайцы выращивали кукурузу, чумизу, гаолян и овощи.

Опиралось сельское хозяйство на весьма слабую тягловую базу: около 17 тысяч ослов, около 18 тысяч мулов, 3,5 тысячи лошадей.

Обеспеченность населения полуострова продуктами питания выглядела так: по зерновым и бобовым на 48 %, мясу на 20 %, рыбе на 70 %, овощами на 75 %. Так что уделом китайца здесь искони было полуголодное существование.

Мы, советские люди, оказавшись лицом к лицу с этими бедами дружественного нам населения, естественно, не могли не прийти ему на помощь. Вначале, когда еще имелось сырье и топливо, мы решили использовать собственные силы, чтобы вдохнуть жизнь в промышленность Дальнего. К заводам были прикреплены офицеры из числа инженернотехнического состава, знавшие то или иное производство (таких в армии, на военноморской базе и среди авиаторов оказалось немало). Опираясь на квалифицированных рабочих — китайцев и японцев, они сумели восстановить процентов на 20 объем производства на большинстве крупных предприятий Дальнего. Но большего мы добиться не могли, а с прекращением поступления грузов из Маньчжурии и этот уровень стал быстро падать.

Стало ясно, и Военный совет армии доложил об этом командованию округа, что без налаженного обеспечения Гуаньдуна сырьем и топливом морским путем из Владивостока восстановить работу предприятий в Дальнем не удастся.

Но это значило, что необходимо было возможно быстрее наладить работу порта Дальний. Для новой китайской администрации, как и для Военного совета, восстановление порта и стало начальной задачей в большой работе по оживлению экономики полуострова.

Огромное значение имело тогда решение Советского правительства направить в порт Дальний советских специалистов во главе с начальником порта Желтовским, а также соответствующее оборудование. Под руководством наших специалистов и после монтажа советского оборудования порт в 1946 году был реконструирован и модернизирован, и работа его начала постепенно улучшаться.

Для местной администрации восстановление порта стало примером эффективности прямого ее сотрудничества с советскими организациями. Вскоре администрация предложила создать на полуострове несколько отраслевых советско-китайских промышленных обществ, а также назначить на крупнейшие предприятия советских руководителей. Примечательно, что инициаторами этого предложения выступили представители коммерческих кругов, входившие в состав администрации Гуаньдуна.

Деловое предложение китайской администрации было поддержано упоминавшимся выше представителем Министерства внешней торговли СССР полковником М. И. Сладковским и вскоре принято Военным советом Приморского военного округа.

На Гуаньдуне были организованы советско-китайские общества в промышленности, сюда командированы советские начальники нескольких предприятий, усилился подвоз сырья морским путем. Одновременно была налажена помощь населению полуострова продовольствием.

Насколько большое значение экономическому положению Гуаньдуна придавало Советское правительство, показывал приезд в Дальний в конце 1945 года специального представителя СНК СССР М. З. Сабурова. Мне довелось дважды встречаться с Максимом Захаровичем, и я помню, как он глубоко интересовался работой Военного совета по оказанию помощи администрации и населению Гуаньдуна, по стабилизации здесь экономической обстановки.

В 1946 году в Дальнем по решению Советского правительства были образованы советско-китайские акционерные общества, имевшие целью полностью наладить работу предприятий этого промышленно-транспортного узла. В связи о этим решением возрастал завоз сюда сырья из дальневосточных районов СССР, значительно увеличена подача электроэнергии из Северной Кореи. Впервые организовывалась широкая подготовка китайских инженерно-технических и административно-хозяйственных кадров, повышение квалификации рабочих.

К началу 1947 года на Гуаньдуне трудились 264 советских инженерно-технических работника и около 3 тысяч рабочих высшей квалификации. Все они были не только наставниками, но и добрыми друзьями китайцев. К каждому советскому специалисту, при обязательном выполнении им личных производственных планов, прикреплялся дублер, а к некоторым и по нескольку учеников. Китайские рабочие учились с большим усердием и лучших своих товарищей выдвигали в руководители производства.

Конечно, в полном объеме массовой подготовкой специалистов, деятельностью акционерных обществ Военный совет армии уже не занимался, но мы всегда были в курсе этих вопросов, получая информацию как от наших специалистов, так и от местных китайских органов.

Главное было в том, что работа промышленности, порта, вся экономическая обстановка на Гуаньдуне уже в 1946 году начали заметно улучшаться, и в выигрыше от этого впервые становились трудящиеся массы местного населения. Сократилась безработица, возросли заработки рабочих, доходы крестьян, оживились торговля предметами первой необходимости, связи коммерсантов с внешним миром.

Это создавало благоприятные возможности для решения других жизненных проблем населения. Среди них я выделю те, к которым Военный совет армии, наши политорганы и некоторые службы имели непосредственное отношение.

Как уже отмечалось, китайское население полуострова было в большинстве неграмотным. Здесь имелось десятка три начальных школ, в которых работал, как правило, один учитель. В гимназии, специальные учебные заведения и институты китайцы практически не допускались, а если единицы из них туда и попадали, то отнюдь не для того, чтобы готовиться к службе своему народу.

Мне довелось тогда познакомиться с журналистом китайцем Жень Феномом, учившимся когда-то в средней школе в Дальнем. Он рассказал мне, что китайский язык в ней был запрещен. Все занятия велись по-японски. Китайские ученики должны были называть себя гражданами Квантунской области, а не китайцами. Им внушали, что Китай для них такая же иностранная держава, как Англия или Франция. Заставляли подробно изучать географию и историю Японии, а не Китая. Китайским учащимся вдалбливали в голову, что земля, по которой они ходят, пища, которую они едят, и они сами — все это принадлежит японскому императору.

Так колонизаторы готовили себе слуг, держа китайские массы в темноте.

Между тем население Гуаньдуна необычайно тянулось к образованию. В течение одного 1946 года китайской администрации удалось, используя эту тягу, добиться многого. Справедливости ради скажу, что большую роль в этом сыграли наши политорганы и работники советских школ. Возглавляли помощь в организации народного образования в городах и сельской местности полуострова начальник политотдела армии генерал Н. П. Петров, его заместитель полковник В. А. Греков, начальники отделений подполковник В. С. Осьминин и майор Л. Н. Думан. Их работа была хлопотливой, но, не боюсь сказать, благородной по самому высокому счету.

К 1 января 1947 года на Гуаньдуне было введено всеобщее бесплатное начальное образование, созданы 23 средние, 244 начальные и семилетние школы, 100 из них — вечерние, для взрослых. В школах обучалось 94 тысячи учеников, работало 2,5 тысячи учителей. Около тысячи учителей проходили подготовку и переподготовку на различных курсах, но главным образом в педагогическом институте, открытом в Дальнем.

Одновременно с институтом был создан ряд специальных курсов для подготовки инженерно-технического персонала. Здесь преподавательский персонал состоял из офицеров наших войск, имевших необходимую подготовку. Нужно сказать, что таких специалистов, особенно среди летчиков, моряков, артиллеристов и танкистов, в наших войсках было довольно много. Некоторых из них нам пришлось освободить от своих прямых обязанностей и направить постоянно работать на курсы, а для абсолютного большинства преподавание являлось дополнительной нагрузкой. В этих же целях широко использовались и специалисты, командированные из Советского Союза для работы в смешанных советско-китайских акционерных обществах.