Чтение онлайн

— С-спасибо, сын! — голос лесника все-таки дрогнул, когда он принимал дар Никиты, — я… тоже тебя люблю и… прости… за все… я… короче мудак, — Никита обнял Гора, сдавливая в объятиях, не давая больше произнести ни слова.

— Ну, что, водяник… — леснику понадобилось время, чтоб взять себя в руки и повернуться к Мите, — честно, никогда не думал, что буду с тобой брататься… — Митя в ответ кивнул, мысленно соглашаясь с его словами, — но жизнь, однако, штука удивительная… короче, я предлагаю этим братанием завершить вражду между нашими родами, хороший повод, че… Забудем войну, которую не мы начали, но нам дано завершить! Ты как? «За», или нет?

— Я — «за», Гор! — ответил Митя, — давай закончим вражду! — и первым протянул руку.

— И амулет у меня почти в тему… — Гор разжал свою огромную ладонь, на которой лежал вытесанная из дерева фигурка, символизирующая рукопожатие, — я сам его сделал из куска заговоренного дерева. Не знал, кому придется дарить, но рад, что довелось тебе. Отныне ты волен ходить по моим землям свободно, а амулет убережет тебя от любой насильственной магии, приняв ту на себя.

— Спасибо, лесник! — Митя принял дар и крепко пожал руку бывшему врагу, — двери моих земель так же открыты для тебя. Да будет мир!

— Петр Ильич! — водяник, повернувшись к чауру, глядел серьезно своими синими, как море очами, — я верю, что все знакомства не случайны и из любого можно вынести если не пользу, то опыт. В случае с тобой, я встретил мужика, с которого можно брать пример, да-да, не тушуйся, от сердца говорю. Ты мудр, уравновешен, правдив. Я наблюдал за тобой и восхищался. Жаль, не видел, как ты проявил себя в прошлой битве… И по правде говоря, не уверен, что мой подарок принесет пользу, ты сам по себе крутой амулет! — все засмеялись, — но в общем, вот… — Митя протянул Петру колбочку с жидкостью, — это самая настоящая «живая» вода. Не такая всемогущая, как с Полянки Панни, но тоже кое-что может. Сил придаст, здоровье поправит.

— Спасибо, Дмитрий! — Петр взял подарок и искренне пожал руку водянику, — буду беречь! Замечательный подарок!

— Вячеслав! — Петр Ильич протянул участковому черный серебряный браслет с толстыми звеньями, — я красиво говорить не умею, но скажу, что этот браслет сделал для тебя лично, а сейчас только пользуюсь поводом подарить. Его действие, на самом деле простое — предупредить об опасности, но плюс в том, что ты его можешь носить и в животной ипостаси. Он самостоятельно изменит размер, ты и не заметишь.

— Ничего себе «простое действие»! — восхитился Славик, — спасибо! А как именно он предупреждает?

— Нагревается. Чем ближе опасность, тем сильнее греет, — пояснил Петр Ильич, защелкивая застежку на запястье участкового, — рад, что будем братьями!

— Спасибо и я рад! — и они пожали друг другу руки.

— Антон… Скажу честно, ты мне долгое время не нравился! — все снова засмеялись, а Грозный, кажется удивился, — ну а что, богатый до безобразия, красивый! Покорил всех женщин в деревне от грудного возраста до глубоких седин, — Славик тоже рассмеялся, — когда ты появился, я думал, ну все, конец моей спокойной работе, явился бандюган, будет здесь свои порядки устраивать. Я ошибался, прости! Ты для села столько сделал, восстановил его можно сказать из руин. Школа, садик, магазины, кинотеатр — это все твоих рук дело, я знаю, хоть ты и не светился.

Антон засмущался и растеряно взглянул на Никиту, как бы говоря взглядом: «Ты зачем проболтался?»

— Это не Никита! Не смотри на него так, у меня другие источники информации. Одним словом, клевый ты мужик, рад знакомству, рад, что побратаемся! А подарок не совсем от меня лично… — он достал из кармана кусок белой шерстяной нити, — протяни руку…

Участковый повязал на запястье Грозному нить на несколько узелков и сказал:

— Эта нить однажды спасет твою жизнь. Примет удар на себя и порвется. Когда это случится, не дай тем мудакам, которые рискнут поднять на тебя руку, второй шанс, просто уничтожь их!

— Ничего себе! — присвистнул Антон, — спасибо, друг! Охрененный подарок! — они, как и другие до них, пожали руки и повернулись лицом к костру.

— Чудесная речь, мужики! — похвалил Лапа, — но продолжим!

— Давно пора, околеем! — пробурчал Гор. Лишившись ипостаси медведя, он уже не так легко переносил холод.

— Под небом Сварожьим, на земле Ладиной, речется, деется, от Рода изначального как водится! — громко прокричал в небо Белый Волк, все замерли, прислушиваясь к его словам, — Воссияй Солнце ясно, и громы Перуновы громыхните, стожары полыхните и явись силушка добрая, славная, во благо призванная! — Лапа подошел к Антону и протянул ему кинжал, сказав тише, — режь запястье!

Антон взял дрогнувшей рукой кинжал, повертел тот в руках, не зная с какой стороны взяться за это дело.

— А ты сам не можешь?

— Могу и я. Но тогда мне всем резать придется, — предупредил волхв, — согласны?

Мужчины кивнули.

Тогда, не медля, Лапа дал Антону подержать кубок с вином и быстро провел лезвием по запястью, резанув глубоко. Грозный зашипел, но руку не отнял. Кровь полилась струйкой, падая крупными каплями на белый снег. Лапа подставил кубок, отсчитал пять капель и накрыл порез белым полотенцем, сверху придавив большим пальцем. Что-то пробормотал, дунул. Когда снял, на месте пореза остался лишь небольшой, почти заживший шрам.

— Ого, — восхитился Грозный, — ну ты даешь!

Лапа повторил сие действие с каждым из присутствующих, отсчитав от каждого точно пять капель в кубок. Затем размешал кровавый напиток рукоятью кинжала и вернулся к Антону.

— Выпей пять глотков. По глотку на каждого приобретенного брата.

Грозный скривился, сделал несколько глубоких вдохов, закрыл глаза и исполнил, что велели. Лицо его побелело, он едва-едва смог проглотить последний глоток.

— Да ладно тебе, из-за вина вкуса не чувствуется, — пробурчал Лапа, — там той крови всего ничего.

Одному за одним подносил волхв кубок и все пили ровно по пять глотков каждый. Оставшийся напиток Лапа выплеснул в костер, от чего тот вспыхнул ярче прежнего, и снова обратился к небу:

— Явись силушка добрая, славная, во благо призванная, и назовитесь вы от сего дня братьями названными, кровью породнившимися! И пуще того, отныне и довеку — братьями родными! Благословенные предками, помните — отныне и до смерти — вы едины! Клянитесь беречь друг друга и жизни не пожалеть для брата!

— Клянемся! — хором ответили женихи.

— И доколе так будет — нерушима клятва эта!

И тут грянул гром и полился дождь.

— Теперь обнимитесь и стойте так, пока костер не потухнет, братья!

«Станем гадать, как девку замуж отдать

— Ну, Лукерья, делись, как гадать будем? Что, прямо сейчас начнем, днем? Я думала гадают ночью.

— В сумерках, а то как же! — согласилась клецница, — при солнышке подготовиться надобно.

— Рассказывай!

— О-о, чаво, нетерпячки напали? — хихикнула Лукерья, — сперва ж ни в какую!