Чтение онлайн

– Что ты мелешь, Николаев?!

– Твоя драгоценная Ольга, которую ты так трепетно любил – обычная бл*дь. И ты, и я таких имели. Она повелась на меня довольно быстро и мигом раздвинула ноги, забыв про тебя – своего возлюбленного. Первое время ездить на ней было хорошо – признаюсь тебе честно. Да ты, наверное, занешь! Но потом поднадоело. Только я человек старой закалки. Не стал ее на улицу выбрасывать. Она так умоляла. Так что я позволил Ольге жить в моем доме и сосать периодически дальше. И даже растил твою дочурку. Соболезную, кстати. Хотя нет, вру. Мне тебя совсем не жаль. Как и ее, в прочем. Счастливо оставаться со своим новообретенным горем. Андрей! – крикнул Козлов уже видимо своему охраннику. – Поехали отсюда! А, и чуть не забыл, Ригерман, вот тебе фоточки, доказывающие, что Кирсанов не любил свою жену. Тут и шкура его есть, и выблядок их. Я установил за ним слежку, когда начал вести переговоры. Поэтому так много знаю. Дарю бесплатно! Теперь его жизнь – в твоих руках. А это письмо-признание от Ольги. Здесь она рассказывает, что Снежана твоя дочь. Пришлось выбить из бл*ди это признание. Еще свидимся, Ригерман… Уж поверь мне…

Как Михаилу до сих пор удалось не кинуться на этого шакала, я не знаю. Дамир пару раз рыпнулся вперед, и мне пришлось удерживать брата, чтобы тот не обнаружил нас раньше времени. Я хотел услышать все, что скажет этот ублюдок. И, по-моему, услышали мы достаточно.

– Не так быстро… - прозвучал снова голос Михаила. – Думаю, тебе будет интересно послушать и меня тоже. И еще кое-кого кроме меня…

А вот и наш выход…

Первым показался я, следом за мной Дамир. Надо сказать, я получил непередаваемое наслаждение, наблюдая за тем, как менялось выражение лица Козлова по мере осознания, кто сейчас перед ним появился.

– Вы… оба… Но…

– Не ждал? – прорычал я, оскалившись. – Думал, одного из нас тебе удалось похоронить, да? Что ж, ты просчитался!

Глаза Николаева-Козлова перебегали с меня на Дамира и обратно. Ублюдок усмехнулся, нервно поправив галстук.

– Честно говоря, я ожидал подвоха после того, как услышал новости, что погиб в пожаре якобы не Дамир Кирсанов, а Руслан. Но такого… я предвидеть не мог! Браво! – Козлов громко захлопал в ладоши, переведя взгляд на Ригермана. – Получается, что я рано тебе соболезновал по поводу смерти дочери?

Михаил молчал, глядя в упор на Козлова, не моргая, и, кажется, даже не дыша.

– Или не поздно? Ну давайте, порадуйте меня! Скажите, что хоть кто-то сдох в этой истории!

Дамир рванул вперед, и я не стал его останавливать. Ригерман также подался к Козлову. Вдвоем они схватили его за плечи и прижали к стене.

Андрей, охранник Козлова, на которого Мир поглядывал с нескрываемым презрением, даже рыпнуться не успел. Его выволокли люди Михаила. Двое других остались в кабинете, ожидая приказов Ригермана.

– На твоем месте, я бы не вякал, - обратился к ублюдку, продолжавшему расслаблено взирать на нас, словно для него это некая шутка, игра. Словно он до конца не понимал серьезность происходящего.

В ответ на мои слова, Козлов лишь рассмеялся. Совсем сбрендил, псих гребаный!

– Это тебе лучше не вякать, Кирсанов! А то как бы от твоего выблядка и твоей шлюшки мокрого места не осталось! Пока ты тут играешь в супермена!

– Заткнись! – гаркнул брат. – Ты уже достаточно сказал на сегодня! Теперь будешь говорить только тогда, когда тебе дадут слово!

Я достал из кармана брюк смартфон и неспешно отыскал в нем номер начальника своей охраны, которого оставил в доме с Мией и Витей, поднес смартфон к уху и дождался ответа.

– Сергей у вас? Он успел предупредить о возможном появлении гостей?... Уже скрутили? Как Мия и ребенок?... Хорошо. Отбой. Ждите моего возвращения. Врачу окажите помощь и проверьте его. Возможно, он лжет, что его шантажировали, а может и правду говорит.

Еще после разговора с Ольгой, когда я попросил передать трубку Дамиру, я сказал брату, чтобы тот послал Сергея к нам домой, потому что сомневался в том, что Козлов не попытается перестраховаться. И оказался прав. Но Сергей, слава богу, успел добраться до них вовремя.

Я сбросил звонок и сунул смартфон обратно в карман.

Козлов шумно задышал и стал дергаться, пытаясь вырваться из захвата, но ни Дамир, ни Ригерман не позволили ему это сделать, все так же крепко прижимая к стене.

– Ты еще не понял, Вадим? – зашипел Михаил ему в лицо.
– Ты проиграл. Моя дочь жива. И знаешь, кто помог ей и Дамиру спастись после того, как ты вместе со своим шакалом подожгли дом? Ольга. Она вытащила их.

– Что?! Да кишка тонка у этой сучк…

Он задохнулся от удара кулаком в живот, который нанес Ригерман.

– Закрой свой поганый рот! Пока я его не зашил!

Михаил кивнул мне, и я понял, что тот просит перехватить Козлова. Подойдя ближе, я подставил локоть прямо к его горлу и надавил посильнее, что у него аж глазные белки покраснели. Ригерман отошел, взял со стола планшет, и провел пару раз по нему пальцем.

Затем поднес его прямо к роже задыхающегося Козлова.

– Видишь, что это? Это мои акции. Они в полном порядке. Когда Ольга позвонила мне и все рассказала, я сначала не поверил своим ушам. Никак не мог смириться с тем фактом, что слышу ее голос через столько лет безуспешных поисков. И тут она рассказывает, что у меня есть дочь… Я был ошеломлен, сбит с толку, но по привычке не мог не проверить факты… И как оказалось, не зря проверял. Так я вышел на тебя. После чего еще раз созвонился с Олей, и она уже более подробно пояснила все, что знает о тебе и твоих делишках. Я быстро просек твою схему, поэтому смог предотвратить финансовый крах корпорации. Так что ты снова в проигравших. На этот раз окончательно.

– А так как во время пожара в доме был якобы не я, - продолжил Дамир, - а Руслан, то и подпись на бумагах недействительна, так как продать свои акции тебе мог только я. Но самое страшное, что это никакого значения для тебя уже играть не будет, ибо ты отсюда не выйдешь.

Убрав локоть от горла покрасневшего от нехватки кислорода Козлова, я швырнул его людям Ригермана, ожидавшим в стороне. Тот стал шумно откашливаться, согнувшись пополам.

– Ты – слабак, Вадим, - нанес сокрушительный удар Михаил.
– Ты с самого начала делал неправильный выбор. Всю жизнь пытался доказать ублюдку-отцу, что ты чего-то стоишь. Да-да, я все знаю о твоем детстве… Но в итоге сам стал ублюдком…

Втроем мы смотрели на него, будто судьи. Козлов продолжал стоять, полусогнувшись, и тяжело дышать.

– Тут ты прав, - прохрипел он. – Ублюдком я стал…

Затем резко выбросил руку в сторону охранника, выхватил у того глок из-за пояса, и направил дуло в Ригермана.

– Так что хотя бы одного из вас я с собой заберу…

И он выстрелил. Брат закричал мне что-то, но я не слышал, потому что уже двинулся в сторону Михаила, чтобы оттолкнуть. Острая боль пронзила грудь, тысячью осколков разлетевшись по всему телу. Перед глазами замелькали лица: Мия. Витя. Они стояли перед холстом. Малыш был на руках у Мии, а я рисовал их. У меня хреново получалось, но мы были счастливы. Мия смеялась и говорила, что любит меня.

После образ сменился кривой усмешкой Козлова, его покрасневшей толстой мордой.

И прежде чем потерять сознание, я увидел, как один из людей Ригермана пустил ему пулю в лоб.

Руслан

Свет больно резанул глаза, так что пришлось их закрыть на пару секунд, а потом открыть снова. На пятый раз получилось даже не щуриться. Где я, черт побери?!

Слева в области груди жутко болело. Я поднял руку, чтобы дотронуться до ноющего места, но мышцы затекли настолько, что поднять ее удалось лишь на несколько сантиметров, а потом она безвольной массой рухнула на постель.